Стефания родилась в достаточно обеспеченной семье, чтобы позволить себе никогда в жизни не работать и при этом чувствовать себя более чем комфортно. Ее отец — польский бизнесмен Алексий Львович — унаследовал строительный семейный бизнес незадолго до выпуска из Университета Фудань, в котором и познакомился с Шэнь Юэ — молодой китаянкой из богатой семьи, покорившей его сердце красотой, изяществом и, что самое важное, деньгами. Юэ не была заинтересована в отношениях с Алексием, более того — по слухам, у нее был неизвестный возлюбленный, за которого она собиралась выйти замуж, но ближе к окончанию учебы общественность неожиданно узнала о ее помолвке с Львовичем, а спустя полгода после этого — о рождении их первенца. В тот же период молодая семья вернулась на родину отца семейства и окончательно обосновалась в Кракове.
Сама Стефания стала третьим ребенком в семье после двух старших братьев-погодок — Сергия и Милоша, и первым ребенком со вторым именем, данным от матери. «Фэн» означает «аромат»: «впервые взглянув на тебя, я будто снова почувствовала родной запах дома», — так она объяснила свой выбор.
Несмотря на то, что по меркам среднестатистического человека Фэн родилась со всеми возможными благами, она  все равно платила за право использовать каждое из них. Ее отец был более чем настроен вырастить своих будущих наследников достойными своей фамилии. Им давали все необходимые инструменты для развития, однако большее и лучшее они могли только заслужить кровавым трудом, что Стефания поняла очень рано и очень точно.
С раннего детства она усердно занималась всем, для чего большинство детей ее возраста считают неготовыми: от спортивных кружков и развивающих секций до ускоренной школьной программы. Еще в юности в ней горел огонь соперничества и стремление к совершенству заставляло учиться усерднее, чем кого-либо, но,  к сожалению, для ее отца всегда всего было мало. Алексий был суровым и непоколебимым даже с собственным детьми, редко к кому проявляя заботу и ласку, за исключением, разве что, своего первенца Сергия, которому все доставалось чуть-чуть проще и чуть-чуть чаще, чем остальным. Он всегда относился к дочери с холодной вежливостью, интересуясь ее жизнью не больше необходимого и лишь изредка проявляя реальный интерес к ее успехам. Это было для Стефании невыносимо, и она искренне не понимала, почему Милошу было все это безразлично. Хотя с возрастом она поняла, что не малую роль в отношении отца лично к ней сыграло и то, что среди всех детей она была больше всего похожа на мать и меньше всего — на него.
С другой стороны, в детстве и юношестве Стефании не было ни минуты, которую она бы проводила без своей матери. Казалось, Юэ была одержима идей воспитать Стефанию идеальным членом семьи Шэнь, лично обучая ее всему, чему сама училась в собственной семье.  Она никогда не называла дочь по первому имени, используя только «Фэн», говорила с ней только на родном языке, прививала традиции, манеры и этикет своей родины, который совершенно не сочетался с моделями поведения в Польше и Европе, которым ее обучал отец, но все это мать делала с такой любовью и нежной настойчивостью, что можно было бы закрыть глаза на медленно формирующийся кризис самоидентичности. Возможно, при других обстоятельствах или даже в другой жизни, Стефании было бы достаточно только того, что давала ей мать, но она оказалась слишком проницательной ради своего же блага. Юэ на самом деле не любила дочь такой, какой она была, она любила лишь тщательно выстроенный образ девочки по имени Фэн, которую можно было бы считать только своей, но Стефанию, рожденную и взросшую под чужим влиянием, она боялась и осуждала. Это осознание было слишком невыносимо для Стефании, и с течением времени она стала отдаляться от матери, проводя с ней все меньше времени, пока все не свелось к неловким пустым разговорам за обеденным столом.
С братьями ее отношения складывались более чем ужасно. С Сергием у нее была разница в 2 года, с Милошем — 1, и каждый из них относился к друг другу, как к досадной помехе на пути, которую нужно устранить любыми средствами. Это началось еще в детстве, когда все троя в полной мере осознали, кем на самом деле являются и чем может обернуться их расхлябанность. Но даже с преимуществом в возрасте братья умудрялись уступать ей: хотя Стефания не обладала врожденной академической гениальностью, как Сергий, или непревзойденной силой и спортивными успехами, как Милош, у нее было именно, что выделяло ее для отца на фоне братьев — хитрость, гибкость мышления и стремление к совершенству. И хотя с Сергием она не могла соревноваться в академических знаниях, Милоша она обыграла тем, что поступила с ним в выпускной класс одновременно, проскочив год обучения экстерном «за выдающиеся успехи». Казалось именно тогда она оказалась на пике внимания отца, однако гораздо больше она получила по окончании выпускного класса.
Ей было 18, это было только начало августа, она помнит это как сейчас. Именно тогда к ним в дом пришли незнакомцы, изменившие ее жизнь навсегда, и именно тогда все в ее семье поняли, что любые соревнования между детьми окончились сокрушительным поражением двух братьев, — в семье все это время был одаренный магической силой ребенок и это была Стефания. И никто уже не мог это перебить.