первая учебная неделя после насыщенных каникул пролетела мгновенно. началась следующей – так же стремительно утром и днем. и вместе с тем тянулась в вечерах и раздумьях мучительно медленно. особенно по извилистым тропам между садов и оранжерей фасги.

сегодня не исключение: утомил парами, особенно тактикой взаимодействия… с запутанным в отношениях ведьмаком и вторым заседанием дисциплинарного. нагрузки учебы и дк кавински хватает, и все же не давало покоя происшествие в конце августа. когда по эгоистичному желанию выпендриться он впервые попался за полицейским.

и теперь глупо хотелось исправиться: записаться в автошколу, очистить совесть. только времени не хватает катастрофически. и сил. нужно сделать выбор, где-то здесь по выделенному узкому треку, выветривая последние сомнения на ежедневной пробежке.

этим днем, увы, без нее. но есть рабочая альтернатива. одна сигарета. только одна: как-то же надо сбавить пар? в комнате курить не положено, и карл выскакивает наружу. минуя бледный камень общежития и крутые арочные проемы, ныряет за пределы знакомого «куба» светлых стен дворика. прочь от жилых зон и любопытных глаз.

чтобы едва найдя укромное место... заметить за углом хрупкую фигуру, юрко бросившуюся вверх по пожарной лестнице. да еще и бодро так подхватившую лестницу. которой явно там не должно было быть. ни по логике. ни по всем мерам безопасности. вопиющее нарушение.

карл замирает в ступоре, так и не чиркнув зажигалкой.

и… что он должен сделать?
срочно позвать коменданта? охранника?

а если она поскользнется… а если упадет?
а если спрыгнет… и, холера, куда смотрят камеры службы безопасности?

– ja jebie… – выругивается сквозь зубы кавински, зажевывает нервно фильтр. в дисциплинарном от силу неделю, а уже умудрился посреди ночи вляпаться во внештатную ситуацию.

мог бы просто забить и пойти спать. это было бы даже разумно, но…

карл тяжело вздыхает. иногда сам ненавидит свою же принципиальность. сигарету, что так и не успел зажечь, споро затыкает за ухо. озирается по сторонам на всякий случай воровато. бегло разминает пальцы и подтягивается по приставленной лестнице – вверх.

только вот яркие, туго сплетенные косы издевательски шуршат змеиным клубом в темноте слишком высоко. извиваются, дразнят и выскальзывают напрочь из поля зрения. прежде, чем он успеет перехватить девчонку на пол пути.

– стой!.. – испуганно шипит кавински вдогонку, но нарушительницы и след простыл.

лестница позвякивает насмешливо под кроссовками, как бы карл не старался ступать тише. и, когда нога наконец нерешительно находит твердую опору на самой вершине, он первым делом поглядывает настороженно вниз, за кованые перила.

туда, где у корней пожелтевшей листьями вишни, в глубине серебряной глубокой чаши двора женского общежития мерцает изогнутым острым серпом убывающая луна.

красиво, конечно… но узкое металлическое горлышко и вода внутри едва ли спасут от падения с такой высоты. если только у одного из них нет крыльев. или магии полета и левитации.

кавински в который раз проклинает свою бесполезную фамильярову суть.
но самокопание подождет: вот она, девчонка. не успела прошмыгнуть дальше – до нее рукой подать. буквально. и ни в коем нельзя упустить.

– да подожди ты!.. – отпружинив от последней ступеньки, выдыхает взволнованно карл. делает шаг вперед и опрометчиво ловит чужое запястье, чтобы удержать подальше от узкого парапета под резким скатом крыши. – т… ты сдурела? что ты тут делаешь? здесь нельзя находиться! спускайся!

голос старается держать в пределах допустимого – чтобы эхом не разносился далеко. карл тоже ставит себя под угрозу, если их тут застукают вдвоем. но его хотя бы послушают, как члена комитета…

послушают же?

– ..кхм. пожалуйста? – добавляет карл тише, тут же неловко выпуская ее кисть. заверещит еще, не дай бог. и обвинит, не пойми в чем… – пока тебя не увидели. или, если есть разрешение тут находиться, покажи его.

вряд ли. да и надо ли объяснять, что за такие выходки полагается серьезное дисциплинарное взыскание? выговор или вовсе отчисление. а за пределами академии тянет на незаконное проникновение.

пока просто, может, залетное, по дурости trespassing, без отягчающих обстоятельств. но тем не менее будь они где-нибудь в ближайшем пригороде возле заповедника фасги, вроде нортборро, наверняка все вылилось в штраф под сотню долларов.

или вовсе легкую, но судимость.
сомнительная пометка в личном деле, не находите?

а еще это ужасно глупо и опасно. карл хмурится осуждающе, останавливается взглядом на лямках за ее спиной. даже рюкзак взяла… черт знает зачем.

ну, утешает, что это хотя бы не попытка самоубийства.
вещи на том свете не нужны.

– ..ночевать за пределами общежития тоже нельзя, кстати.

он бы понял еще рюкзак с собой – чтобы попробовать перемахнуть втихаря через забор колледжа. с наличием камер и сторожек службы безопасности по всему периметру… шансы успеха стремятся к нулю. но отчаявшихся перваков от возможности улизнуть под шумок без сопровождения это обычно не останавливало.

только вот отсюда до забора далековато. и высоковато.
все равно никак не сходится.

Отредактировано Karol Kawinski (07-05-2026 07:15:02)

ну, да, очевидно: лучшая защита - это нападение. вместо того, чтобы пойти на уступки, она идет в наступление, сама выводит из равновесия, давит психологически и оглушает на мгновение ярким светом и провокациями. явно не из робкого десятка… "повезло" же карлу с первым нарушителем на его счету.

- ты… - выпаливает он в сердцах, все еще стараясь держать тон ниже обычного, - я пытаюсь  уберечь тебя от травм… и проблем с администрацией фасги, - неприязненно морщится, отгораживаясь ладонью от ослепительного света. - а ты эм… пытаешься в ответ что? шантажировать меня? ну так, задумайся: фото и тебе навредят. первым делом спросят, что делала на крыше ты сама. а сама съемка нарушает строгую конфиденциальность колледжа.

на крышу, наверное, это тоже распространяется? во всяком случае кавински не рисковал доставать аппаратуру в пределах академии, как бы сильно ни хотелось пополнить коллекцию полароидных снимков на стенах комнаты.

да и сейчас прозвучало неубедительно… скорее, растерянно. и точно ли не все равно девчонке, что вместе с карлом - она потопит себя саму?

- курение же на территории кампуса официально не запрещено… - тем не менее, чуть погодя, когда чужой смартфон гаснет, сигарета неуклюжим движением отправляется обратно в карман. просто на всякий случай. - ..только в помещениях.

запрещено - не запрещено, но ему очень не хотелось бы светить своими пороками перед студентами, которых приходится за такие маленькие слабости отчитывать. идеальная репутация - важный аргумент, когда ожидаешь беспрекословного послушания.

тихий усталый вздох, и поглядывает тоскливо обратно на лестницу.
похоже, на крыше он пока застрял.

- карл кавински, третий курс. с сентября этого года - член дисциплинарной комиссии… - запоздало представляется он, неловко приподнимая ладони в неохотном жесте капитуляции.

жалеет, что даже показать нечего: в студенческом пометок не делают, особых удостоверений не выдают… разве что ключи от кабинета комиссии - в его распоряжении… но разве это убедительно?

помогло бы на почте письмо от декана берки о назначении на должность… только вот на территории кампуса не работает интернет.

вот же засада.
и как так вышло, что теперь оправдывается карл?

кавински отступает на шаг назад и едва удерживается от саркастичного закатывания глаз. а вот насчёт домогательств технически она… права. фактически… все сложно. и попробуй докажи потом в суде, что для харассмента ему сильно не хватает тяги к женщинам, кроме как в искреннем бромансе.

- и, ojejku… не было никаких приставаний… ты мне совершенно не интересна… – карл кивает в сторону крутого парапета: – я остановил тебя только потому, что бегать по крышам - небезопасно. и потому что мне, к сожалению, не все равно, если ты навернешься и сломаешь шею.

качает головой примирительно:

- слушай… я понимаю, как это выглядит. но клянусь, я не хочу тебе зла. давай как-нибудь договоримся… и все-таки спустимся. начнем с начала: как тебя зовут?

ожидать можно чего угодно, но явно – не этого. кавински в растерянности смаргивает и застывает. на секунду – напрочь оглушен и обескуражен девичьей истерикой. и даже искренне верит этим горьким слезам. да и как не поверить? она ведь реально плачет... вот только эта улыбочка, дерзкая и едкая на окончании – явно не про честную игру.

какой подлый прием...
карл еще раз озадаченно смаргивает и хмурится сильнее. это даже вызывает толику... восхищения, что ли? такая актриса пропадает. только вместо сцены – зачем-то застряла в магическом колледже. как ни погляди, даже почти без иронии: талант в землю зарывает. не каждый профессионал в киноиндустрии способен вот так выдавливать из себя слезы… даже без техник ли страсберга или ментолового стика и слезного спрея.

но карл поджимает губы – оскорбленно.
сдерживается, чтобы не шагнуть снова ближе.

–  кхм... – неловко прочищает горло. хочется отсечь чуть жестче: она явно перегибает в своих максималистских методах. и намекает на совсем странные вещи, на которые кавински никогда бы не решился. и в которые ни один преподаватель с его идеальной репутацией не поверил бы. – пожалуйста, прекрати... во-первых, это откровенная манипуляция. причем довольно грубая. во-вторых... нет никакой необходимости придумывать про меня такие дикие небылицы: я никогда бы в жизни не причинил вреда кому-либо. тем более девушке.

и вообще помимо очевидной чрезмерной драматизации, явное преувеличение фактов: для того, чтобы считаться хотя бы просто высоким, ему не хватает… дюймов пять! если считать по имперской системе... или... нет, стоп… это вообще сейчас не важно.

он качает головой и вздыхает тяжело. растирает устало переносицу, на мгновение прикрывая глаза:

– давай договоримся все-таки нормально. и не скажу, что приятно познакомиться… но привет, веланна.

первокурсница… ей должно быть хотя бы шестнадцать, чтобы поступить в фасги.
может, поэтому тянет на такие беспросветные и откровенные глупости? сигануть к краю, резко, быстро, заставив карла тревожно дернуться за ней, чтобы успеть схватить снова за рукав. а еще лучше – как непослушное котенка – за шкирку и хорошенько встряхнуть.

но это и не нужно. напрасная тревога: марроу цела.
а вот их путь к отступлению не очень.

– ..ну, класс… – кавински присаживается осторожно на корточки рядом. расстроенно прикидывает расстояние от пожарной лестницы до земли. футов двенадцать. гепард точно осилит четыре-пять… а дальше?

не хотелось бы переломать все лапы в процессе. он чуть бледнеет и опасливо ежится – от сомнительной перспективы, разгибается снова, оглядывается в поисках альтернативного метода спуска. и веланну ведь тоже одну тут не оставишь... кинуть бы смс с просьбой о помощи лив или… нет, ни робу, ни мэтту карл ни за что не расскажет.

но телефон остался в комнате. а марроу наверняка не поделится средством связи. после ее выходки… сложно в принципе ожидать от нее кооперации.

– даже в форме зверя я не допрыгну. не могла бы ты набрать кому-нибудь из однокурсников, чтобы они помогли нам выбраться? – не надеясь на успех, интересуется карл и пока встревоженно проходится по узкому парапету к металлической двери, ведущей наверняка на чердак. а оттуда – в спасительное общежитие.

на всякий случай пробует ручку: раздается глухое и разочаровывающее «клик-клак». все тщетно: очевидно, заперто. замечательно, что хотя бы тут правила безопасности соблюдены. паршиво, что пока это играет против него самого.

возвращается к марроу – обеспокоенным больше, чем минутой ранее.

– ну, или… если тебе знакомо какое-либо заклинание… – «взлома», – ..невесомости, было бы очень кстати.

Отредактировано Karol Kawinski (14-06-2026 12:21:57)

попытку переложить ответственность за свою же безалаберность кавински не оценивает: закатывает глаза, вздыхает снова, разминает пальцами переносицу, пытаясь безуспешно сбросить напряжение, а заодно избавиться от усталости. и нарастающего раздражения.

так… не срываться. она младше. и она девушка.
даже если очень дерзкая, едкая, наглая и эмоциональная. и почему вечно приходится взаимодействовать именно с такими людьми? его терпение не бесконечное, знаете ли. а нервные клетки не восстанавливаются.

– может, мне напомнить из-за кого мы оба здесь? если бы не “твой спаситель”, вполне возможно, ты бы застряла тут одна, – подчеркивает карл, стараясь убрать из голоса весь сарказм, но получается с переменным успехом, – ладно… неважно. забей. споры не решат нашу проблему.

и по крайней мере веланна пыталась ее решать, уже радует.
не радует ее очередная попытка их глупую и тривиальную в сценарном аспекте случайность превратить в кадр из дешевой романтической комедии. и карл удивленно вздергивает брови, оценивающе пробегается по фигуре марроу взглядом и не удерживается от тихого смешка.

она, конечно, симпатична с точки зрения среднестатистического парня.
но очень уж самоуверенна. и карл не особо среднестатистический. не зациклен на внимании девчонок и слухах вокруг них.

– не боюсь. если сплетни не провоцировать, они не поползут. да и ты переоцениваешь мою общественную значимость, – дергает неопределенно плечом кавински. это не тот тип слухов, что его пугает. плюс шарит в них больше, чем хотел бы. выработался иммунитет, – я в комитете всего неделю, меня никто не знает. да и кому нужно, в курсе, что я и так… занят. с первокурсницами в полночь могу находиться только по нелепому стечению обстоятельств.

знает, мало кто. но больше свидетелей пока карл не было нужно. не до тех пор, пока не поймет, насколько все для миллера всерьез.

а эта ситуация... откровенный сюр. вряд ли кто-то воспринял бы этот инцидент адекватно, если только сама марроу не начнет распространять о нем лживые факты из мести… но пока не похоже, что ее обида на прерванное “преступление” достаточно для этого велика.

кавински осторожно принимает из ее рук смартфон, кидает смс на предположительный номер лив. знать наизусть – не знает, но, вроде бы, верный. возвращает владельцу.

– спасибо. и я самый обыкновенный член дк… никакой не важный, – поправляет ее неохотно, – обычно дисциплинарному нет надобности находиться на крыше колледжа… а значит и ключи не нужны, – объясняет терпеливо. по его мнению очевидные вещи. удивительно, как некоторые студенты романтизируют или преувеличивают роль участников комитета, – для таких доступов существует служба безопасности.

и, скорее всего, пан ривера не одобрил бы попытку приватизировать такой ключ… не под определенное расследование дела, а навсегда. кавински, впрочем, уточнять у главы сб не будет. он выдыхает снова, чувствуя себя запертым в клетке зверем, посматривает снова скорбно вниз.

складывает руки на груди в ожидании.
в принципе, с клеткой – не далеко от истины.

– пока подождем... если никто не ответит, наберу своему соседу, – карл поджимает губы, надеясь избежать крайних мер… и последовавших наверняка после нескончаемых подколок со стороны мэттью. вряд ли он оставит ситуацию без фирменных шуточек, – но ты, кстати, так и не ответила… зачем ты вообще сюда пришла?

Отредактировано Karol Kawinski (06-07-2026 12:19:20)

– ну… моя репутация меня действительно беспокоит… – соглашается кавински, слегка сжимает руки на предплечьях. подступающая неумолимо осень на крыше академии ощущается особенно зябко – промозглыми порывами.

и на самом деле с недавних пор этот вопрос его беспокоит даже сильнее, чем обычно. в отличие от первокурсников, вроде веланны, у него осталось всего два года.

два года, за которые придется в скором, если не бешеном темпе совмещения учебы и деятельности дисциплинарного комитета определиться, что делать со своей жизнью дальше. по мнению кавински: слишком сжатые сроки.

и слишком сложный вопрос, на который после разрушенной карьеры в спорте он так и не смог найти ответ. ведь теперь карл даже не уверен, чьи ожидания больше хочет оправдать.

вероятно, самого строгого рефери – самого себя.
может, с гордым званием стайера для него и покончено, но бег на перегонки со временем – остался.

– скорее, в плане нарушений правил академии или общепринятых законов… – чего-то, что действительно имеет объективный вес. что не является необоснованными доводами и не повлияет на мнение разумных и более опытных одаренных в деловых вопросах. – а не сплетен про мою личную жизнь…

тем более, что эта личная жизнь и так раньше даже не существовала… в отличие от популярных студентов, вроде его бывшего соседа, роберта гарсиа, у кавински весьма скромный «послужной» список. нулевой в пределах фасги. ну, или… почти.

он тихо терпеливо выдыхает и подходит поближе – к веланне, немного расслабляясь в плечах.

– ничего. преимущество… не во власти, а в полученном опыте и рекомендации от деканата… как фамильяра, в частности от профессора берки, – хотя кавински уверен, что уже неплохо зарекомендовал себя для декана фамильяров... всегда можно лучше. – ну, и повышенной стипендии так добиться проще. как и работы в круге.

доказать свою пользу академии, ответственность и самостоятельность в принятии сложных решений будет отнюдь не лишним. это была бы неплохая строчка в его магическом резюме… раз в их сообществе не существуют аналоги indeed или linkedIn для одаренных… остается полагаться только на связи, полученные за годы обучения.

– и… мне не все равно на судьбу студентов, – добавляет тише.

кому-то помочь. кому-то дать еще один шанс.
потому что сам опрометчиво не давал таких шансов на первом курсе своему же ведьмаку… присматривался не к личности, а исключительно – поступкам. и, оказалось… был совершенно не прав.

карл наблюдает с неловким удивлением за переменами в настроении марроу: в один момент она бушует, буйствует, словно ураганный ветер, взрывается то слезами, то смехом, то вдруг… обескураживающе спокойна. экспрессивна и переменчива, как погода на пиках гор, многим выше фасги.

но, похоже, хотя бы искренняя в своих эмоциях и чувствах…
он, увы, таким качеством похвастаться не может.

а еще… все равно вопиюще опрометчива. и кавински чуть вздрагивает, когда марроу без задней мысли приземляется на самый край крыши. он задумывается, прежде, чем последовать ее примеру. разглядывает придирчиво шифер: пыльно, грязно… совсем не по его вкусам.

но не стоять же столбом все это время… так еще холоднее. и ужасно неловко.
карл вздыхает снова, нерешительно устраивается рядом, подтянув ближе к себе ноги.

– пф… странная причина, – тихо усмехается. хотя на самом деле, пожалуй, находит такой резон нарушать правила даже… романтичным, что ли? – всегда завидовал людям, которые могут позволить себе поздно ложиться. меня начинает клонить в сон сразу после одиннадцати…

увы, выученная привычка, мера, которой приходится придерживаться при ранних подъемах и изнурительных тренировках. зачем она только теперь?

– но смотреть на звезды очень… умиротворяюще, – соглашается карл охотно, хоть и немного зажато. приобнимает колени, утыкается взглядом в уходящие далеко пушистые золотые макушки деревьев заказника фасги. – вокруг нас много лесов… и вдалеке от бостона и дышится как-то лучше. я тоже вырос в мегаполисе, только далеко отсюда. и, несмотря на то, что жил почти на окраине… тишина и природа вокруг академии все еще приятно удивляют. совсем другие.

на лице появляется неуверенная улыбка.
и хмурит брови карл теперь скорее в шутку:

– но повадки какие-то птичьи, если честно. необязательно для этого забираться так высоко. ты случайно не ласточка? слышал, в сша они водятся. по крайней мере в амбарах... – кивает благодарно, посматривая на предложенный термос. – а чай... будет не лишним. спасибо.

Отредактировано Karol Kawinski (30-07-2026 08:59:14)

колпачок термоса проходится рассеянным успокаивающим теплом по коже ладоней, греет теплым шероховатым дном. удивительно, но в такой откровенно нелепой и глупой ситуации чай действительно приходится очень кстати… успокаивает и немного расслабляет.

и даже тоскливо раскинувшаяся где-то далеко под ногами лестница не кажется такой уж трагедией. можно… подождать еще. и в целом… если их никто не увидит у кампуса, даже насладиться этим процессом позорного ожидания.

кавински благодарно кивает, вдыхает аромат чая.
тихо серебристо смеется:

– ага, только по ночам. и только ради справедливости. может, и не дк виноват, а я просто скрывающийся супергерой? надо выбрать себе какое-нибудь не слишком отстойное имя… – хотя в голову лезут, как назло, только самые тупые из вариантов: – что-нибудь типа “freshman lifeline”... или… не знаю, “roof sentinel”?

а второе даже почти ничего. надо взять на заметку. может, в параллельной вселенной он будет чуть более полезен обществу, чем фамильяр? обладать какими-нибудь реально классными способностями, если не адекватной магией.

звучит, как мечта. даже при всей не любви кавински к супергероике, как кинематографическому жанру.

– и… скажем, белое трико и прекрасный голубой плащ в комплекте, – продолжает он, смешливо фыркнув. на мгновение представил себя слишком детально в таком вызывающем и странном наряде. обязательно с трусами поверх трико. – лоснящийся элегантно на ветру... и этот плащ после вдохновляющей арки саморазвития на других крышах новой англии... непременно стал бы причиной моей кончины.

это классика, и все такое. которую знает любой, даже совершенно не интересующийся жанром среднестатический нерд. карл на такого вполне себе катит. хотя и очень не хотелось причислять себя к задротам.

– а тебе тогда нужно жуткое суперзлодейское имя… что-то наводящее страх на округу незаконными проникновениями на территории академии, – а что? любому супергерою нужен главный враг. это тоже классика. с яркими, алыми косами марроу и талантом к драматическим выступлениям и шантажу… звучит, как идеальная партия. – чтобы ты могла его выкрикивать и злодейски громко смеяться. а после запирать меня на крышах. какой отвратительный бы вышел фильм… мы бы провалились в прокате.

он неловко кашляет и замолкает на секунду:

– кхм. прости. я плох в смолл-токах… птицах и в спасении первокурсниц. но…

ведет плечом и упирается взглядом в расходящийся кругами в кружке чай:

– да, всегда. наверное… я не задумывался. на крыши я, разумеется, не забирался, но… пытался добиться справедливости еще задолго до фасги. в польше, – порой для себя. порой для других. порой это имело смысл… порой нет. – просто хочу сделать… правильно? моя подруга лив говорит, что это классная черта. и что мне стоит таким гордиться. потому что безразличные люди – намного… страшнее. и их значительно больше.

и многим проще вот так: пройти мимо, забыть, забить… на следующее утро невозмутимо пожать плечами на сплетни в кампусе о поскользнувшемся на крыше студенте. или спрятаться в уютную раковину и игнорировать новости вовсе. карл никогда так не умел.

– и выдра, значит… – он задумчиво отпивает немного чай. – никогда их не видел в реальности, а не на картинке или в зоопарке. но маленький, ночной зверек в чем-то… тебе даже подходит.

кавински клонит голову вбок и ехидно прищуривается.
теперь вблизи замечает на лице веланны следы уходящего лета: россыпь бледнеющих веснушек. и легко представляет на ее щеках длинные, но довольно милые гибкие вибриссы выдры.

– надеюсь, плавать ты просто обожаешь. или я окончательно убежусь, что поток дает форму фамильярам просто по приколу… а мой зверь… ну, гепард? большая быстрая кошка. наверное, потому что я бывший бегун.

Отредактировано Karol Kawinski (11-08-2026 19:27:59)

кавински смешливо фыркает и торжественно протягивает свою кружку чая, чтобы осторожно приложиться металлическим прохладным боком о чужой. приглушенный звон знаменует даже если временное, но все же… перемирие.

– пф. тогда договорились, карманный апокалипсис, – легко соглашается карл на вымышленное сотрудничество.

низенькой и ушлой локальной катастрофе такое имя вполне к лицу. да и подходяще длинно и безвкусно. прямо к их потенциально пародийной киноленте. перфект мэтч.

– вот утвердим авторские права и продадим потом это фото, как супер-лимитированный мерч к новому фильму… разбогатеем, – продолжает шутливо кавински, неловко сжимая в руках кружку. и ни за что не сознается, что в этих деньгах никогда и не нуждался. просто приятно совместно повоображать светлое будущее. ни капли не лицемерие. – только выбирать с собой трусы для трико не зову пока что, окей? как-нибудь в другой раз.

потенциально «никогда», хотя… карл не зарекается: с лив и иногда даже их «снежной королевой» челс он забредал на выходных на лучшие шоппинговые улочки бостона. кто знает, вдруг они и с вел подружатся достаточно? хотя в простой и удобной толстовке и рваных на коленке джинсах она совсем не выглядит, как ярая любительница часами напролет шататься по дорогим бутикам.

да и… представить себе девушку, пусть даже и на редкость бойкую, разбивающую направо и налево чьи-нибудь носы и ставящую яркие фингалы под глаза, почему-то тоже крайне сложно. даже с условием общей подтянутости тела: она не кажется угрозой для отпетых буллеров.

разве что одолеет такой же мастерской актерской игрой на эмоциях и нервах? это себе кавински представить вполне может.

– как член дисциплинарной комиссии осуждаю, – заключает он на чистосердечное признание. – да и как человек тоже… я максимум могу вот так – поговорить. не люблю насилие и никогда не лез в драки… не хотел вылететь из школы и уж тем более атлетического клуба.

поэтому лично его оценка всегда держалась в лицее между wzorowe и bardzo dobre, а рекомендаций тренера было заметно больше, чем у прочих стайеров-юниоров azs-awf-warszawa.

– но признаю… что иногда люди плохо усваивают информацию устно… например, ты, – и он наклоняется легко ближе, чтобы ткнуть ее локтем под ребро. совсем легонько, чтобы случайно не разлить остатки чая. – поэтому в чем-то… твои поступки даже более геройские, чем мои. только не зазнавайся. я сказал это один раз… и не повторю потом перед комиссией! и ни за что очередной компромат не записывай!

кавински без слов согласно кивает, ставит между ними свою кружку в ожидании добавки. удовлетворенно наблюдает, как подтягивается в безопасность без его нравоучений марроу. похоже, его беспросветная глупость и жалкие попытки в воспитательную беседу не были совсем уж напрасными…

на закономерный встречный вопрос карл долго молчит, подбирая правильные слова. и не представляет, как уместить годы бесконечной борьбы с самим собой, звериной формой и ведьмаком в односложный вердикт: «да» или «нет».

все еще где-то между.

– ..первые два года вообще ее терпеть не мог, – в конце концов, честно признается кавински. – моя форма потенциально может то, чего уже не могу я… быстро бегать. это порой очень раздражает. я ей… завидую. и в то же время знаю, что никак не могу реализовать ее потенциал.

рука сама собой задерживается на мгновение на левом, больном колене. где-то под брюками «красовался» уродливый шрам: доказательство его спешки, его дурости, его самоуверенности и отсутствия терпения. его наказание за тщеславие и неосторожность.

карл тихо вздыхает и смотрит на свои ладони. эти руки могли бы быть не просто… дополнительной и весьма сомнительной силой «на подсосе». не просто ловким отвлекающим маневром. могли бы действительно творить что-то… впечатляющее, распорядись поток иначе.

– я бы лучше хотел колдовать. в смысле по-настоящему… понимаешь? – наверняка должна. наверняка веланна, как и многие другие студенты, услышав о магической академии… ожидала совсем другого. – изучать заклинания, ритуалы не только в теории, но и применять на практике. полностью самостоятельно зачаровывать свои артефакты! и готовить зелья, полезные для одаренных… иметь свой ведьмачий дар… должно быть, это… весело.

и здорово: быть независимым от чужих сил. не полагаться на связь, на подручную помощь любой ведьмы даже на какой-нибудь паре артефакторики… что уж там говорить про реально опасный бой.

– звучу как-то депрессивно, – он старается сложить на губах снова подобие улыбки и осторожно заглядывает в темные, отблескивающие в свете звезд алыми рубинами глаза марроу. – я просто… привык к своему зверю, полагаю? гепард – не такое уж плохое животное. и в чем-то я могу пригодиться. но даже так… курде, неужели ты никогда не задумывалась, что было бы "если"? что если бы ты родилась ведьмой? и вся ли твоя сила и суть действительно отражены в шкурке маленького зверька?

Отредактировано Karol Kawinski (16-09-2026 13:02:03)