Магия Божества была такова, что более другие обитатели больницы не видели его, даже несмотря на то, что Дональд Блейк явственно ощущал божественное присутствие, при этом не желая признавать его сути. С каждым мгновением, обитатели палаты все больше убеждались в том, что Доктору Дональду Блейку требуется отдых. Что еще немного и ему самом понадобиться дивный санаторий для отдыха, который он предлагал неизвестно кому. Видимо отсутствие здорового сна и выходных особенно сказывались на его самочувствии, раз он начинал испытывать галлюцинации. Персонал насторожился. А после последовал оглушительный треск.

  И именно в этот момент Громовержец все же приоткрыл свой разум. 

  Бог Историй бесстрастно оглядел поле боя. Он знал битва должна была случится, но её масштаб, кажется вышел из под контроля. Тор всегда был довольно горяч и вспыльчив. И хотя с годами он все больше учился смирению и царской мудрости. Он всё так же оставался Богом Бури. Такой же оглушающий как гром и такой же пронзающий как молния. И даже если Локи и был косвенно виноват в этом происшествии, повлиять он на него не смог, ведь его там не было. Но была с ним Валькирия. И вместе они сражались отважно, как и все асы до последней капли крови своих врагов.

— У них просто не было Госпожи Стратегии.

  Локи слабо улыбнулся, буквально на мгновение во вспышке молнии приобретая девичьи черты. Это была давняя история. Затем он опустил взгляд наполненный печалью, чувствуя некую вину, было не до шуток. Говорить откровенно ему не хотелось. Не об этом.

— Я..

  Локи вздохнул словно набираясь сил, после чего сделал несколько плавных шагов к брату, протягивая к нему руки с немой мольбой во взгляде. Коснувшись его щек ладонями божество мягко провело по ним пальцами стирая кровавые следы, оставленные в бойне.

— Прости... Мне жаль.

  В этом всем была необходимость. Ангелы были грозными врагами. И несмотря на то, что несколько лет назад они понесли значительные потери, благодаря непосредственному участию Тора и Локи. За эти несколько лет, они успели вновь нарастить, свою мощь. И вывести их из игры как можно раньше было вполне себе стратегическим решением. Люди в виде случайных жертв и разрушение города оказались сопутствующим ущербом. Многие кто знал хоть что-то о Торе, обращали особое внимание на Мидгард, так как этот мир всегда был особенно близок Громовержцу из-за его связи с самой землей.

  Будучи Богом Историй Локи не вершил судьбы, но направлял. Он не преподносил решений, но давал путь. А будет ли он тернист или легок, зависело от Героя. Но он не был бесчувственным богом, напротив, он мог сколько угодно бахвалиться, и делать вид, что выше всего и всех, но на самом деле душа его болела так же как и любая другая. У него были привязанности, взаимные и не только, но с тех пор как он переступил через себя, в попытках обойти свою судьбу, он стал сам выбирать не быть заложником уже написанного пути зла к которому его вела жизнь многие сотни лет до сих пор.

  Пауза между ними должна была сказать куда больше иных слов: Ты сделал все что мог. Я верю в тебя независимо ни от чего. И буду ждать, до тех пор, пока переживаешь свою скорбь. Ведь люблю таким какой ты есть.

  Еще мгновение и Локи отстраняется, смотрит на брата очень серьезно, чувствует хрупкость иллюзии. 

— Ты должен узнать нечто важное, брат. ВсеМатери очень просили найти тебя. Я не буду тебя заставлять коли ты еще не готов смириться с тем, что натворил. Но знай, чем дольше ты медлишь, тем в больше опасности находится Асгард. Асы держатся славно. Но однажды настанет день, когда тебе будет необходимо вернуться домой. Ведь отец наш Один, находится во ВсеСне. А асам докучают иные народы. Пока наше священное Древо Игдрасиль в безопасности, но этот шаткий барьер может рухнуть в любой момент.

  Последние отзвуки битвы прорываются сквозь громовую завесу. Означая, что битва в душе Тора все еще не окончена, ибо до сих пор нет в ней покоя.

Новый сезон вызывал у Джордж мандраж. Наверное, как и каждый год в это время: он смотрел на новый болид и думал, довезет ли в этот раз он его до чемпионства?..
Кончится ли, наконец, эта жестокая черная полоса для Мерседес, по которой они в буквальном смысла слова скакали.
Два года, целых два года Джордж боролся в Мерседес со своим болидом. Он смотрел на Льюиса, огонь в глазах которого уже потух.
Размеренный и нудноватый голос напарника на каждой предгоночной сессии все последние гонки: машина плохо себя ведет, машина плохо себя ведет, машина плохо себя ведет...

Джордж молчал, слушал, наблюдал. Смотрел на реакцию инженеров, на реакцию Тото. Не так-то просто было избавиться от синдрома самозванца в первое время, когда с одной стороны от тебя стоит семикратный чемпион, а с другой - человек, который помог ему это сделать.

Дядя Бен был прав, когда говорил, что большая сила - это большая ответственность. И Джордж готовил себя именно к этому.
Но когда место в Мерседес, наконец, освободилось, целая вселенная показала ему средний палец.
"Может быть это проклятье Валтери?" - смеясь как-то спросила его журналистка.
"Очень смешно," - подумал тогда про себя Джордж, натянуто улыбаясь.
Гонщик - рациональное существо, и не имеет права верить во всякую чепуху. Но даже в себе начинаешь сомневаться, когда тебя обгоняет Ферстаппен.

Но за эти два года Расселл воспитал в себе и кое-что другое: терпение, скрещенное с привычным ему упорством.
Он видел, как Тото сходит с ума от злости в течение всех уикендов, наблюдая за тем, как его гонщики оказываются в хвосте топ-группы. Как скручиваются в трубочку уши от резких слов на немецком, которые он изредка цеплял краем уха, проходя мимо кабинета босса.
Так себе было утешение - но Джордж понимал, что кому-то сейчас ещё хуже, чем ему.

Что и говорить было об уходе Льюиса.
Для Тото это был настоящий удар в живот. Ну, или не совсем в живот, а пониже.
Но это ли был не звездный час для Джорджа?..

---

Сахир. Жара. Душно.
Как бы ни спасала балаклава, пот заливал глаза прямо в шлеме, и нестерпимо хотелось его стереть - хотя, казалось бы, за столько лет в гонках можно было бы и привыкнуть.

У них с командой было много работы: свежий болид должен был пройти обкатку, нужно протестировать все инновации, и, прежде всего, убедиться, что W15 избавился от проклятья своих предков - никакого больше дельфинирования и козления при разгоне.

"Вау, это реально работает, ха-ха," - поделился с Маркусом Джордж, выполняя очередной поворот на круге, - "наконец-то, ребята, наконец-то!"

Третий день гоночного заезда закончился просто отлично, Джордж был очень доволен собой. В итоге проехав один раз с близкими к гоночным настройками, он показал второе время после Шарля, отстав всего-то на каких-то 46 сотых.

Скудерия была хороша, даже очень. Но по-настоящему пугал Ред Булл, и Макс, который даже не выехал на быструю попытку за все три дня тренировок.

"У быков сильная машина," - сказал тогда Тото, анализируя итоги, - "они по-прежнему крайне опасны".

Но Джордж не боялся ни Ред Булла, ни Макса. Он просто знал, что он лучше - нужно только время, чтобы это доказать.

Только бы обошлось без серьезных последствий. Шарль с Карлосом, да и они с Льюисом не были даже в половину столь безумны, как Ферстаппен, и загнать кого-то из них в стену ради первого места тот, по мнению Джорджа, очень даже мог.

— История с люками в этом году просто катастрофа какая-то. Это неприемлемо, - болтаясь рядом с Карлосом в очереди на интервью, сказал Джордж, переминаясь с ноги на ногу от нечего делать, и стукая одной ступней по косточки другой, — один в один прошлогодний Лас-Вегас, - покачал головой Джорджи, вспоминая, как Сайнс на практике "высосал" люк и разворотил себе двигатель, — наверное, пора поднять вопрос в ГПДА, это становится уже просто небезопасно.

Ландо и Шарль продолжали занимать место для интервью, и гонщикам не оставалось ничего, кроме как делиться жалобами и сплетнями, оставаясь на задних рядах в импровизированной очереди.

Джордж облизнул губы, чувствуя оставшийся на них солоноватый привкус пота, хоть он тщательно вытирал его полотенцем и даже умылся. Хорошо, что кепки являлись неотъемлемой частью их аутфита: Расселл терпеть не мог, как выглядят волосы на съемках после гонки.

— Занят чем-нибудь на выходных, кстати? Помнишь, ты про гольф рассказывал? Я бы съездил туда на днях, Тото говорит, где-то есть неподалеку хорошее поле. Но проще научить играть собаку, чем дождаться, пока он найдет свободнее время для игры, - смеется Джордж, упирая ладони в бока.