Дневной Каллмен уже давно проснулся и жил своей обычной неторопливой жизнью. Солнце стояло высоко над пологими холмами, заливая главную улицу ярким золотистым светом. Витрины немногочисленных магазинов блестели под прямыми лучами, а на тротуарах уже успели появиться бойкие прохожие, занятые своими делами.

Пекарня давно открылась и успела наполнить улицу запахом свежего хлеба, почта принимала посетителей, а в баре «Red Mule» царила привычная дневная тишина. Здесь пахло свежесваренным кофе, жареным беконом и сигаретным дымом, который за многие десятилетия въелся в старые деревянные стены.

— Ну что, Билл, — Джон захлопнул папку с накладными, обращаясь к бармену - широкоплечему мужчине с густыми седыми усами, — На сегодня закончили?
— Не понимаю, как у тебя получается продавать столько Wild Turkey.
— Потому что он хороший.
— Потому что ты умеешь убеждать.
— Если бы я умел убеждать, ты бы уже давно заказал шесть ящиков вместо четырёх.

Билл хмыкнул.

— Не наглей. Я ещё прошлую поставку не распродал.
— Врёшь.
— Конечно, вру.

Оба рассмеялись.
Бармен налил Джону ещё немного кофе.

— Надолго к нам?
— До вечера. Объеду пару магазинов, подпишу бумаги и обратно в Лоренсбург.

Колокольчик над дверью звякнул.
В бар вошёл мужчина в светло-коричневой форменной рубашке с серебристой звездой на груди. Шляпу он снял ещё на пороге и, проведя ладонью по коротко остриженным волосам, тяжело выдохнул.

— Добрый день, шериф.
— Был бы он добрым, Билл.

Бармен достал новую чашку и подлил из ещё не остывшего кофейника.

— Опять кто-то перебрал кукурузного самогона?
— Лучше бы так.

Шериф взял кофе, сделал большой глоток и только потом заметил Джона.

— Боу?
— Том?

Они крепко пожали друг другу руки.

— Не думал увидеть тебя в такое время.
— Работа сама себя не сделает.
— Всё торгуешь своим виски?
— Пока люди не перестали пить.

Шериф хмыкнул.

— Судя по этой неделе, без работы ты точно не останешься.

Джон заметил, что обычно невозмутимый Том выглядит уставшим. Под глазами залегли тёмные круги, а рубашка была измята так, словно он вообще не ложился спать.

— Ночка выдалась?

Шериф несколько секунд молчал, потом покачал головой:

— Если бы мне кто-нибудь рассказал — не поверил бы.

Бармен перестал протирать стакан:

— Это из-за тех разговоров про тарелку?

Том раздражённо оглянулся.

— Уже весь округ языками чешет?
— А ты думал.

Шериф ещё раз отпил кофе.

— Ночью вызвали на ферму Хендерсонов. Звонили в панике. Кричали, что в коровник что-то упало с неба. Соседи уверяют, будто видели огненный шар.
— И? — спросил Джон.
— И ничего, - он пожал плечами. — Никакой тарелки. Никаких пришельцев.

Шериф поставил кружку на стойку.

— Зато коровник выглядит так, будто внутри взорвали артиллерийский снаряд.

Бармен нахмурился.

— Настолько плохо?
— Кровь по стенам. Доски в щепки. Одну корову буквально... — он запнулся, подбирая слово. — Лучше тебе этого не представлять. Остальных тоже здорово посекло. Такое ощущение, будто что-то огромное носилось внутри в полной темноте.

На несколько секунд воцарилась тишина.

— Медведь? — предположил Джон.

Шериф покачал головой.

— Медведь не оставляет таких следов.
— Тогда что?
— Хотел бы я знать.

Он усмехнулся без тени веселья.

— Самое странное — одной коровы не хватает. Совсем.
— Сбежала?
— Если и сбежала, то предварительно научилась проходить сквозь стены.

Джон приподнял бровь.

— Ни крови, ни следов волочения. Просто исчезла.

Бармен тихо присвистнул.

— И ты снова туда едешь?
— Придётся. Вчера было темно, фонари толком ничего не освещали. Надо всё сфотографировать при дневном свете, составить нормальный отчёт.

Он посмотрел в окно. Возле тротуара стоял старый служебный пикап.

Шериф тяжело вздохнул.

— Если, конечно, эта развалина вообще заведётся.

Они вышли на улицу.
Том повернул ключ, стартер бодро провернул двигатель, мотор схватил, пару секунд неровно покашлял и... снова заглох.
Затем вторая попытка. И та же история.

Шериф выругался себе под нос. Открыл капот. Несколько секунд смотрел внутрь, после чего обречённо хлопнул крышкой:

— Проклятый карбюратор. Опять захлёбывается. Пока не разберу — дальше центра города эта колымага не уедет.

Джон, прислонившись к своему тёмно-синему седану, достал ключи из кармана.

— Если не боишься ездить с торговцем виски — садись ко мне.

Шериф усмехнулся.

— А ты-то куда?
— Теперь уже самому интересно посмотреть на ваши летающие тарелки.
— Там нет никаких тарелок.
— Вот и проверим.

Том секунду поколебался, затем пожал плечами:
— Ладно. Всё равно быстрее, чем ждать эвакуатор.

Ферма Хендерсонов встретила их тяжёлым запахом влажной земли, сена и чего-то металлического, неприятно щекочущего нос.

На крыльце дома их уже ждали хозяева. Мужчина лет пятидесяти, высокий, крепкий, с обветренным лицом, всё время мял в руках потёртую бейсболку. Его жена держалась спокойнее, хотя было видно, что за ночь она не сомкнула глаз.

Оба выглядели скорее растерянными, чем испуганными.

— Добрый день, мистер Хендерсон, — сказал шериф, доставая блокнот. — Нужно ещё раз пройтись по показаниям.
— Конечно, шериф...

Пока они медленно направились в дом, Джон оглянулся на коровник. Любопытство победило почти сразу.

— Я только посмотрю, — бросил он через плечо.
— Ничего не трогай! — крикнул Том.
— Даже если найду пришельца?
— Особенно если найдёшь пришельца.

Джон улыбнулся и вошёл внутрь.

В коровнике было прохладно. Солнечные лучи уходящего солнца пробивались сквозь проломы в крыше, освещая клочья сена, разбитые стойла и тёмные, уже подсохшие пятна крови на деревянном полу, делая общую, и без того безрадостную картину, ещё более зловещей.

Воздух был тяжёлым. Тихим. Настолько тихим, что отчётливо слышалось жужжание одинокой мухи.

Джон сделал ещё несколько шагов. Расстегнул ворот рубашки, чтоб немного отогнать духоту. И, вероятно, унять подступающий к горлу кислый комок.

Когда вдруг послышался скрип вновь открывающейся двери.

- Том, да тут словно коровий геноц... О? Добрый день...

Внутрь заглянула кудрявая улыбающаяся голова с чётко вычерченным шрамом поперёк носа, а затем и всё тело целиком. Крепкий такой парнишка, ростом где-то с самого Джона, может немного пониже, шагнул в коровник. Одет он был очень нетипично для здешних краёв.

- Вы, гляжу, не местный? - улыбнулся Боу своей дежурной улыбкой.

Отредактировано John Bow (23-07-2026 05:24:01)

- Ох, вот ведь.. - устало вздохнул Том, очень нехотя пропуская внутрь незнакомца. Так что тому пришлось буквально втискиваться вперёд плечом.
- Нечего тут смотреть, нет тут никаких тарелок. Это теперь забота шерифа округа - то бишь, моя. И в моей ответственности чтобы всё оставалось на том месте, где находится.

Было видно как сильно он хочет прогнать всех и закрыть сарай на засов. А может даже, сжечь его целиком к чёртовой матери, и забыть как страшный сон. Потому Джон резко перебил его:

- Том, ну не будь таким унылым засранцем. Человек приехал из далека, верно? - он ехидно подмигнул хорошенькому уфологу. - Дай хотя бы оглядется. Вдохнуть, так сказать, местного колорита.

В солнечных отбликах, бьющих в глаза, было сложно разглядеть лицо шерифа, но Джон знал - он улыбается.

- А вы, однако, смельчак, - Боу обратился уже к загадочному парню, - Кемпинг посреди скотобойни - звучит романтично, но всё ж довольно отчаянно. Неужто мест для свиданий с представителями иных цивилизациями поприятнее не нашлось? Думаете, они вернутся сегодня ночью с тряпками и швабрами чтобы прибраться за собой?

- А вы? Думаете, что это кто? Медведь?

- Да чёрт-те знает, - процедил Том, всё так же стоя у входа. - Я уже ничему не удивлюсь. Эта парочка - Хендерсоны - явно не в себе. Твердят что-то про дьявольский культ. Вы вот - про НЛО. А завтра глядишь сам Бен Ладен с телика заявит, что это у них тут такая репетиция перед очередным террактом была. Тьху!

Шериф сплюнул в землю перед порогом и потянулся в карман за сигаретами.

- Даю вам пять минут, и чтоб духу вашего тут не было. Оба!

- Не вопрос, Том, мы только с коровьими духами пошушукаемся и уговорим их сдать беглеца.

Странно, но гнилостный, дурманящий запах разлагающейся мертвечины с появлением митера уфолога словно резко отступил. На душе стало даже как-то весело. Нет, не та дурная радость как когда глядишь на падающую на счёт крупную сумму деньжат, и даже не та, как когда чей-то пухлый пиздюк, поскользнувшись, нырнул рожей в кучу навоза, а что-то совсем мягкое такое, мимолётное. Приятно свербящее где-то в районе груди и шеи.

Тепло медленно поднималось к мочкам ушей и краешкам губ. Ужасно хотелось почесать...

Да, Джон не был дураком, и конечно понимал, что серьги в его собственных ушах просто так чесаться не станут. Они были заряжены всего лишь каких-то часов 5-6 назад, да не кем-нибудь, а мистером Своном - одним из опытнейших магов ковена. Так что, пока артефакт был с Джоном, ни один фамильяр или ведьмак, включая самого мистера Свона, не могли учуять в нём ни малейших следов Потока. Да даже если б вдруг дону капибаре захотелось вдруг превратиться в животинку, и начать активно тереться пушистым задом о чуткие носы самой Инквизиции, то и тогда бы они вряд ли унюхали что-то, помимо естественной звериной харизмы.

Зато вот чутьё самого Джона при этом ничем не глушилось. Пусть и слабое, во всяком случае - по сравнению с инквизиторскими ищейками, но оно реагировало - как на скверну, так и на любые проявления Потока. Конечно, ещё этот слабый трепет можно было спутать с накатывающим возбуждением или с резким выбросом адреналина в крови, а потому внимательное прислушивание к собственному чутью порой занимало какое-то время.

Джон приблизился и с интересом заглянул в янтарные глаза напротив. Они были того самого оттенка, словно виски только что налили в бокал, и поднесли его к солнцу. Что-то столь же манящее плескалось в них, обещая незабываемый опыт. Тёмные густые пряди, обрамляющие крутые скулы, так и просили, чтобы в них запустили разом всю пятерню. Даже ладонь зачесалась от того как живо фантазия рисовала этот жест. Пухлые, улыбающиеся губы манили своей мягкостью. А шрам... Наверное, Джон был немного странным, но шрамы часто заводили его сильнее любых объективных преимуществ во внешности. Да, уфолог был бесспорно красив, можно даже смело сказать - смазлив до неприличия, но по-настоящему сексуальным его делал этот тонкий шрам на носу. Он буквально выглядел как дорожка, по которой хотелось пройтись кончиком языка.

- Джон Боу, можно просто Джон, - он смело протянул раскрытую пятерню для размашистого рукопожатия. И, не дожидаясь, встречной инициативы, тут же схватился за руку таинственного красавчика.

Рукопожатие у Джона было всегда открытое, сильное, от которого буквально невозможно увернуться, как и от последующих объятий. Если уж Джон с кем здоровался - то всегда от души.

Отпустил лишь активно похлопав парня по подкаченной спине и погладив по крепкому плечу.
А затем перешёл на ты. Собственно, а чего тянуть-то, раз уже все свои?

- Как тебе картинка, а? Я тоже на медведя думал, пока эту бойню жуткую не увидел. Не в каждом ужастике такое увидишь, конечно. Ощущение, что кто-то тут огненными шарами плевался по всем сторонам. А потом схватил под мышку одну из туш и, как Супермен вылетел прямо в ту дыру в крыше. Охренеть, конечно, сцена из Марвел! Знаешь, и я, кажется, впервые благодарен, что в кинотеатрах не показывают запахи.

Подойдя к одной из туш в самом углу, сохранившей чёткий край обгорелой плоти, уже во всю облепленной мухами и слепнями, Джон почувствовал, как к горлу снова подступает съеденный накануне почти переваренный хотдог.

- Ну, скажи, разве великие умы с других планет стали бы творить такую дичь? Нееет, такая срань могла случиться только у нас. И только благодаря человеческой тупости.

Что ж, кое-кто немного лукавил. Но сбивать с опасной логической цепочки - профессиональная привычка любого опытного лжеца.

- После увиденного, я прям уверен, что это дело рук самих Хендерсенов. Наверняка, хотели содрать по полной со страховой компании, прикрывшись мистической скотобойней. А одну корову соседям продали - жалко же убивать животинку, когда на ней можно лишний бабосик срубить, так? И в чём-то я их даже понимаю... Хотя, - он снова покрутил носом, прикрывая лицо ладонью, - На такую больную срань я б не решился.

Отредактировано John Bow (13-08-2026 01:47:41)