Последние деньки выдались какими-то подозрительно насыщенными. Сначала сомнительная ситуация с незнакомцем, потом взгляды, тыканье пальцами и шушуканье за спиной. Я, конечно, делала вид, что мне совершенно плевать. В конце концов, если люди не способны найти себе занятие интереснее, чем обсуждать чужую жизнь, это исключительно их половые трудности.

Зато была одна проблема, которая всё-таки не давала мне покоя.

Рубашка… А точнее, рубашка одного конкретного белобрысого индивида.

Я даже её постирала. К слову, мороженное отстиралось легко, ни единого пятнышка не осталось.  Затем я даже аккуратно сложила ее в пакетик. Не потому, что прониклась внезапным уважением к владельцу, разумеется. Просто таскаться по Академии с чужой дорогущей тряпкой на виду, мне совершенно не хотелось. Да, да! Рубашка, как выяснилось, была не просто частью выданной формы. Фирменная. Какая-то там элитная марка, цена которой заставила меня некоторое время смотреть на экран телефона с выпученными глазами и открытым ртом.

Поэтому я окончательно решила найти блондина и вернуть ему его драгоценную вещицу. Где-то внутри тлела надежда на то, что на этом наш с ним конфликт завершится и мы продолжим и дальше делать вид, что нас друг для друга не существует.

Дни быстро сменялись один другим, моргнуть не успела, а уже наступил вторник. Тот блондин пока не попадался, и не мудрено, учеба все же еще не началась, а потому первокурсники спокойно могут заняться своими делами и осваиваться в академии. Привыкать к ее ритму, прочувствовать как она дышит.

Иду я значит с этим самым пакетиком, таскала его с собой несколько дней к ряду, а то мало ли встречу…

Так вот иду я  по коридору главного корпуса и вдруг, слышу весьма занимательный разговор.

— Это же она? По всей видимости на меня указали пальцем. Я этого не увидела, скорее почувствовала всем нутром.

— Ага. Та самая.

Две девицы стояли неподалёку и с огромным удовольствием перемывали мне кости. Я прошла еще немного и остановилась за углом. Так что бы сплетницы не могли меня видеть, но при этом я отчетливо могла слышать, о чем они трындели.

— Говорят, она специально к нему полезла. Хотела внимание привлечь.

— Ну а как ещё? Фамильярша-то никакая.  Наверняка по данным анкеты ей бы ничего не светило, вот и приходится пролезать такими способами.

Я медленно закатила глаза.

Не слышу. Не слышу. Я дерево. Я предмет интерьера. Я декоративный куст. Так бы и плюнула им в рожи. Ну серьезно, неужели они реально в это верят?!

-Да, да, представляешь, даже имя ему не назвала, чтобы специально заставить себя искать! Ну знаешь заинтриговать так пыталась!

— Вот же дура! Надеюсь, он не повелся?

— Нет конечно! Материл ее на чем свет стоит. Говорил, что бесполезная. Ни способностей, ни стиля, ни этикета, не порядочности! А еще эта стерва его рубашку украла и сбежала!

— Господи, да она на нём помешалась!

Всё. На этом моменте куст умер. С одной стороны сплетни есть сплетни и не всем из них можно вреить, но тут меня зацепило другое. Если это не его слова, то откуда они знают, что я не назвала имени, и что в итоге убежала? На той дороге к КПП не было никого кроме нас… Внутри с новой силой закипела злоба. А я ему еще и рубашку стирала и хотела честно вернуть. Вот же козлина! А вот хер ему, а не рубашка.

***

Я стояла возле мусорного контейнера, занеся над ним пакет. Что-то внутри не позволило так просто выкинуть драгоценную ношу. Нет, так просто он не оделяется, тут же решила я. Раз у него так много поклонниц, которые буквально ссутся поэтому блондинчику кипятком, да и рубашка весьма ценная. А не продать ли мне ее? Решено! И свои финансы подправлю и этому треплу отомщу! Не видать ему это рубашечки, как своих ушей.

К моему большому удивлению, клиентов, или точнее клиенток долго искать не пришлось. Я положила рубашку на ближайшую лавку, перед одной крайне сомнительного вида девицей. Мне кажется, я видела ее в тот день у главного корпуса. В прочем мне было плевать кто она и как она выглядит, главное, что эта мадам готова выложить кругленькую сумму за ту самую рубашку, что ранее касалась одного столь привлекательного тела. Боже жаде не хочу знать, что она возможно будет с ней делать… Как говорится: не моя дрочь!

О цене мы договорились заранее, и меня крайне удивило, что она даже не попыталась сбить цену, выложилась сразу и по полной. Хотя я настойчиво все-таки провела заранее заготовленную презентацию, по рекламе своего продукта. Зря готовилась что ли! 

- Рубашка дорогущая, фирменная! Думаю того, кто ее носил представлять не нужно! На этой ноте я достала телефон и продемонстрировала тот самый кадр, где оголенный торс голубоглазого красовался во весь экран. Да, да! Мне даже удалось достать некое количество фотографий и видео с того дня.

Сделка была совершена, мой карман значительно потяжелел на энную сумму, а внутренняя выдра ликовала, моей маленькой мести. А то че это он! Сплетни разводит и общественное мнение против меня настраивает!

Свои запланированные дела я завершила еще до обеда, а потому оставалась еще целая прорва свободного времени. Учитывая, что учеба у старших курсов уже началась, и основные помещения для учебы уже открыты, я решила брать быка за рога и сходить на разведку в библиотеку. В конец-концов это же не те банальные библиотеки, которых полно в каждом городе. Нет, это библиотека магической академии. А значит тут должны быть всякие интересные штуки. Ну и как минимум почитать полезную информацию кто же такие фамильяры и с чем их едят.

Мне нужно было понимать кем я теперь являюсь и как с этим дальше жить. Да очень много всякой информации я услышала от других студентов как старшекурсников, так и любознательных перваков. Но что из этого правда, а что вымысел, еще придется разобраться. И где это лучше всего сделать, как ни в библиотеке – кладезе знаний.

Все начиналось хорошо. Очень милая сотрудница библиотеки подобрала мне пару книг по базовым знаниям о фамильярах. Пожелала приятного чтения, и удалилась помогать остальным страждущим, коих в это время оказалось немного.

Целых сорок минут я успешно посвятила самообразованию, пока в стороне выхода из библиотеке, а точнее в коридоре недалеко от него, не разразилась целая эпопея. И конечно же, ну кто бы сомневался, в центре нее снова был ОН.

Шумно выдыхаю и технично сползаю пониже, под стол, а лицо прячу за раскрытой книгой. А вдруг меня заметят через открытую дверь. Само собой не могу удержаться, чтобы не поглазеть, а потому периодически выглядываю, подсматрвиая, что именно там происходит.

Оказалось, не только я подвергалась подколам в эти дни. Две девицы по всей видимости решили повторить мой подвиг минувших дней и намеренно впилились в блондина.

— Ой, прости, я такая неуклюжая... — Погоди, ты в порядке? Правда?

Улыбаюсь во все тридцать два зуба, удивляясь, какие все-таки есть недоразвитые бабы. И вообще, к чему эти извинения и наигранная заботка? НЕ-КА-НОН!

— Не хочешь раздеться?
Хрюкнула, еле сдерживая смешок. И это отсталые еще про меня что-то говорят и осуждают?!

Стало еще любопытнее, кто же он такой. Любой другой в подобной ситуации послал бы этих девиц на три буквы и пошел бы дальше по своим делам, а он… Нравоучения читает, вежливым пытается казаться, давит интеллектом и воспитанием.  Пффф…

Кажется, я через чур увлеклась своими размышлениями, как их разговор ушел в совершенно не желательное для меня русло.

- Блять, блять, блять… Это походу та самая бабень, что купила рубашку. На эмоциях стукаю книжкой себя по лбу и еще сильнее вжимая шею в плечи. И отступать то мне некуда, эти прекрасные ребята устроили свои разборки у единственного выхода. Взгляд судорожно скользит по сторонам, выискивая если не путь к отступлению, то хотя бы временное укрытие. Искренне надеюсь, что они не зайдут сюда, в зал библиотеки.

И… я прогадала. Стоило бабищам скрыться из поля зрения, как он вошел и тут же увидел меня. Встрепенулся, словно  коршун, заприметивший свою добычу! Стало максимально не ловко и не уютно. Кажется сейчас будет БУМ! БАДА-БУМ!

— Ты.

Знаю, что он подошел и сел напротив, но все равно вздрагиваю услышав его голос. Продолжаю максимально не смотреть на него и упорно таращиться в книгу. Нет, все-таки на секунду я подняла взгляд, и тут же чуть не попала ловушку этих голубых глаз. Сегодня это были не озера, скорее зимнее небо: холодное, чистое, светлое… и нахмуренные брови, как грозовые тучи, что предвещали неминуемую грозу.

— Как ты посмела продать. Мою. Рубашку.

Если я продолжу его игнорировать, он ведь так просто не отстанет?! Все-таки придется что-то ответить. Шумно втягиваю воздух и стараясь сохранить самообладание, говорю своим самым привычным тоном.

- И тебе привет. Слышала твой кастинг таки увенчался успехом, и ты таки нашел себе пару для сшивки. Что ж. Поздравляю и желаю твоей половинке стальных нервов. Намеренно игнорирую его вопрос. Походу это уже входит в привычку. Да и что я должна говорить? Вот взяла и посмела! И хоть лопни теперь от злости! Ведь именно этого эффекта я и пыталась добиться!

Честно говоря, мне немного сыкатно. А вдруг он и правда пойдет да настучит, что я украла его рубашку и потом продала ее. И как докажешь обратное? Точнее факт продажи он уж точно доказать сумеет и что рубашка его тоже. Блять как же не хочется проблем. Надо что-то делать… Надо обдумать, но не здесь и не сейчас. Совершенно не могу здраво размышлять в его присутствии. Такое ощущение, что он меня сожрать готов.

Наигранно улыбаюсь, и кладу книгу перед собой. Сама же прикидываю, как быстро он сможет отреагировать и выскочить из-за стола. Рука незаметно ложится на лямку рюкзака.

- Ой знаешь, прости… Намеренная наигранная пауза, что бы сбить с толку! -Но мне нужно бежать! Тараторю уже в рывке. Выскакиваю из-за стала и стартую в направлении выхода из библиотеки. Надеюсь успею, надеюсь пронесет...

Побег мой обернулся откровенным фиаско. Не зря говорят, что одну уловку нельзя проделывать два раза с одним и тем же человеком. И кто же знал, что в этом амбале будет столько прыти! А я-то считала себя довольно быстро и шустрой. Быть может, все еще сказываются недомогания моего организма, от того падения и последующего разрыва сшивки. Не знаю. Буду надеяться, что дело в этом.

В общем, сбежать мне не удалось, блондин успел перехватить. И даже библиотекарша ничего не сделала. Господе неужели она повелась на весь этот бред что он нес? Могла бы попросить отпустить меня и отойти. Но нет... Вот же корова! Она просто ушла! Я же не могла привлекать излишнее внимание. Мне не нужен шум и разброски со Службой безопасности. В этом случае меня точно ждет полная жопа.

И скажите мне на милость откуда этот диковинный индивидуум знает мое имя? Аж да… ему же сказали те две тупые курицы с рубашкой. Как же все херово!

Не отвечаю, просто молчу, но и не отпираюсь. Не пытаюсь сбежать, просто иду рядом стиснув зубы. Взгляд полон ненависти и раздражения. Ощущаю себя выдрой, загнанной в угол. Как жаль, что я умудрилась на косячить и теперь поднимать шум тупо не в моих интересах. Он абсолютно прав, сейчас у него есть на меня рычаг давления. И что-то мне подсказывает, он захочет отыграться по полной. Блять, вот я сама себе злобный Буратино. Обреченно вздыхаю, но тут же шумно, чуть кряхтя выдыхаю от боли.

Затащив меня за стеллажи, этот недалёкий, вывернул руку и давит на плечо. ТУ САМУЮ РУКУ. Блять, как же больно. Мало мне было злобно-истеричного состояния, так теперь давайте порадуемся новому дебафу! Кривлюсь от неприятных ощущений, прикусываю нижнюю губу несмотря на то, что он так усердно зажимает мне рот.

— Слушай сюда, ты — теперь моя должница. Так и быть, полиции я тебя не сдам, но за это ты мне будешь должна одну услугу.

Бесишь, бесишь, бесишь! Как же ты бесишь! И слова твои бесят. И даже глаза твои не успокаивают, не пытаются отвлечь и утопить меня в своей трепещущей синеве, не помогают избавиться от боли. Хотя находятся так близко... Почему в такой момент, даже они меня предают.

Он так близко, касается, вжимается, в обычный момент я бы явно смутилась, но сейчас тупо не могу. Не могу ни о чем думать, кроме боли в руке. В голове роятся мысли, что делать и как это все решить. По-доброму договориться? Не верю я в эти ваши договоры с мажорчиками. Знаю я такой типаж… видела. Если ты проявляешь слабость, они тут же это чувствуют и словно стая шакалов прибегают и изводят тебя, высасывая все жизненные соки. Мучают, наслаждаются твоей беспомощностью и своей властью. Нет, я не такая! Я всегда привыкла давать отпор. И сейчас дам, не смотря на то что мне больно…

Я привыкла отвечать добром на добро и ударом на удар. И сейчас… Руки были скованны, но вот ноги свободны. Это была его огроменная ошибка. Обойдемся без пафосных фраз и подколов. Собравшись с силами, взяла и тупо засандалила ему коленом в пах. Пусть тоже почувствует… боль… 

План был хорош и выполнен успешно. Вот только я собиралась убежать. Собиралась да не смогла. Ноги предательски дрожали, как и все тело. Такое странное и не привычное состояние. Такая беспомощность. Трушусь словно лист на осеннем ветру. Я сползаю спиной по стеллажу, опускаясь на задницу. Рука весит волоком, второй придерживаю ту за плечо. Благо хоть слезы не наворачиваются на глаза. Не хочу выглядеть совсем жалкой.  Взгляд упирается в него…

Он выглядит ничем не лучше меня, возможно даже хуже, учитывая весь его пафос и мужское эго. А вот так ему и надо! Нечего задирать маленьких слабых на вид девочек, когда ты огромный двухметровый бугай! Даже у таких амбалов есть слабые места! И это только одно из них!

Глядя на него, его лицо, скорчившееся от боли, мне стало немного стыдно. Я понимаю, что это был нечестный удар и очень болючий. Но у меня не было выбора. Сдаваться и так тупо уступать, я не хотела. В общем имеем что имеем.

Боль в руке наконец-то начала утихать. Казалось бы, уже прошло шесть дней с момента моего падения с дерева, да пусть половина тела все еще напоминала огромный синяк, эдакий ушиб половины выдры. Но до сегодняшнего дня травма меня так не беспокоила. Да реагировала на случайные контакты и резкие действия, но не так. Вот же чертов дурак! Если он мне что-то повредил, то пусть считает, что легко отделался!

Встречаюсь с ним взглядом. Позволяю себе на минутку погрузиться в голубизну этого утреннего небо после дождя — чистое, прохладное и почти невесомое. В ней отражался и поблёскивал свет библиотечных ламп. И уже не было того холода, что был с пяток минут раньше. Вот что боль, животворящая делает.

— Это было подло

Его голос стал еще тише, но желчи в нем не убавилось. Зато отчетливо слышу обиду и чертовское недовольство. Шумно выдыхаю и так же тихо шепчу в ответ.

- Ты сам виноват. Ты первый сделал мне больно. Дрожь потихоньку затихает. Убираю руку с плеча и упираюсь ей в пол возле своего бедра.

— Если они опухнут — я пришлю тебе медицинский счёт.

Очередные угрозы. Очередная попытка продавить меня рамками закона. Да ладно уже, голубоглазия, я поняла, что у тебя есть бабки и наверняка хорошая юридическая команда. Но тут меня осеняет, ведь в эту игру можно играть вдвоем. Ну как минимум попытаться усмирить его нападки.

- Да? Шепчу с придыханием – Ну тогда, я накатаю на тебя заяву за применение силы и попытку изнасилования.  Или ты такой наивный думаешь, что в подобной библиотеке, подобного заведения служба безопасности не натыкала камер? А теперь прокрути всю нашу замечательную сценку и подумай, как это выглядит со стороны. Голос подрагивает, сердце все еще бешено стучит. Как же мне не нравится такое состояние. Как же я не люблю чувствовать себя ущербной.

- Знали бы твои фанатки, какие кадры и виды сейчас упускают… Добавляю сама не знаю зачем. Просто вырвалось.

— Да ты ненормальная, кому ты сдалась вообще? Больно надо мне тебя насиловать, ты себя видела вообще?

Его слова неприятно кольнули в груди. Нет с самооценкой у меня всегда все было хорошо, и в целом я уверенна в себе. Но слышать подобное никому не будет приятно.  В прочем, чего я ожидала от такого как он…

- Мудила. Процеживаю сквозь зубы. Тут же стараюсь поддеть в ответ. – Ну ты же кому-то сдался. Так чему тогда удивляться.

Шумный выдох, кажется мое состояние, не считая полнейшего раздражения и злости, пришло в порядок.

— Вообще-то я тут — единственная пострадавшая сторона. Это ты украла и продала мою рубашку за гроши, ты нанесла мне моральный и физический ущерб. А если у меня ещё и увечье обнаружится.. Тебе придётся до конца дней своих выплачивать мне компенсацию.

- Следил бы ты за языком, и я бы ничего не делала, а просто вернула тебе твою ссяную рубашку. Недовольно фыркаю – Компенсация? А я думала у такого как ты с деньгами проблем не имеется... Или пока живеш за бабки родителей, планируя кому бы сесть на шею в дальнейшем? Он начинает рычать более громко, я реагирую на автомате, повышая и свой тон.

— А сама-то? Ну, хватит уже корчить жертву, я тебя совсем слегка прижал. Не так и больно тебе было. Ни в какое сравнение с...

Господи, вот как этот конченный тип умудряется так быстро выводить меня из себя. Снова закипаю, сжимая руку в кулаке.

- Корчить жертву?! Срываюсь – Да это ты тут единственный, кто все время корчит из себя жертву и требует компенсации! Еле сдерживаюсь что бы не перейти на крик.

- Все! Выбесил в край. Хуй с тобой золотая рыбка. Поднимаюсь. Тело снова начинает предательски дрожать.

-  Хочешь знать? Океюшки блять! Я уже на грани и не собираюсь давать заднюю, возможно я позже пожалею об этом. Но сейчас мне так хочется его заткнуть, стянуть эти розовые очки, ткнуть мордой в то, что он не видит и упускает. Движения демонстративно резкие, одно рукой оттягиваю галстук, второй начинаю растягивать пуговицы на рубашке. Сама не смотрю, делаю все инстинктивно, перебарывая дрожь в непослушных пальцах. Взгляд прикован к его лицу.

- Я тебе все наглядно покажу! С горем помолам, победила пуговицы. Скидываю рубашку, поворачиваясь к нему боком, где на всю бочину, плечо и руку красуется огроменный синяк с с явным отеком от ушиба.

Помимо злости, вдруг нахлынул стыд и отвращение. И зачем я вообще это делаю? Что бы этот хлыщ потом смог распускать новые сплетни, что я не только на него вешалась, но и попыталась соблазнить, оголяясь? Боже какая же я дура.

— Стой, ты совсем сдурела. Оденься, ради всего святого, ты всё равно этим ничего не добьёшься!

Не нравится? Испугался? Ну нет, дружочек, ты же сам хотел узнать почему мне было больно! Так что, давай досмотрим это представление до конца. Сперва попытался одеть меня, головой вертит, мол видеть не хочет. Или это всего лишь показуха? Пальцы то так и поддевают белье за края. Специально лапаешь? Чувствую отвращение и некую безысходность.

Продолжаю молча наблюдать. Появилось некое состояние отрешенности будто это не я тут стою и не со мной это все происходит. Померещилось движение. Резко поворачиваю голову в сторону выхода, но никого не вижу. Видимо все таки показалось. И слава богу. Очень не хотелось, что бы кто-то еще увидел эту картину.

— Нееет, я знаю, чего ты добиваешься, но у тебя не выйдет, поняла?

На лице появляется усмешка полного разочарования и безнадежности. Действительно, и зачем я все это начала? Походу только унизила себя еще больше. Закрываю глаза, пытаясь хоть как-то собраться с мыслями. Сложно. Сбиваюсь… Чувствую, как его пальцы касаются кожи. Слегка надавливают, не пытаясь причинить боли, скорее исследуют, мягко перемещаясь.

Где-то внутри появилось странно ощущение и странная мысль. Интересно, насколько это схоже с тем, когда влюбленная парочка скрывается в недрах библиотеки, чтобы предаться утехам. Оголяются, ласкают друг друга… В целом, подобные прикосновения приятны, и наталкивают на весьма странные похотливые мысли, если конечно же откинуть фактор того, почему это происходит со мной сейчас и что это именно ЕГО руки касаются меня. Вздрагиваю.

Слышу его слова словно сквозь фильтр, с задержкой. Может ли мне стать более грустно и противно? Он касается моей груди. И тут ярость вспыхивает с новой силой. Резко раскрываю глаза и с ненавистью смотрю на него.

Ну что, насмотрелся? Налапался? Наигрался? Продолжаю сверлить взглядом теперь уже его спину. Но нет, надо собраться, а вдруг кто-то придет и тогда скандал гарантирован. Поспешно накидываю рубашку и застегиваю пуговицы.

Он говорил не мало, но ничего из того, что бы я хотела услышать. Просто дурак. Ладно, во всем есть свои плюсы, кажется, мое выступление заставило его отказаться от своих предыдущих намерений с услугой. Мне же проще. Но почему так неприятно и противно? Почему так хочется объясниться, что сделала то, что сделала, не потому что хотела его в чем-то обвинить. Что я не настолько конченая, какой он меня считает. Снова играет мое чувство повышенной справедливости?

- Какой же ты придурок – голос звучит сухо, тихо, хрипловато. – Я ничего не добиваюсь. Это травмы от падения. Я просто показала тебе, почему мне было больно. Пытаюсь чеканить слова, но голос все-таки дрогнул. Эмоции снова берут верх. Не могу терпеть. Эти эмоциональные качали последних дней просто сводят меня с ума. На глаза наворачиваются слезы. Не хочу, чтобы он это видел. А потому, хватаю рюкзак и убегаю. Просто бегу, желая поскорее попасть в общежитие. В свою комнату, в свой укромный уголок, где никто меня не увидит!