— Ну, «глупцы» — это ты сильно. В следующий раз добавь больше пафоса в голос и жестикуляцию не забудь.— фыркнул Эш, на секунду поворачиваясь к сестре. — Хотя, признаю, с рифмой я погорячился.

Эймс осматривал парочку — вычурного старшекурсника и его, судя по всему, фамильяра. В воздухе витала смесь раздражения, недосказанности и запаха свежей выпечки. Ситуацию не спасало даже миролюбивое приглашение крашеного на пиццу. Сестра встретила его приветливой улыбкой. Она это умела. В отличие от брата в ней было меньше задиристости и болезненно обнаженного самомнения.

Кажется, неприязнь между парнями оказалась взаимной, потому что манерный отдал команду своему «курьеру по доставке пончиков» выдвигаться в сторону столовой с заходом в сортир.
Эта капитуляция однако не принесла Эшу чувства торжества.
— С чего он взял, что это не про посвящение? Он эксперт по анонимкам?
— Он же старшекурсник, тормоз. — Дэн, озвучила выводы сделанные ранее братом. — И, в отличии от тебя, уже с фамильяром. У них, наверное, своя компания «всезнаек». А твой шедевр он, видимо, воспринял как личное оскорбление.
— О, значит, я задел «эксперта» за живое? — глаза Эша блеснули нездоровым азартом. Идея из разряда «тупой пранк» неожиданно обрела вкус. — Ладно, черт бы с ним. Он вел себя так, будто я "подкорректировал" не левую записку на доске, а его дипломную работу. И этот его уход… «Пойдем, Шер, я знаю, где здесь большое стекло. Это в туалете…» — передразнил Эш, корча физиономию. — Какая тонкая романтика между этими двумя.
— Именно, — подхватила Дэн, скрестив руки на груди. — Ты же не собираешься мешать роману и тащиться в мужской туалет, следуя за этим… готическим пончиком и его пёсиком на доставке? Потому что я, извини, пас. Мои представления о первом свидании, пусть даже «с тенью за стеклом», как-то не включают в себя общественный сортир.
— Во-первых, это не свидание, а загадка-квест, — поправил ее Эш, отгибая указательный палец. — Во-вторых, он не просто так ушел. — Большой тоже отпрянул от кулака, — Он явно хочет оказаться на месте первым. Пусть делает вид, что просто голодный и струячит в столовую.
Даниэль посмеивалась в душе. Привычка брата загибать пальцы во время эмоциональных высказываний ее каждый раз забавляла.
— И в-третьих, если этот зазнайка думает, что может прийти, обозвать меня глупцом и спокойно уйти … то он идиот.
— Боже, какая зрелость, — закатила глаза Дэн, но в уголках ее губ играла улыбка. — Ладно. Но если ты полезешь в мужской туалет в погоне за призраком-вуайеристом, я буду стоять снаружи и громко говорить, что мы не родственники. И… с большой стеклянной поверхностью в этом здании есть еще оранжерея. И аквариум в кабинете зоологии. Просто к слову.
— Оранжерея — это на другом конце академии, а аквариум — под замком, — отмахнулся Эш, уже делая первый шаг в направлении, куда двинулась пара студентов. — А туалет — вот он, рядом. Логично начать с самого простого и приземленного варианта. Особенно если хочется подгадить первогодкам.
— "Подгадить" в прямом смысле? — уточнила Дэн, топая следом.
— В переносном, сестренка. Пока что в переносном, — заверил Эш, но его взгляд был прикован к удаляющимся спинам. Идея о том, что этот нёрд сейчас получит все ответы первым, стала невыносимой. Азарт пересилил цинизм.
Подросток сделал несколько быстрых шагов, чтобы сократить дистанцию.
 
— Хэй! —  крикнул он, заставляя парочку обернуться. — Слушай, раз уж ты так инициативно согласился проверить версию с туалетом, не против компании? — Эш говорил с нарочито невинной ухмылкой, но его поза была вызовом — руки в карманах, плечи расправлены.
Он перевел взгляд на Шерли, который казался куда более адекватным звеном в этой паре.
— А твой… напарник, кажется, выдвинул более креативную гипотезу. Про аквариум. Может, объединим усилия? — Эш сделал небольшую паузу, чтобы его следующий выпад прозвучал весомее. — Я, конечно, «глупец», но даже я знаю, что если пишешь загадку про «дыхание на поверхности» и «слабое тепло», то прохладное стекло аквариума или влажное — в оранжерее подходит куда лучше, чем кафель в сортире. Если, конечно, цель — действительно познакомиться, а не просто покомандовать всеми вокруг, гоняя по корпусам и этажам.
Он бросил этот упрек в старшекурсника, давая понять, что раскусил его попытку всё возглавить. Теперь мяч был на той стороне.

Отредактировано Ash Ames (15-10-2025 15:29:31)

Взгляд Ленни можно было бы разбирать на каком-нибудь курсе актерского мастерства, раздел «драма» – умел этот парень смотреть так, что после сидишь и думаешь: оплевали тебя только что или показалось, потому что ты не шибко умный, чтобы осознать всю глубину и полет фантазии? В общем, с Ленни неожиданно оказалось сложно и если поначалу у Шерли и были какие-то сочувственно-добродушные порывы в его сторону, то сейчас он с грустью и тоской понимал, что ничего не понимает совершенно, так как предсказать и понять своего напарника, очевидно, был не в силах.

Вот и сейчас — Ленни его будто прошил насквозь, пригвоздил ноги к полу, а мысли к бездне, что высасывает последнее полезное, что у фамильяра когда-либо было или быть могло пусть даже намёком. Вот только смотреть-то смотрит, слова резкие говорить — говорит, но пакетом шуршать и носом тянуть это всё напускное Ленни не мешает. Как и жевать. Жевать маг его вообще мастер великий… и куда только всё девается? Он же тощий как палка.

Шерли сложил руки на груди и сделал жест рукой по губам, мол, закрыл варежку, запечатал, ключ повернул и в кусты выкинул. Кто он такой, чтобы спорить, ему вообще, если честно, по барабану, во что они тут все такие любопытные умудрились вновь вляпаться.

Ну, вернее, Ленни. Не то, чтобы Шер сомневался в способности ведьмака устроить нечто очень странное, но про его любовь к экспериментам прочувствовать, так сказать, успел.

А вот близняшки… он понятия не имел, чего от них ждать. Но девушка казалась очень милой. Даже если с белобрысым парнишкой могут быть контры, то она сглаживала острые углы… словно бы? Или таковой казалась. Судя по форме – они оба были ведьмаками. А ведьмаки, как Шерли понимал, поголовно были теми еще чудилами…

«Да уж, свезло, конечно, от души», — Шерли поморщился, почесал ногтями затылок и взъерошил волосы; покосился на уверенного в себе прекрасном Ленни, украдкой полюбовавшись профилем и сглотнув слюну, а затем позволил себе искоса глянуть за спину, притормозив на повороте и убедившись, что за ними следуют. Переговоры пёс слышал частично, не стараясь подслушивать, но ненароком все-таки сканируя окружение. Да и любопытство – не порок, а закономерность бытия.

На оклик паренька Шерли запнулся и остановился, замедлив шаг; он вновь глянул на своего контрактора, а затем бросил взгляд на сестрицу беленького, вновь почувствовав нечто странное, словно витающее в воздухе полотно, вуаль, что невесомым шлейфом накрывала всех их с головой – выбраться из такой ловушки будет сложно. Шерли будто бы снова коротнуло изнутри, будто бы по мышцам, от рук до пяток, прошла электрическая волна. Он подумал о…

Схожести?

Может быть, даже о совпадении остроязыкости или выпендрёжничества между двумя отдельно взятыми ведьмаками.

Шерли бы абсолютно не удивился, если бы в итоге Ленни и этот вот поцапались бы, как коты по весне. Или как те опоссумы из «ледникового периода». Ха. Ничего себе он древность вспомнил сейчас…

Ворчание внутреннего голоса и зависшей системы разума прервал голос Ленни. Что-то там про сахар с интонацией, от которого душу наизнанку выворачивает и рвёт… не тошнит, в смысле, хотя оно уже где-то рядом скоро точно появится, но на части так точно. Шерли даже подобрался разом: мол, «ась? Что случилось?», но, похоже, слегка запоздал, так как вниманием его ведьмака завладел всё тот же знакомый незнакомец.

Фамильяр только вздохнул, сложил брови домиком, помялся и запоздало подумал о том, как бы смотрелась их чудаковатая парочка, если бы Ленни этими своими сахарными пальцами взял бы и измазал лицо Шерли… тронул бы губу — Шерли сглотнул, на автомате утирая рот тыльной стороной ладони и чувствуя, как пламенеют уши, — надавил бы, проникая внутрь, пихая силком и… Уй, нет уж, славно, что обошлось. Ленни был странный и делал то, что хотел. Как усвоил Шерли за тот небольшой срок, прошедший со дня их знакомства, ведьмака чужое мнение особо не интересовало, если только именно оно и не являлось главной целью.

Дверь мужского туалета скрипнула. Как на веревочке, к магу привязанной, Шерли тотчас скользнул следом и чуть заметно поморщился: обостренное обоняние улавливало порою слишком многое из того, о чём не хотелось бы никогда знать. Оглядевшись на месте и пожав плечами собственному отражению, Шерли лишь закатил глаза на чужое ребячество и предпочел проигнорировать непотребство. Засунув руки в карманы брюк, он вышел обратно, ссутулившись и сверля затылок мага взглядом.

— М-м-м… Ленни, а что если это тупой розыгрыш и сейчас нас просто водят за нос? – задумчиво бросил он почти сразу же после того, как маг соизволил их представить, — ты что-то такое уже видел, а? И… может, кто-нибудь расскажет, что за посвящение? – любопытство не порок, не грех, но именно им движется вся планета.

Вопрос Шерли, заданный шёпотом и с такой искренней непосредственностью, застал Дэн врасплох. Она вскинула брови. Ее улыбка быстро превратилась в сдавленный смешок, а потом в откровенный хохот, которого она явно не стеснялась. Эш, чертяка, всегда вбрасывал такие приколы, разруливать которые приходилось ей.
– О, мон Шерли́ – Даниэль специально переложила ударение на последний слог имени фамильяра, чтобы это стало созвучно с французским «Mon chéri» - «Мой дорогой».  Девочка выдохнула остатки смеха, выиграв себе время на формулировку пояснения. Дэн была не из числа тех девиц, которые краснеют от слова «член», но обстановка располагала к легкому кокетству и озорству.
– «Голландский штурвал» – это такой способ взаимного… э-э-э-э…р у л е у п р в л е н и я, – Старшая из Эймсов подняла руку, обхватив пальцами невидимый продолговатый объект, и сделала пару характерных жестов вверх-вниз. – Ты «поддерживаешь» друга, а он – друга, и так по кругу.

Дэн была высокой, но худенькой девочкой. Массивные кроссовки с толстой подошвой забавно контрастировали с торчащими из под джинсов-скини тонкими лодыжками. Даниэль спрятала руки в карманы своей мешковатой толстовки с вышитым на груди «Love». На занятия приходилось носить форму, но в свободное время хотелось позволить себе свободу самовыражения. Вот хоть как Шерли. И пока Эш с Ленни выбирали теплицу, Дэн с интересом поглядывала на розовую челку фамильяра, представляя себя с разноцветными прядями.
 
– Л-л-ладно, – протянул Эш, когда Эклер определился с теплицей.
Парень вставил в замочную скважину первую отмычку, чтобы создать напряжение, и один из крючков-манипуляторов.
Сначала он работал, наклонившись к замку. Но спина начала ныть, а главное – Эш отчётливо чувствовал на себе взгляд Ленни. Он наверняка, смотрел на него с тем же выражением, с каким ковырялся в своём пакете с булками, словно каждая из них должна еще доказать, что достойна быть съеденной.
Стоять, наклонившись к Ленни задницей, Эшу категорически не хотелось. Поэтому, смирившись, что с налёту замок не одолеть, парень плавно опустился на корточки. Несговорчивость двери Эймса не расстраивала и в панику не вгоняла. Он был сосредоточенным, собранным, его внимание полностью переключилось на  крошечный механизм.
Эш прикрыл глаза, полагаясь на тактильные ощущения. Кончик отмычки скользил по внутренностям замка, отыскивая штифты. Он прислушивался к едва слышным щелчкам и скрежету, пытаясь выстроить их в голове в понятную схему. Один штифт поддался, затем второй… а третий упрямо возвращался на место. Эш отреагировал на это лишь лёгким напряжением сжатой челюсти. Время тянулось мучительно долго, хотя едва ли прошло больше полутора минут.
Эймса не смущали взгляды ребят, хотя он готов был спорить, что как минимум Ленни глазет с надеждой и предвкушением провала. «Хер тебе!» Парень выдохнул, вытащил отмычку и начал заново, двигаясь с педантичной точностью, пока наконец не раздался тот самый долгожданный, торжественный и победный щелчок, который впрочем был слышен только ему. Механизм сдался.
– Готово, – произнёс Эш, пряча облегчение под небрежным равнодушием.
Он поднялся с корточек, разминая затекшие ноги. Выпрямился во весь свой почти_метр_девяносто_рост и толкнул дверь. Однако Эш открыл ее не до конца, а уперев ладонью в вершину, оставил узкую арку у себя под рукой. Его взгляд, полный вызова и едва скрываемого торжества, нашёл Ленни.
– Принцесса, вперед – сказал он сладким, ядовитым тоном, вкладывая в это слово весь свой сарказм и намёк на бросающуюся в глаза манерность старшекурсника.
Но прежде чем Ленни успел среагировать на откровенную провокацию или даже понять издевку, ситуацию мгновенно перехватила Дэн.
– Благодарю! – весело кивнула она, делая вид, что фраза брата была адресована исключительно ей. Ловко пригнув голову, Дэн юркнула под руку Эша первой, проскальзывая в тёплый, влажный воздух теплицы, пахнущий землёй и спелыми ягодами.

Отредактировано Ash Ames (28-10-2025 10:40:40)

— Рулеуправ… ! — дошло до него с небольшим запозданием, после чего Шерли сделал короткое беззвучное «а!», полыхнул алой вспышкой на скулах, и ускорил шаг, чуть обгоняя девушку, чтобы та минимально видела его смущение и ужас на лице от пояснения («стыд-то какой, зачем спросил только, нет бы загуглил, бли-и-и-ин, ну я и позорник!»). Взгляд его скрёбся по полу недолго, прежде чем вернуться к спинам парней впереди. Он вновь невольно сравнил две их фигуры, такие разные, прикусил губу и постарался ни опускать глаза пониже спин, и не возвращаться мыслью к жестам Эшли и её голосу, всё ещё звучавшему в голове. «Рулеуправление», блин. Вот у кого надо поучиться покерфейсу!

Он даже невольно обернулся, вновь пересекаясь взглядами с Эш и улыбаясь немного нервно.

Всё-таки что-то в этих ребятах было такое. Тревожное. Магнетическое. То ли запах вкусный от обоих шёл, то ли чего. Хотелось поближе встать и понюхать, зарывшись носом в волосы или одежду. Из интереса… просто так. Понятно, что это выглядело бы кринжово и странно, и делать так Шерли, конечно же, не станет. Но. Мысль была. Мысль сидела. Мысль питалась интересом.

К тому же блондинчик и правда был в его вкусе. Плечи ещё эти… широкие.

Шерли поджал губу и встряхнулся – мысленно и по факту, мотнув головой и мысленно (и крайне сердито) шлёпнув себя по щекам. Надо было собраться. К тому же у него тут Ленни, за которым присмотр обязателен. Пусть он и кичится своей крутостью, и выглядит так, словно сам по себе и ему прекрасно, но всё равно хочется встать рядом, плечом к плечу, чтоб поддержка ощущалась неслышимо, чтобы было понятно: Шерли рядом и готов прийти на помощь так или иначе.

«Фига меня унесло, конечно», — подивился фамильяр, поймав себя на том, что и правда хотел бы и сам выпендриться, чтобы прикрыть своего ведьмака и получить от того если не похвалу, то хотя бы косвенное одобрение.

«Вот же псина», — кисло подумал он, вновь смаргивая отвлеченность и стараясь сконцентрироваться на происходящем.

Так что у нас тут?..

Блондин оказался крутым взломщиком. Честно признаться, Шерли проще было бы сломать ручку и выдрать замок с корнем… чем сделать так аккуратно и быстро, как это продемонстрировал Дэн. «Фига, крутой», — мелькнуло в голове и пропало, спотыкаясь о приятное томление, колыхнувшееся вместе с жопой Ленни, к которому он так неосмотрительно-приятно прижался. «Блять», — внутри всё сжалось в пружину, дыхание сбилось на миг, но Шерли удалось сдержаться, пусть для этого и пришлось вложить немало усилий в, казалось бы, простое действо. «Блять… какая… дь», — он облизнулся, откачиваясь от мага на шаг назад и ловя его вызывающий взгляд своим, слегка расфокусированным и влажным, как стекло теплицы.

Подождав пока все принцы и принцессы, наконец, окажутся в своём импровизированном замке, Шерли оглянулся напоследок и внимательно изучил окрестности парка рядом. Убедившись, что за ними никто не следит, а если кто и есть, то делает это столь искусно, что вряд ли Шерли сможет ему что-то противопоставить, он насторожено шагнул следом за блондином, прикрывая за собой дверь.

Пахнуло тёплой сырой землей и сочной зеленью. Рот наполнился слюной только от этого, а ведь здесь ещё и вкусняшки росли успешно. Правда, есть бы их Шерли не рискнул бы… в отличие от своего ведьмака.

С неодобрением покачав головой – всё-таки теплицы были общественным местом, и объедать «всех» ему казалось не корректным, так что он решил хотя бы минимизировать потери, раз Ленни уже стартовал свои злодейства.

Впрочем, как начал, так и закончил. Шерли скосился на то, как маг мимоходом облизывает палец и сглотнул, отводя взгляд на мгновение и сразу же ощущая начало волшебства. Нужно было сосредоточиться, и Шерли вновь заводил носом, стараясь уловить те запахи, которые успел уже вычленить и определить как магические штучки, если не в чистом виде, то хоть как-то, но к этому относящиеся.

Магия пахла иначе. К ней тянуло… Её хотелось коснуться, оттянуть ближе к груди и взять в руки, чтобы погладить да приласкать, точно ласкового котика.

Когда Ленни двинулся к выходу, Шерли потянуло следом, точно магнитом.

— О! Да-а, — выдохнул он, дрогнувшими руками выискивая в заднем кармане брюк телефон и жадно щёлкая надпись камерой. — Прикольно! – с восторгом прокомментировал он, глядя на получившийся снимок, а затем сравнивая его с тем, что всё ещё таяло на стекле парника. — Но всё ещё нихрена не понятно, — признался сразу же и забавно наклонил голову к плечу, задумавшись, — математика какая-то. Или из сериала старого че-то… Там…. тридцать два, что ли, было, — наморщив нос и жмурясь, будто бы это помогало вспомнить убегающие осколки воспоминаний, — или сорок два? Только причем тут шестнадцать теней и седьмая – что? – Кажется, ещё немного, и у него начнет закипать котелок, — и почему именно тени… и опять за стеклом…. – Шерли издал короткий стон-выдох, закатывая глаза и выбираясь из теплицы наружу, взмахнул рукой вверх. – Даже Inside не такой сложный, как это вот всё. Вы уверены, что нам это вообще надо? – честно говоря, последнее говорить он не хотел, оно само как-то взяло и вырвалось, вызывая небольшое сомнение в самом себе. Мол, как же так, Шер, где твой дух приключений, куда ты умудрился его засунуть? Неужели не интересно, что там, в конце, если уже точно известно, что таинственный «в.» настолько решил заморочиться, что и правда оставляет подсказки и направления к неизвестному (будем считать) призу в конце пути…

Эшли небрежным жестом вытащил из кармана джинсов телефон. Экран подсветил хищную улыбочку, когда подросток увидел созданный Ленни чат с почти_не_подозрительным «В.».
А еще, судя по недовольной мордашке ведьмака, он, наконец, осознал шалость с именами.
Эшли выбрал строку ввода текста и в чат прилетело:

Парень дождался, пока Ленни поднимет взгляд, после чего подмигнул и показал ему язык уже вживую, спародировав стикер.
Эшли бегло поводил пальцем по виртуальным буквам, в наглую сменил название чата на: «Мы делили апельсин, много нас, ему пиздец»*
Из клипарта на аватарку была засунута картинка маленького оранжевого фрукта с соблазнительно приспущенной кожурой и приоткрывшейся долькой.

Сестра, сгримасничав губы, стрельнула глазами в Эшли.

Однако отправленное не удовлетворило Эшли. Слишком длинное название не помещалось в строку и обрезалось в формате «Мы делили а…»
Эймс снова зашел в редактирование названия чата и стер все, до слова «пиздец».

В голове укрепилось подозрение, что «В.» это Ленни, поэтому Эймс легко принял идею разделиться.
- Ладной, давайте так, -  согласился с предложением Сент-Клера Эш, осматривая присутствующих в теплице, — Вы, неразлучники, топайте в спортзал. А мы с сестрой проверим библиотеку и дипломы у кабинета директора.
Теплицу Эш покидал последним, наигранно-галантно придержав дверь для ребят. Замок к счастью закрывался без ключа и шкет его просто защелкнул.

***
В просторном холле близнецы проводили взглядом Шерли и Ленни, оставшись вдвоем.
- И зачем мы всерьёз всё это ищем, если ты уверен, что «Одинокий В.» - это он? - Дэн запустила руки в карманы толстовки. На ее лице застыло вежливое недоумение. – Захотелось побыть статистом в его флешмобе?
Эш пожал плечами, его настроение было возмутительно беззаботным.
- Воспринимай это как квест.
- Я бы лучше восприняла брикет мороженого у себя в комнате, - проворчала Даниэль, закатывая глаза. - Клубничного, - добавила она, вспомнив сладкий запах ягод в теплице, которые не удалось попробовать из-за брезгливых комментариев брата.
- Ну не вредничай, мартышка, - он ткнул её в бок, заставляя улыбнуться. - Дай пофаниться! Можешь особо не заморачиваться. Если хочешь, просто походи рядом со мной. Добежим быстренько до наградной стены, потом махнём в библиотеку.
- Нет уж, - отмахнулась девочка, и ее лицо наконец снова ожило озорством. - Тебе к наградной стене нельзя. А то впадёшь в депрессию, что твоего имени там за месяц не появилось.
- Ну вот и славно. Значит я тогда в библиотеку. - Эш был скорее доволен, чем обижен.

***
Уже в одиночестве Дэн поднялась по винтовой лестнице в административное крыло. Воздух здесь пах старым деревом, строгостью и властностью. На четвертом этаже, в просторном холле перед кабинетом директора оказалась вывешена целая галерея достижений. Стеклянные витрины и полированные деревянные панели были увешаны дипломами, почётными грамотами и вырезками из газет. Она медленно прошлась вдоль, рассматривая выгравированные имена и даты. «Шестнадцать теней спят за стеклом...» Девочка достала мобильный, сделала фото всей композиции и отправила в чат.

Сразу за сообщением загрузилось селфи. На снимке – довольная физиономия брата, пальцы сложенные в знак «V», и только в правом углу кадра – верхушка библиотечного фонтана-водопада.
Старшая из близнецов не смогла сдержать улыбку.

Прошла ещё минута. Даниэль собиралась начать более тщательный осмотр, когда в чате снова всплыло сообщение от брата.

*Призываю не дрочить на англоязычную речь и представить что парни знают стишок: «мы делили апельсин, много нас, а он один».

Чат ожил, замигала иконка уведомлений. Смайлик, сообщение, смена названия, смайлик, снова сообщение, и ещё, и ещё – всё это добро буквально посыпались из близнецов, как из рога изобилия. Если учитывать, что Эш и Дэн продолжали при этом ухмыляться, хмыкать и активно тапать пальцами по экрану – флудеры из них были отменные. Почему-то подумалось, что они сразу бы завоевали тёплое внимание в каком-нибудь гильд-чате. По крайней мере, Шерли бы такое понравилось. Читать забавную переписку, ровно как и принимать участие в таковой, ему было по душе.

…Сейчас бы зарубиться во что-нибудь. Но все онлайн-игры в этом проклятом месте, как назло, были недосягаемы. Хотя заинтересованные люди и нелюди – он и сам успел подмазаться вовремя к группе участников — уже скоординировались и, испытывая нехватку лёгкого дофамина, умудрились отыскать пересыльщиков, добыть коопные игры типа КС, организовав задротский клуб, и выпускать пар хотя бы иногда, касаясь привычного мира-по-ту-сторону-экрана, но всё равно порою не хватало привычного информационного шума и гудящих нонстопом чатов.

На губах Шерли, когда он прочел переписку ведьмаков, играла улыбка. Впрочем, она быстра слетела, когда все вернулись к делу. Шерли тоже встрепенулся и подсобрался, скашивая взгляд на своего «неразлучника», цыкающего и зыркающего на него так сладко, что хотелось сгрести его в объятия, прижать и уткнуться носом куда-нибудь под ухо, нюхать его запах, касаться губами шеи и мурашиться от его дыхания на своей щеке…

Фантазии схлопнулись от короткого приказа, брошенного камнем в стаю голубей. Шерли прикусил губу, оглянувшись на близняшек, проводив их взглядом, нет-нет, да прилипающим на местечко пониже спины – на мгновение ему стало неловко, но с другой стороны, сложно удержать пошлые мысли, когда в Академии на каждом шагу спотыкаешься об красавчиков!

Дышать скоро тяжко станет. И жить. Глаза замотать разве что, да нос в марлю…

Шерли облизнулся, выравнивая шаг так, чтобы держаться рядом с Ленни, то и дело отираясь об его плечо своим, искоса заглядывая в лицо и стараясь уловить настроение и мысли. Казалось, что ведьмак о чем-то загрузился. Но почему-то так же думалось, что мысли его не о коварном квесте. Или все-таки о нём?

— М-м, Ленни… — не удержался Шер, думая поинтересоваться об этом всём вслух, но все вопросы тотчас выскочили из головы, когда его внезапно взяли за руку. Шелковые подушечки пальцев Ленни — такие нежные, такие ласковые — стекли по грубой сухой ладони вниз, скользнули по натянутой меж пальцев тонкой перепонке, переплетаясь в нечто единое и путая сознание, сладко дурманя разум. «Держи. Себя. В. Руках», — Шерли сухо сглотнул, на мгновение замирая, но тут же спохватился, одёргиваясь и собирая разбежавшиеся в стороны слова, мысли и иные зачатки разумности, в глазах его ныне не отображающихся.

Случился полный critical error. И произойдёт ещё не единожды в такой-то компании. У-уф.

— А-ага, — сообразить, что от него ТЕПЕРЬ хотят было крайне сложно, но Шерли справился. Он шёл чуть позади, точно хвост, охранная псина, берегущая клад. Внутри него бушевало море. Мысли о блондинистом близнеце, статном и смазливым до невозможности, выветрились предвестьем шторма. Этого хватило.

Шерли лишь угукнул под нос, выдавливая воздух, стоило Ленни обратиться к нему и расцвести улыбкой. Он подумал и о том, что было бы классно, если бы Ленни на него всегда так смотрел. И улыбался.

Подумал, а потом вновь мысленно стукнул себя по затылку, прикусывая губу – чуть-чуть, сжимая так, чтобы отрезвиться. Он прекрасно понимал, что иногда заходит слишком далеко. Понимал он и другое, но вот думать о таких вещах, чуть более негативных, нежеланных – не хотелось совершенно.

— О, хе, прикол, — они так быстро добрались до стены с портретами, что Шерли даже не заметил пройденного пути. Он оглянулся и тихо хмыкнул, вторя звучанию ведьмака.

— Похоже, его кто-то не любил. Интересно, почему. Или это рандом постарался, — Шерли приблизился к портрету усача, прищурился и поскреб ногтем по стеклу. Краска едва соскоблилась. Наверное, рисовали маркером…

На следующий вопрос Шерли лишь обернулся и запоздало «агакнул», наблюдая, как Ленни скрывается за дверью кабинета.

Последующие звуки заставили его насторожиться. Прислушаться. Даже почти сделать шаг, чтобы… что? Шерли покраснел, услышав то, что ему  точно показалось. И что он слышать не должен был. И вообще.

При виде Ленни сердце фамильяра грохнуло куда-то вниз, об пол, а потом он с подозрением и внутренним звериным ворчанием принюхался, стараясь водить жалом незаметно.

…клубника.

…и чужое возбуждение. Не на Ленни, но пропитавшее его одежду, налипшее грязью. Запахом вившееся подле.

Шерли торопливо отвернулся, пряча лицо и холод в глазах, выдохнул и кивнул, утыкаясь носом в едва светящийся экран смартфона. Губа его дёрнулась вверх, настроение всплеснулось туда же, отмечаясь высшей точкой изломанной линии сердечной активности.

— Забавные, — под нос ухмыльнулся он и послал в ответ смайл:

Разошелся. Отправив сообщение, он резко вспомнил, что в чате есть Дэн (Дэн же? Как теперь их не путать? Это кошмар какой-то!), смутился было, а после точно так же напомнил себе, что именно девчонка без страха и упрека поясняла ему за мореходство.

От голоса рядом Шерли вздрогнул, погрузившись в странные мысли, но выныривая обратно и возвращаясь в реальность и глядя на ведьмака во все глаза.

— Да, три на пять, — Шерли осторожно вздохнул и тряхнул головой, откидывая смятения и странные ощущения прочь, — если она будет запретная, то мы должны будем сообщить старшим, — забавного в таком варианте было мало. Они тут только учатся магию постигать и прочее неизведанное, и кто знает, чем вообще подобные шутейки могут закончиться?

— В своём, блин! – Шерли втянул голову в шею и притих, поджимая губы, — нет, ну серьёзно! А если там будет что-то реально опасное? Знаешь, когда буквально во всех фильмах нечто заманивает студентов куда-то по принципу хлебной крошки, то это редко когда заканчивается чем-то позитивным. Там или тролли в конце, или мужики с топорами, — он махнул рукой, фыркая тихо. Разумеется, вряд ли здесь было так же. Скорее всего, вся эта затея – чья-то шутка… ну или реально какой-то умник придумал квест со скуки для лабораторных крысок, чтобы глянуть – поведется ли кто или нет.

Ну чё. Повелись же.

Шерли, если что, не против такого расклада. Главное, чтобы всё было безопасно для… остальных.
Мда-а… И когда он стал таким перестраховщиком? За себя ведь нет чувства переживания. Совершенно нет.

Ленни совершенно неожиданно оказался близко. До мурашек, стыдливо пробежавших по коже крошечными гусиными нанолапками. Шерли сглотнул, ловя очередной ступор, стоило ведьмаку прильнуть к его уху и зашептать, проталкивая каждое слово точно в голову. От близости и его запаха помутилось в сознании, а ниже живота и вовсе раскалилось, точно жерло блядского вулкана. «Су-ука», — тихонько проскулил Шерли про себя, краснея и бледнея одновременно. Смущение и ужас замешались в единое тесто, испекли хлебушек в лице одной волшебной псины, и выпустили в свет на потеху окружающим. Какой позо-ор!.. Как же сты-ыдно...

Стыдно, щекотливо, возбуждающе и прекрасно. И хочется.

Девчонки почти не обращают на них внимания – оно полностью поглощено преподом, который, как показалось фамильяру, только хмыкнул тихо при виде их сладкой парочки, не прекращая каких-то объяснений.

«Интересно, это любовь или связь так действует? Или я тупо запал на него, ну… просто потому что это он? Или…» — Ленни вздыхает и отстраняется, а Шерли всё не отпускает, будто бы даже наоборот: всё становится хуже, до трясучки.

«…нужно лезть глубже», — проталкивается сквозь помехи, и Шерли медленно и лениво, словно замедлившись, облизывает сухие губы. В его фантазиях собственные руки всё ещё сжимают талию ведьмака крепче, сползают ниже, прижимаясь ладонями, цепляются большими пальцами за шлёвки на брюках. Стягивают их ниже… оглаживают задницу и уж точно отрицают любую попытку отстранения.

В его фантазиях Ленни уже постанывает, запрокинув голову и ёрзая по подоконнику. И лопатками по стеклу.
Ай.

Выдох.

«Су-у-ука…» — картинка приятная, но смазанная, точно маслице сливочное. Надо признать уже, что присутствиеЛенни настолько рядом, превращает всё содержимое головы Шерли в кашу. Манную. С комочками. Сладкую-сладкую, на максималочке, чтоб слиплось от и до.

Но как же тянет к нему снова. Жутко.
Пиздец прям.
Обнять, зажать… Аргх, как же обидно, что они не заходили далеко.
Пока что.
Понятно, что нужно время и всё такое… Ленни подготовиться нужно ведь…
Шерли-то что, только читал и смотрел. Но принципы-то ясны!

Его немного отпускает, когда ведьмак цокает языком.

«Цок» — и укол вины в самое нутро. Болюче-горький, с надломом и проворотом.
И взгляд из-за очков – ох, этот взгляд! Да здесь прямо в бликах на стёклах читается: «ну что за идиот…» — и тут Шерли помочь не способен.

Может лишь послушно следовать за ведьмаком, всё ещё ощущая эфемерное чужое тепло на ладонях.

— Может, это вообще учителя и придумали, — пробормотал фамильяр под нос, притухая, а затем скосил глаза на мобильник и отвлекся на очередное уведомление в чате.

Ага, значит, рыцарь у нас только в юбке.
Шерли поднял глаза на Ленни и подумал, что из него получился бы очень неплохой дракон.
Да они все тут как герои из сказок.

— Ну раз они ждут и молчат, то, наверное, нет, — Шерли снизил голос, прячась за плечом ведьмака от взгляда суровой библиотекарши, имя которой он все никак не мог запомнить. Ткнулся носом в затылок Ленни, когда тот отшатнулся и прижался к нему спиной, и занюхнул с наслаждением – «а-а, как же вкусно» – и отлип в сторону, делая вид, что тоже старается что-то умное поделать.

Дэн и Эш было не видно, а Шерли отвлекся на статую книги, такую величественную и огромную, что даже странно видеть ее в таком месте. Влажность ведь... с другой стороны, магия ведь…

Пока Ленни делал обход, Шерли неспешно следовал рядом с ним, чувствуя что-то странное. Будто бы чужой взгляд – пристальный и внимательный, нет-нет, да упирался меж лопаток алой точкой снайперского прицела. Будто бы за ними кто-то наблюдал – с интересом, который ощущался на физическом уровне.

Или не на физическом?

Шерли тормознулся и оглянулся, пытаясь «почувствовать» Поток, и почти даже уловил что-то смутно знакомое, но замечание Ленни его отвлекло и вызвало очередной всплеск любопытства. Если не считать того, что это ещё один прекрасный повод оказаться с Ленни тет-а-тет.

— Вход куда? И почему это не с кем, — шутливо обиделся Шерли, мягко улыбаясь и взмахивая рукой ребятам, — хэй, ну как вы тут, рыцарское братство?

— Мгх?! — ладонь ведьмака скользнула по губам, вызывая оторопь, удивление и резкий ступор с обрывом невысказанного и тотчас позабытого слова, а может даже целой фразы. Ленни сбавил шаг, утягивая фамильяра за собой. Рука в руке, очередное сплетение пальцев и Шерли окончательно потерял над собой власть. Молча, лишь раз и искоса глянув в сторону беловолосых макушек там, впереди, высвечивающихся яркими светлячками среди тёмного дерева книжных шкафов, он последовал за магом беспрекословной тенью, задыхаясь от близости и слабого огонька надежды, трепетно дрожащей в глубине души.

Всё его «я» поджималось, припадало на передние лапы и ползло на брюхе, зачарованно глядя на объект своего вдохновения, стоило Ленни лишь намекнуть на возможное уединение. Поманить пальцем, позвать голосом – не важно.
Стоило признать самому себе, — и он закрывал глаза, то ли отрицая, то ли склоняя голову перед фактом — влип. Абсолютно, совершенно и крайне дурацки, но влип. В ямочки на щёках, в россыпь веснушек, в медовые глаза, в поводку эту, блин, манеру держаться и говорить – жесть, короче. Шерли уже пытался размышлять на этот счёт: изначально ведь их договор был совершенно о другом. И смысл был конкретным. И всё это…

Но способ заключения того самого договора… А ещё забавы эти… Прости господи. Никогда Трюгве такого не творил. Не думал даже, не помышлял, мысли не было, хотя хотелось, конечно, но!.. Да, ему нравились исключительно парни, – сколько он себя помнил, — но он не смел даже думать ни о признаниях – ага, чтоб в морду дали с ноги? — ни о чем-то таком. Вроде того, что ему Ленни едва ли не с порога предложил в раскрытых ладонях, стоило переступить порог их комнаты в общежитии.

Их. Общей.

Будто мир тоже был не против подобных вещей, иначе не скажешь. Забавно иногда повороты судьбы закручиваются.
Так или иначе, но сложилось. Скрутилось в единую спираль. И теперь внутри, в глупой голове, падая куда-то между рёбер, прячась, извиваясь в конвульсиях, силясь сломать кости, боролись друг с другом новое, непознанное, но надкушенное с алого бока, брызнувшее в рот сладким соком, манящее и желаемое, и устоявшееся нормой, вбитое в семье, родственниками, примерами окружающих, запретное, табуированное «нельзя», точно приказ, зло брошенный непутевому щенку, который всё никак понять не может, «почему».

Шерли судорожно вздохнул.

Голос Ленни доносился точно из-под воды.

Шерли мягко ступил за ним меж книжных рядов, встряхнул головой, смаргивая нечто мутное, налипшее на сознание грязной илистой пленкой.

— Да я не то, чтобы… — растерянно пробормотал он, пунцовея. В щёки будто иглы воткнули, разогрев кожу и заставляя нервы подёргиваться в попытке принятия верного решения: улыбнуться ли сейчас неловко или же сдержать лицо, слушая внимательно и серьёзно.

Тролли Шерли не мерещились, троллей он просто подозревал в существовании, раз уж есть Скверна, способная влиять и менять всё вокруг на своё хтоническое усмотрение.

— В смысле? – задумку ведьмака Шерли не понял, споткнувшись о внутренние отвлечения и распри, — но мне… — он сглотнул, ощущая вину, растекающуюся по венам холодом, — а… хорошо, — тревогу сменило смирение.

Оно прокатилось по всей его сущности одной большой и мягкой волной; накатило, захлестывая необъяснимой нежностью, и смыло все недоговоренности. А взамен принесло и положило на белый песок принятия из самых глубин потаённой тьмы тяжелое и глубокое чувство удовлетворения. Немного горькое, точно лекарство: в нечто странное они не полезут, а значит, что ведьмак его в безопасности.

Относительной, разумеется.

Шерли уже понял, что Ленни – этакий типаж безумного гения, страстного, увлечённого и делового; алхимические опыты для него – святое. Мешать – нельзя, помогать – обязательно, активно участвовать – жизненно необходимо.

От Ленни привычно пахло смесью трав, костяной пылью, чем-то каменным – сложно объяснить этот запах, но кто хотя бы раз вдыхал пыль перетертого минерала – тот поймет; тёплым, нагретым человеческим телом металлом и какими-то кремами; собственный запах его тела прятался за семью замками, но это не мешало Шерли выискивать его среди целой армии препятствий, которую вполне можно было обозначить «совокупной составляющей» и не промахнуться ни на миллиметр.

…Стыдно было это признавать, но нюхать Ленни ему нравилось. Было в этом что-то дикое, не пёсье даже, а вполне человечье. Древнее, щекочущее нейроны, тянущее лапки к вожделенному, добыче…
Хотя какая из Ленни добыча…

— Пахнет приятно, — выдохнул Шерли тихо, потянувшись вперед и обхватив чужое запястье пальцами, чтобы не было соблазна одёрнуть руку, чтобы склониться ближе и провести носом по линии сгиба кисти. Под натянутыми мышцами, под кожей и плотью, билась и пульсировала жизнь. Шерли поднял взгляд на ведьмака.

«Конфету дал…» Допустим, это объясняет те запахи.

Верхняя губа фамильяра дёрнулась. Будто он хотел обнажить клыки, но передумал.

— Нда? – флиртовали ли они или нет – чёрт разберет. Шерли всегда подобное мимо ушей старался пропустить, чтобы не влезть в какие-то махинации и разборки между голубками. А тут ему вдруг такие детали, а он…

Он только и может думать о том, что тоже попал под действие чар. Потому что на остальных-то ему плевать с высоты большой… Ну… Хотя Эш всё равно симпатичный.

Ленни словно мысли его прочёл и на себя одёрнул, концентрируя внимание.

Во рту стало непривычно сухо.

И сердце прокатилось болезненной дрожью-судорогой, когда они столкнулись взглядом, и Шерли чуть не умер в этот момент, потому что ещё немного бы – и был бы вместо него пёс, а не человек. А Шерли, между прочим, сегодня свой «ошейник», будь он не ладен, в комнате забыл. А без него оборачиваться – идея очень сомнительная.

Ленни улыбался.

Шерли таял, точно льды в Антарктиде. И уровень океана в крови становился всё больше.

«Да блять», — сглотнул Шерли, спиной чувствуя пустоту и холод – позади них никого не было, но будет ли? Сейчас и сегодня народу здесь хватало, но и не проходной ведь двор. «Блять…»

— А на меня не действует, — голос вышел сиплым. Мягкое движение вперёд и Ленни полноценно заблокирован, прижат спиной к полкам точно распятая бабочка, разве что на иглу не накололи.

Щёки краснеют.

Стыдно!

— Или ты меня тоже околдовал? – тихо и низко шепчет Шерли, не смея прервать взгляд глаза в глаза (он не может); ар-рх, эти губы напротив, изогнутые в усмешке! Дыхание пламенем опаляет (поэтому так жарко внутри?), руки сами скользят на талию Ленни, сжимая ткань, стискивая, налипая, отказываются выпускать из скрюченных до белых костяшек пальцев; он и сам вжимается в ведьмака, поддавшись порыву так, словно силится раствориться в нём, влиться, стать одним целым; губы его ловят рот Ленни, накрывают влажное и мягкое, замирают на целую наносекунду. Шерли неловко, медленно поначалу, но жадно и с чувством целует. Пульс его ускоряется, а из головы вылетает всё прочее, оставляя лишь тихий, повизгивающий от переполняющего счастья восторг, растекающийся, размазывающийся, брызжущий во все стороны. В голове восхитительно пусто, а язык скользит вперед, норовя вылизать губы Ленни, толкнуться внутрь, ощутить его вкус на языке. Приходится себя тормозить, чуть ли не за шкирку мысленно оттягивая и замедляя, чтобы не сорваться, не превысить скорости, не оттолкнуть напором и трясущейся от экстаза алчностью. Шерли вовсе не дракон, а Ленни – не принцесса. О, всё гораздо хуже. Всё гораздо хуже…

Он забывает, как дышать.
Он теряет счёт времени.

В висках пульсирует алая дымка, в штанах – пиздец, Везувий. Шерли постанывает, тянет Ленни за нежную кожу, которую, оказывается, так легко прокусить – во рту его кровь, а может и своя. С той, другой стороны книжного шкафа, что-то съезжает и тяжело падает, вызывая где-то в отдаленной стороне вспышку негодования.

«Потом уберу…» — вяло думает Шерли, совершенно беспардонно запуская ладони сперва под брюки, а затем и под резинку трусов, чувствуя себя абсолютно невменяемым, но уверовавшим в собственное «я». Сухие ладони скользят по мягенькой, пусть и тощей заднице ведьмака, и такие «обнимашки», определённо, нравятся Шерли больше. Ещё ему нравится тереться о пах Ленни своим, параллельно не останавливая вытягивание воздуха из чужих лёгких.

Шкаф легонько вздрогнул, не планируя качаться. Дуб, тяжелый, старинный – он многое на своём веку видел. И много чего пережил. И это переживёт.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/8/268495.png[/icon][/mask]

Отредактировано Shirley Tryggve (21-11-2025 03:33:06)

«С ума сойти» — билось где-то в стороне рваными лоскутами мыслей, содрогалось, выдыхая, поднимая лоскутные одеяла порывами ветра; шепот Ленни, игривый прищур глаз – это было лучше любого зелья. Его хочется касаться, трогать, обнимать; его хочется слушать, даже когда голос неуловимо меняется, когда чувствуется в нем что-то «не то», что-то досадно-лишнее – все равно, он готов мириться с любыми недочетами, с любыми его настроениями, с любыми фазами лун, лишь бы не оттолкнули, лишь бы позволяли быть рядом, смотреть и…

Далее круг замыкался, поглощаемый самим собой. Мысли втекали в мысли, вытекали в мысли, снова втекали и вытекали, бесконечная река, не планирующая ни менять свои русла, ни точку истока, ни устье; река, в которую погружаешься чтобы омыться её водой, чтобы испить её, чтобы прикоснуться; погружаешься, уходя всё глубже на глубину, продавливая илистое дно, ощущая босыми стопам жгучий холод.

Шерли прикрывал глаза, подглядывая за Ленни из-под опущенных ресниц; целовал его плечи, шею, под ухом, ухо. Прикусывал за мочку и дышал жарко, подрагивая всем телом, боясь нарушить этот момент, не смея переходить черту, которая стояла в его голове так же, как и член. В глазах его темнело, а во рту чужой вкус… а, блять… Честно, он бы ему…

Шерли сглотнул, нехотя прерываясь и полыхая закатным солнцем. Ленни смотрел на него остро, держал крепко, и…

«Блять. Блять, блять, блять, бля…»

Просьба, сорвавшаяся с его губ, была сказана таким голосом, от которого Шерли едва не кончил, прижимаясь к нему до боли и тряски в конечностях.

— Ты… — «ты чё, серьезно?» Шерли затошнило, дыхание его прервалось и затихло, а пульс прерывисто и хаотично-нервно затрепетал где-то на висках. Ему поплохело не от предложения столь щедрого и внезапно нарисовавшейся потери девственности (не так он себе этот день представлял!), но от скакнувших вверх нервов, грозивших лишить одного щеночка последних чувств и воли к жизни.

Ленни возился, выискивая по карманам что-то, что им явно сейчас пригодится.

А ещё он сказал, что ему «нравится».

(Шерли как-то по-идиотски разулыбался, всё ещё залипая.)

А ещё он предложил…

«Бля…» — грустно и одиноко застряло в горле и в голове одно-единственное слово, не слово даже как таковое, а всего лишь междометие. Междо-метие. Между… метием… меткой…
Шерли подгрузился, перегрузился и замер, наблюдая за тем, как Ленни достает из карманов блестящие фантики. Он чувствовал себя странно, когда осторожно взял их, зажимая в кулаке, зависая и мысленно подвывая от накатившего ужаса. Чувствовал странно, но не стыдно или даже «неловко», как предполагал поначалу.

Рот закрыть…

«Бл-л-л…» — шумно вздохнул внутренний голос. Шерли обнял ведьмака, вновь целуя его – на сей раз в затылок – боги! – и тоже потянул за молнию вниз, вытаскивая член и судорожно-рвано выдыхая Ленни в спину. «Блять», — билось в подкорке, пока дрожащие пальцы натягивали резинку, но всё ещё словно бы не веря в происходящее. Где-то совсем рядом их ждали близнецы, внизу ворчала библиотекарша и ходили меж шкафов студенты, привлеченные знаниями, а они тут…

Прелюбодействовать собрались. Ироды?

Однако же готовность Ленни к такому повороту и развитию событий привела Шерли в состояние, близкое к опьянению, граничащее то ли с безумием, то ли с отвагой.

— А рот чем закрыть? – вкрадчиво и будто вовсе не своим голосом поинтересовался фамильяр, прижимаясь к своему ведьмаку и бодая его спину лбом. Руки скользнули по бокам, талии, приласкали сквозь ткань живот и надавили, ведя ладонями ниже к паху.

Всё-таки Ленни он верил безоговорочно.

Шерли не мог объяснить толком, почему у него даже сомнений не возникало, но когда ведьмак был в чем-то уверен – и показывал это – то делать что-то против, вроде спора или поиска иных вариантов – казалось бессмысленной тратой времени.

Шерли помассировал-погладил Ленни в промежности, не удержавшись и подцепив его член пальцами, а второй рукой увел выше, по груди, задержавшись на шее и с каким-то темным восторгом чуть-чуть, но сдавливая ладонь прежде, чем сместить чуть выше, поглаживая распухшие и влажные губы мага пальцами, смелея и дурея всё больше с каждым новым вдохом, прижимаясь к нему со спины с жадностью и страхом потерять. Это всё походило на сон, но просыпаться Шерли не хотел отчаянно. Отчаянно он хотел совсем иное.

— Тебя, — шепнул он, задыхаясь от боли в груди и рвущего душу скулежа, — я тебя очень хочу, — чуть не плача. Кошмар какой, на эмоции уже пробило, что же дальше-то будет.

— Ужасно хочу, — продолжил Шерли, цепляясь за бедра Ленни ладонью – его пробивала мелкая дрожь – и стягивая его губы ладонью. Кажется, чуть заранее, чем это было нужно, но отчего-то…

…ему ужасно, до трясучки хотелось это сделать.

Шкаф предупреждающе качнулся, когда Шерли навалился на ведьмака, притискивая его к полкам всем телом. Придавил, словно планируя не трахать, а просто сплющить в мясной коврик. Разогрел его затылок дыханием и поцелуями – с прикусом, медленным ведением языка по алым пятнам, щекочущим клыкам; и только лишь затем решился.

Спасибо производителям презиков, какая-никакая, а смазка уже радовала, но Шерли – следуя инструкции в подсмотренной ранее порнушке – добавил слюны – от него не убудет – и приставил головку к предусмотрительно нащупанной дырочке. Той самой, которая похлеще космической, но затягивает также…

— Ле-ень-ни, — Шерли скульнул его имя протяжно и тихо, на выдохе-вдохе, неловко и боязливо-медленно толкая бедрами в узкое и горячее, чувствуя себя… очень странно. Он был внутри. И сжимали его так сладко, что хотелось отпустить себя, выдохнуть, позволить расслабиться и кайфануть, закатывая глаза. Внутри всё – точно по струнам арфы ангельские пальцы пробежались и наяривают, играя. Толчок бёдрами, голодный волчий оскал и давящая в губы ладонь (его пальцы влажно поглаживали Ленни по щеке), заставляя ведьмака откинуть голову вверх — смахивает золотое сияние и нимбы, разрушая пасторальную картину, доброе и светлое. Остается только похоть и желание. И Ленни, который полностью эти два чувства олицетворяет.

— Я… не плачу я, — «это просто дощщь, ага... просто кончу сейчас и всё, блять». Язык Ленни издевался над чувствительностью, влажно щекоча ладонь, и от этого Шерли тоже тягуче кайфовал и заводился, как проклятый, как мотор на старой отцовской лодке, который надо было несколько раз с нежностью дёргать за стартер. Р-р-раз, р-р-ра-а-аз, вжух, скользь – и собачка сцепляется с диском, и маховик начинает движение, и всё такое, ах-ха-ах...

Шерли затихает. Сознание пульсирует смесью желания, нежности и чего-то ещё, чего он не может пока разобрать и распробовать. Он допускает, что всё это лишь гормоны, что он банально запал, потому что Ленни — это Ленни, и именно он взял его тогда за руку, показал путь, открыл дверь и мягко подтолкнул в новый мир. И Шерли безумно благодарен ему за это. И хочет отплатить так, как может.

Только вместо бездушной оплаты, кажется ему, предлагает с избытком. Но и плохого в этом не видит и видеть не желает.
Желает целовать язвительное тельце, такое открытое сейчас, такое тёплое и дурманящее. Хочет трогать его везде и дарить тепло. И всю свою любовь, какая у него накопилась за последние несколько лет, прожитых в сизом холодном тумане. И себя. Шерли потряхивает от проживаемых ярких эмоций, от сбитого дыхания Ленни и его вздрагиваний – боги, в глазах на миг потемнело, он едва сдержался, чтоб не вцепиться ему в загривок зубами.

Руку Ленни, вжавшуюся было между ними, он настойчиво перехватил и завел выше, не отпуская. Ему хотелось придавить ведьмака собой, завалить его прямо на пол, с силой, до содранных коленей. Его выгнутая спина, его задранная голова, его покладистость и мягкость сейчас – это сводило с ума. Безнаказанность и власть – разрешение трогать его, разрешение взять его, подчинение и… — s-s-skit, — скульнул Трюгве, — skit, — повторил шёпотом и добавил почти на беззвучном:

— Jeg elsker de-e-eg~ — голос его стал низким и охрипшим, дыхание – жарким и мокрым. Он прикусывал Ленни за уши, скользил зубами по шее, срываясь в приятные постанывания, кусая за кожу легонько, мелко дрожа, сжимая зубы и тут же с силой зализывая покрасневшие отпечатки языком, прижимаясь губами к солоноватой поверхности, с восторгом ощущая, как Ленни двигается в его руках, его жертвенная податливость и отзывчивость. Сердце его замирало в восхищении, подвывало от восторга, захлестывающего волнами – и каждая волна казалась всё больше предыдущей.

— …el...sker, — выдавил Шерли, водя сухой ладонью по шее своего ведьмака, щекоча напряженные мышцы, прощупывая биение пульса и сжимая горло в кольцо из пальцев. «Очень сильно люблю», — глаза застилала тьма. Пальцы сжались сильнее, крепче, вместе с насаживанием Ленни на член. Шерли двинул бёдрами навстречу, толкаясь резче и чаще, сбивая дыхание, срываясь с ритма в забег и вынуждая Ленни прижаться грудью к книжным полкам, отчего те задрожали вместе с ними двумя. Раз-два-три-четыре. Ра-два-три. Раз-два… Р-раз… Мысли из головы сбежали с позором, оставляя только смешавшиеся запахи, сорванное дыхание и злость, что поднималась откуда-то с глубины, заполняла его сущность и рычала, скалила клыки. Не на хозяина, но на тех, кто его окружает. Кто к нему приближается…

«И Эшли флиртовал…» — звучит голосом Ленни; стреляет взглядом игривым, языком по губам ведет медленно, точно конфетку облизывает, — «и другой…»

Другие…

Шерли прижимается ещё ближе, теснее, перехватывая Ленни с силой, вжимаясь в него пальцами, всем телом, толкаясь членом глубже и зло, бесясь внутри себя и не понимая причин этой вспышки злости, необоснованной и направленной куда-то во вне; ещё несколько раз он толкается грубо и резко до судороги в напряжённых мышцах, и сразу же оттягивает бёдра назад, замедлившись, чтобы с мокрым шлепком вернуться обратно, сжимая зубы и рвано выдыхая на ведьмачье ушко клочком огня.

— …er gal etter deg, — жалобно, почти скуля стонет Шерли. Руки его давно уже выпустили тонкое горло, оставляя на нём темнеющий отпечаток; пальцы скользят по груди и животу, прижимаются к бедрам, обхватывая и поглаживая заботливо, притягивают и сжимают требовательно и больно, не давая отстраниться в моменте. Руки жадные, руки похотливые, влажные не от пота — Шерли обнимает Ленни за талию, вгрызаясь в него своей болезненной нежностью, когда вдруг содрогается, вспыхивая смущением, и неловко замирает, словив растекающуюся от члена волну удовольствия.

Отредактировано Shirley Tryggve (27-11-2025 02:08:20)