[mask][race]<div title=ведьма>W</div>[/race][nick]Aimee Holmes[/nick][status]Маленький кролик[/status][icon]https://e.radikal.host/2026/03/30/gemini-2.5-flash-image_Make_this_girl_look_like_a_girl_from_an_American_family_in_the_50s._She_s_a_teen-0.jpg[/icon][lz]Никогда не отказывайся от того, что заставляет тебя улыбаться.[/lz][/mask]

Все звуки доносились как через слой воды. Глубокой, холодной и затягивающей. Как водоворот. Вся жизнь теперь казалась водоворотом. Страшным, пугающим, где в конце ждет только поражение.

Эйми, не отрывая взгляда, смотрела на свои руки. Обычные руки. Бледные, немного покрасневшие от холода, с (о, ужас!) обгразаной кожей вокруг ногтя и маленькими ранами. Эйми никогда себе такого не позволяла. Она не позволяла себе распущенные, запутанные волосы, невзрачный жакет, и пыльное платье. Но это было в той, прежней жизни. В той, где был жестокий отец и потакающая ему мать. В том, где старший брат всегда был на первом месте, в той, где… где тот, кого она считала опорой, пожелал ей смерти.

«И что теперь?» - Эйми подняла затуманенный взгляд, не замечая как раздирает тонкую кожу у ногтя до крови. С тех пор, как она заразилась, боли почти не чувствовалось. А еще холода или жара. Ее тело словно уже начало погибать.

«А сейчас у меня есть только тот, кого я никогда не воспринимала всерьёз".

Почему-то хотелось рассмеяться, но сил на это уже не было. Ее истинный. Тот, на кого она всегда смотрела с высока, тот, кого она не считала достойным своего общества, тот от кого она… отказалась. Лишь он был сейчас рядом. Нет, Эйми не обольщалась. Она знала, что он делает это только из-за их чёртовой связи, что она тоже ему не нравится… но его присутствие было таким правильным и успокаивающим.

Девушка так глубоко погрузилась в свои мысли, что вздрогнула, когда ей на колени приземлился пакет с едой. Эйми посмотрела на Тайлера и нахмурилась, скорее просто по привычке. Сейчас, когда на кону стояли их жизни, времени и сил на злость или другие чувства попросту не было. О чем красноречиво говорили слегка потемневшие голубые глаза.

- Благодарю,- коротко произнесла девушка, отвернувшись от Тая, когда тот начал есть. Она еле удержалась себя от замечания в его сторону, когда он начал крошить еду себе на колени.

«Это всего лишь еда, не надо реагировать. Вероятно, я скоро не смогу чувствовать ее вкус".

От этой мысли Эйми стало страшно, но она лишь прикупила губу, взяла в руки хот-дог и немного откусила. Он оказался горячим и удивительно вкусным. Возможно из-за того, что они не ели почти весь день.

- Надеюсь, он будет хотя бы чистым, - пробормотала Эйми, когда услышала про дешевый мотель. – В последнем мотеое на белье была кровь. И откуда она мне знать не хочется.

Когда еда закончилось, девушка аккуратно убрала за собой и выкинула все в мусорный корзину у скамейки. Не прошло и пары минут как показалась нужная электричка. Эйми, как-то инстинктивно, встала поближе к своему истинному и невольно схватила его за край кожаного рукава. Она была ниже его ростом. Значительно ниже. Ее макушка едва доставала ему до плеча, но именно это вызывало в ней чувство защищённости. Народу было не так много, но все же каждый из них мог быть угрозой для ее жизни.

Дождь не прекращался. Он становился сильнее. Кажется где-то вдалеке послышался раскатать грома…

- Кажется, нам сюда, - Эйми указала на деревянные лавки. Напротив уже сидела пожилая парочка, поэтому девушка коротко им улыбнулась и, дождавшись Тая, села с ним рядом.

Только сейчас она заметила, что довольно сильно промокла. Волосы стали тяжёлыми и начали завиваться, с носа капнула капля, а руки слегка покраснели от холода. Но, самое страшное , Эйми этого не чувствовала.

- Какие вы милые, молодые люди, - раздался статический голос. Эйми подняла взгляд и слегка вздрогнула, когда встретилась со светлыми глазами старушки. – Вы должно быть сильно замёрзли…

- Все в порядке, не переживайте, - поспешно заверила Эйми и бросила взгляд на Тая. - Дождь начался внезапно.

Отредактировано Edan Noyt (30-03-2026 15:18:58)

[mask][race]<div title=ведьма>W</div>[/race][nick]Aimee Holmes[/nick][status]Маленький кролик[/status][icon]https://e.radikal.host/2026/03/30/gemini-2.5-flash-image_Make_this_girl_look_like_a_girl_from_an_American_family_in_the_50s._She_s_a_teen-0.jpg[/icon][lz]Никогда не отказывайся от того, что заставляет тебя улыбаться.[/lz][/mask]
- Твоя правда - дождь начался больно уж внезапно.

Лицо старушки сморщилось в улыбке. Эйми неловко улыбнулась в ответ. Сейчас было не время для разговоров. Она вообще не понимала почему начала эту  странную беседу. Наверное ей просто хотелось не мгновение почувствовать себя … обычной. Той девушкой, которой она была до заражения. Беззаботной, желающей спокойной нормальной жизни с мужем и детьми. Только жених оказался мерзавцем, а она сама стремительно мчится в пропасть смерти.

Эйми бросила взгляд за окно. Поезд медленно тронулся. Небо становилось все темнее и темнее. Огромные чёрные тучи заполонили небо, словно не предвещая Эйми ничего хорошего. Но она надеялась. Надеялась, что там, в месте назначения, ее вылечат. Она надеялась, что выживет. Она и Тейлор. Несмотря на то, что они были чужими друг для друга, Эйми не хотела стать причиной его смерти. Это было бы несправедливо.

- Милая, - подала голос старушка привлекая к себе внимание. Голубые глаза девушки остановились на ее лице. Старушка снова открыла рот, чтобы что-то сказать, но не успела. Тейлор дёрнул ее за край манжета и Эйми перевела взгляд на него.

- С кем разговариваю? – девушка, удивлённо моргнув, указала на сиденье напротив. – С милой пожилой па…

Она не договорила. Слова застряли в горле. Перед ними никого не было. Сознание затопило ужас и паника. Эйми готова была заплакать, но голос Тейлора ее остановил. Она посмотрела в его глаза и, нарушая все установленные между ними негласные  правила, схватила его за руки.

Они были тёплыми. Большими. Надёжным. Совсем не такими, как у ее бывшего жениха. У него всегда руки были холодными и грубыми, но руки Тейлора, пусть и были шероховатыми, казались удивительно надёжными. И именно это не позволило Эйми провалиться в ужас своего сознания. Или во всем виновата близость истинного фамильяра?

- Там никого нет…- сорвался шепот с ее губ. – Тейлор, там нет никого… это… это все скверна, я… схожу с ума…

За спиной Тейлора в окне сверкнула молния, чётко освещая его силуэт. Раздался раскат грома, от которого девушка вздрогнула и сажала пальцы парня чуть сильнее. Когда же погас свет, Эйми прикупила губу и закрыла глаза. Так не страшно. Так она не увидит то, чего нет.

Ей безумно хотелось кинуться вперед, обнять парня, вдохнуть аромат дальней дороги, дождя и пыли и наконец-то почувствовать себя в безопасности.  Но она не сделала этого. Она даже не заплакала. Она лишь сильнее прикусила губу и дрожащим голосом произнесла:

- Если у меня начались галлюцинации из-за заражения, мне теперь нельзя доверять всему что я вижу, поэтому… я буду спрашивать тебя, хорошо?

Она хотела, чтобы эти слова звучали уверенно и серьезно. И это почти так и было, если бы не дрожащие пальцы в руках Тейлора.

В начале вагона послышался какой-то шум. Эйми не выдержала, открыла глаза и посмотрела в ту сторону. Она была напряжённая, словно струна, которая вот-вот порвётся.

- Надеюсь, это не инквизиция… - едва слышно прошептала девушка, наконец-то находя в себе силы отпустить ладони Тейлора.

Снова сверкнула молния. Эйми вздрогнула, закрыла глаза и отвернулась.

- Там сейчас сидят… два человека? – шёпотом спросила Эйми и вздрогнула, когда раздался раскат грома.

Отредактировано Edan Noyt (07-04-2026 22:05:00)

Пальцы Эйми всё ещё дрожали, но теперь эта дрожь была не только от холода — скверна ползла по венам медленно, неумолимо, и каждый вдох давался тяжелее предыдущего. Ладонь Тайлера, шершавая и горячая, легла поверх её ледяных пальцев, и от этого простого жеста что-то внутри сжалось до боли. Что-то, чего Эйми избегала, особенно по отношению к этому фамильяру.

Она никогда не думала, что её сможет успокоить кто-то вроде Тайлера. Грубый, резкий, вечно с этим вызовом в глазах — он был всем, от чего её оберегали с детства. Не её круга. Не её воспитания. Не её мира. Даже когда сама ощутила невероятный эффект от прикосновения к Тайлеру… нет… Эйми не верила в истинность пар — все эти сказки про нерушимую связь, про единственного, предназначенного судьбой. Она считала это красивой легендой, не более. Так надо было считать. Так было правильно для ее мира. Её парой был Томас. Надёжный, предсказуемый, одобренный семьёй, красавчик Томас, с которым они были помолвлены уже два года. Тот самый Томас, который держал её за руку на светских приёмах и шептал правильные слова в нужные моменты, который помогал ей с домашним заданием в школе, который ужинали ч ее семьей и играл с ее отцом в гольф. Тот самый Томас, который, узнав о её болезни, сдал её. Просто взял и сообщил куда следует, что его невеста заражена скверной. Именно он смотрел на нее с холодным блеском в глазах и говорил просто сдаться. Потому что в его мире это было правильно. Но для Эйми тогда мир изменился. И теперь они с Тайлером прятались в этом поезде, мчались сквозь грозу, потому что больше идти было некуда и не к кому.

Эйми подняла взгляд и посмотрела на профиль юноши рядом. Он был красивым. Гораздо лучше, чем Томас. Тайлер. Единственный, кто остался рядом. И пусть этл все из-за салями, пусть он просто берег свою жизнь, но… никто не заставлял его утешать ее и держать за руку.

Эйми коротко кивнула на его слова и бросила быстрый взгляд в конец вагона. Два тёмных силуэта всё ещё сидели там. Неподвижные. Неестественно неподвижные. Она знала, что их там нет. Знала, что это скверна играет с её разумом. Но от этого знание не становилось легче. Раздался гром — резкий, близкий, раскатистый. Эйми вздрогнула всем телом и опустила взгляд на их руки. На его пальцы поверх её.

В памяти вдруг всплыл разговор — всего месяц назад, в уютной гостиной у Элис. Они с подругами пили чай, обсуждали городские сплетни, и кто-то упомянул Тайлера.

— Он горяч, Эйми, ты видела его на последней тренировке? Говорят, у вас истинная связь. Зачем ты сделала сшивку с Томасом, когда у тебя такой экземпляр под боком? — Лора всегда была бестактной.

Эйми тогда отмахнулась, легко, почти небрежно:

— Томас — мой жених. Он надёжный. Не то что этот...

Она не закончила. Не сказала о Тайлере ничего плохого, но подруги всё поняли по её лицу. По тому, как дрогнули уголки губ. По тому, как она слишком быстро сменила тему.

Теперь Томас где-то там, в безопасности, в тепле, с чистой совестью. А «этот» Тайлер сидит рядом, держит её за руку и делает вид, что не боится. Хотя связь передаёт его тревогу — глухую, спрятанную глубоко, но всё равно ощутимую.

Они ехали в тишине. Эйми сама не поняла, как это вышло — её пальцы скользнули в его ладонь, переплелись. Когда он успел убрать руку? Или она сама потянулась? Тепло его кожи обожгло. У него были удивительно тёплые ладони — грубые, мозолистые, но тёплые до невозможности. Тепло поднималось от пальцев к запястью, от запястья выше, растекалось по венам, и там, в груди, что-то отзывалось. Больно и приятно одновременно. Как будто лёд, сковавший её изнутри, дал первую трещину.

Поезд начал замедляться. Эйми подняла глаза к окну, вглядываясь в размытые дождём огни станции. Платформа была полна людей — мужчины в плащах, женщины с зонтами, носильщики с багажом. Обычная суета обычного вокзала. Но что-то было не так. Сердце пропустило удар.

Среди толпы, у самого края платформы, стояли две собаки. Крупные, тёмные, неподвижные. Они не двигались. Не вертели головами. Просто стояли и смотрели. Прямо на их вагон.

Эйми напряглась. Пальцы сами собой сжали ладонь Тайлера крепче.

— Тайлер, — выдохнула она, и голос её дрогнул, сорвался в шёпот. — Ты видишь их? Собак. Две. У края платформы.

Она не дала ему времени ответить. Свободной рукой вцепилась в его рукав там, где уже смяла ткань до складок.

— Это фамильяры. Я знаю, это они. Инквизиция. Томас сказал им про поезд. Он наверное узнал, куда мы поедем, узнал про лекаря, он всё им сказал, Тайлер, всё, — слова посыпались быстро, судорожно, как будто внутри прорвало плотину. — Они нашли нас. Нашли. Они схватит нас и…  Что мы будем делать? Если они зайдут в вагон...

Она вжалась спиной в сиденье, дыхание сбилось, стало рваным, поверхностным.

— Это не галлюцинации. Клянусь, не галлюцинации. Они настоящее. Тайлер, посмотри на них. Они смотрят прямо сюда.

Глаза её распахнулись шире, и в них плескался ужас — липкий, животный, какой бывает только у загнанного зверя.

— Я не хочу, чтобы ты умер из-за меня. Не хочу. Я и сама не хочу умирать. Ни за что. — Она посмотрела ему прямо в лицо, и в этом взгляде не осталось ни высокомерия, ни притворства. Только страх. И что-то ещё, чему не было названия. — Мы должны бежать. Если они схватит меня, то убьют. А потом и ты…

Пальцы её дрожали в его ладони, но она не отпускала. Наверное, она боялась отпускать его сильнее, чем визит инквизиции. Сильнее, чем мысль о расправе.
[mask][race]<div title=ведьма>W</div>[/race][nick]Aimee Holmes[/nick][status]Маленький кролик[/status][icon]https://e.radikal.host/2026/03/30/gemini-2.5-flash-image_Make_this_girl_look_like_a_girl_from_an_American_family_in_the_50s._She_s_a_teen-0.jpg[/icon][lz]Никогда не отказывайся от того, что заставляет тебя улыбаться.[/lz][/mask]

Отредактировано Edan Noyt (15-06-2026 20:51:00)

Слова Тайлера пробивались сквозь пелену паники медленно, как свет фонаря сквозь густой туман. Эйми всё ещё дрожала, всё ещё видела этих собак — нет, урн, просто чугунных урн, — но его голос, низкий и твёрдый, цеплял её сознание, не давая окончательно провалиться в бездну ужаса.

— Посмотри на меня. Только на меня, слышишь?

Она попыталась. Сфокусировала взгляд на его лице — грубоватом, с резкими линиями скул, с вечно нахмуренными бровями и тёмными глазами, в которых сейчас не было ни насмешки, ни привычного холода. Только сосредоточенность. Только странное, неожиданное спокойствие, которое он, кажется, транслировал ей намеренно.

— Попытайся сосредоточиться на мне, как на своём фамильяре. Ты же знаешь, как это?

Знает. Конечно, знает. Со сшивкой Томаса они тренировались месяцами — учились чувствовать друг друга через искусственный канал, пробитый чужими чарами. Это всегда было трудно. Всегда требовало усилий, концентрации, почти медитации. Словно пытаться услышать шёпот через толстую стену.

Но сейчас...

Эйми закрыла глаза, сделала глубокий вдох  и потянулась к связи. Не к той, искусственной, что до сих пор саднила где-то на периферии, а к другой. К той, что пульсировала под рёбрами с самого начала, с самой их первой встречи. К той, которую она годами заталивала глубже, глушила, отрицала.

И это оказалось легко.

Связь отозвалас мгновенно — тёплая и живая. Она не сопротивлялась, не пряталась за барьерами, не требовала усилий. Словно всё это время ждала, когда на неё наконец обратят внимание. Как брошенный пёс, который годами сидел у порога и верил, что дверь однажды откроется.

Эйми почувствовала Тайлера. Не просто рядом, а внутри. Его размеренное дыхание. Его пульс  уть чаще обычного, но ровный, сильный. Его тревогу, он боялся, да, но не за себя. За неё. И это осознание ударило куда-то в солнечное сплетение, выбивая остатки воздуха.

Это не пугало. Вот что было странно. Она думала, что близость к Тайлеру будет её отталкивать. Всегда отталкивала. Но сейчас, в этом полумраке, под стук колёс, это радовало.

— Вот так, — выдохнула она едва слышно, не открывая глаз. — Я... я чувствую тебя.

Поезд мерно покачивался, унося их дальше от станции, от урн, от страха. Эйми чувствовала, как скверна внутри затихает — не уходит совсем, но отступает, сворачивается клубком, словно зверь, решивший пока не нападать. Может быть, дело было в стрессе. Может быть, галлюцинации пришли на пике паники, а теперь, когда она успокоилась, отступили. А может...

Она не заметила, как уснула.

Это случилось незаметно, мягко, просто веки отяжелели, дыхание выровнялось, и реальность уплыла куда-то в сторону. Ни снов, ни кошмаров — только тёплое, уютное ничто.

Проснулась она от того, что поезд начал замедляться. Моргнула. Поняла, что её голова лежит у Тайлера на плече. На его плече. Она спала на плече Тайлера Бойда — грубого, вечно ощетиненного парня, которого её семья считала никем, а она сама...

Она замерла. Не отстранилась. Просто замерла, боясь разрушить этот момент. Её пальцы всё ещё были в его ладони, теперь их пальцы были переплетены. Когда это случилось? Она не помнила. Но его рука была тёплой, невероятно тёплой, и это тепло поднималось вверх к груди. У Эйми замерло сердце. Она медленно отвела взгляд в сторону, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Она стала освобождать свою руку.

Поезд окончательно остановился. Тайлер слегка толкнул её плечом.

— Пошли, наша.

Он помог ей спуститься на перрон, всё ещё держа за руку, и Эйми не протестовала. Вдохнула сырой, пропитанный дождём воздух и огляделась.

Станция была пустынной. Два слабо горящих фонаря отбрасывали дрожащие, искривлённые тени от пустых скамеек. Тяжёлый туман вызывал приступ клаустрофобии, поглощая все вокруг, как огромный зверь.Где-то капало мерно и ритмично. Пахло сыростью, ржавчиной и чем-то ещё, едва уловимым, что Эйми не смогла распознать. Заброшенная станция. Она никогда не думала, что будет в таком месте.

Эйми заметила, как Тайлер достал сигарету. Щелчок зажигалки — и он затянулся, слегка запрокидывая голову. Запах табака поплыл в сыром воздухе. Эйми не любила этот запах. Поморщилась, но промолчала. Сейчас это не имело значения. После всего, что случилось, после предательства Томаса, после скверны, после галлюцинаций, после этой странной, пугающей близости в поезде — запах сигарет был такой мелочью. Такой ничтожной, глупой мелочью.

Они пошли по дороге. Вернее Тайлер шёл первым, а Эйми немного отставала, глядя под ноги. Асфальт был изъеден выбоинами, в которых поблёскивала дождевая вода. Туман цеплялся за лодыжки, делая каждый шаг слегка нереальным.

Она смотрела на свои балетки — дорогие, совершенно не приспособленные для таких дорог, — и воспринимала то, чего не следовало бы. Воспоминание всплыло само, без спроса. Чужие горячие руки на её талии. Чужое дыхание у самого уха. И обещание глупое, отчанное обещание, которое они дали друг другу той ночью. «Мы никогда не повторим этого. Никогда». Голос Тайлера, низкий и хриплый. И её собственный, дрожащий: «Никогда».

Эйми тряхнула головой, прогоняя воспоминание, и подняла взгляд.

Тайлер шёл впереди. Спина широкая, уверенная. Он двигался иначе, чем мужчины её круга не было этой вышколенной осанки, заученной грации. Вместо неё что-то природное и хищное. Плечи, которые казались способными выдержать что угодно. Руки, которые могли и ударить, и защитить. Он был выше Томаса. Шире. И, Эйми вдруг поймала себя на этой мысли, притягательнее.

Она сглотнула и опустила взгляд обратно на дорогу. На дурацкие трещины в асфальте. На туман, стелющийся под ногами.

"До мотеля идти около получаса", — сказал он. Полчаса. Всего полчаса идти за ним следом, неотрывно глядя в эту широкую спину и пытаясь не думать о том, что связь под рёбрами пульсирует всё сильнее с каждым шагом. И о том, что ей это нравится.

Они дошли до мотеля, когда туман уже полностью поглотил дорогу позади, оставив только островок мутного света вокруг вывески. Она висела над двухэтажным зданием, мигала через раз, и половина букв не горела — вместо «MOTEL» читалось только «MOT...», а остальное угадывалось с трудом.

Эйми остановилась и медленно оглядела то, что должно было стать их убежищем.

Здание было старым. Даже не так — древним. Стены когда-то были белыми, но время и сырость выкрасили их в грязно-серый, с желтоватыми подтёками в тех местах, где водосточные трубы давно проржавели. Вывеска «MOTEL» раскачивалась на ветру, поскрипывая ржавыми цепями. Окна первого этажа были заклеены пожелтевшими газетами, а на втором — занавешены разномастными тряпками, которые явно никогда не знали стирки.

Она покосилась на Тайлера. Он стол чуть впереди, затягиваясь сигаретой, и в свете мигающей вывески его профиль казался вырезанным из камня. Ему было плевать на грязные окна и ржавчину. Ему вообще, кажется, было плевать на всё, кроме главного — довести её до цели и не дать сдохнуть по дороге.

— Надеюсь там нет клопов.... — сказала Эйми,  отводя взгляд от лица фамильяра.

Эйми сидела за липким столиком и смотрела в стакан с пивом, который всё ещё сжимала в пальцах. Пить не хотелось. Думать — тоже. Но мысли лезли сами, непрошеные, как сорняки сквозь трещины в асфальте.

Она видела, как Тайлер улыбнулся той официантке. Светловолосой, с блузкой, которая явно была на размер меньше, чем следовало. Видела, как та положила ладонь ему на предплечье — легко, по-хозяйски, словно имела на это право. Видела, как он не отстранился.

Что-то внутри Эйми сжалось. Не от страха, вовсе нет. От того чувства, которое она отказывалась называть своим именем уже много месяцев. Ревность. Острая, колючая, совершенно иррациональная. Она не имела права ревновать. Они сами договорились — «никогда больше». Сами поставили этот запрет. Сами решили, что связь нужно глушить, не давать ей прорасти. И вот она сидит тут, в дешёвой забегаловке на краю мира, и злится на незнакомую официантку только за то, что та посмотрела на Тайлера Бойда. На её истинного. На её...

«Нет. Не моего. Не моего».

Она зажмурилась на секунду и сделала глоток пива. Горькое. Терпкое. Совсем не похожее на шампанское из хрустальных бокалов, к которому она привыкла на приёмах. Но сейчас это было не важно. Вообще всё было не важно кроме того, что скверна продолжала ползти по венам, а где-то там, за туманом, их искала инквизиция.

Зал гудел, как улей. Где-то играла музыка что-то быстрое, ритмичное, из тех мелодий, что крутят по радио в программах для молодёжи. Эйми подняла глаза и посмотрела на танцующих. Они кружились, смеялись, двигались так легко и беззаботно, будто в мире не существовало ни скверны, ни смерти. Будто завтрашний день был чем-то гарантированным, а не призрачной надеждой.

Она завидовала им. Завидовала их свободе, их незнанию. Завидовала возможности просто быть, без груза за спиной, без холода внутри. И где-то очень глубоко, под слоями усталости и страха, ей отчаянно хотелось оказаться среди них. Хотя бы на минуту. Хотя бы на один танец.

— Скучаешь, красавица?

Голос раздался слишком близко. Эйми повернула голову.

Над ней навис высокий парень. Он был накачанный, самоуверенный, в расстёгнутой рубашке. Улыбался широко и лениво, как человек, который привык получать желаемое. От него пахло пивом и сладким одеколоном.

— Я не скучаю, — ответила она ровно.

Он не ушёл. Вместо этого опёрся рукой о спинку её табурета, наклоняясь ближе.

— Брось. Ты тут одна сидишь, смотришь на танцующих такими глазами... — он ухмыльнулся. — Грех такой девушке одной скучать. Потанцуем?

Эйми отрицательно покачала головой. Ей не было страшно — после секачей, после скверны, после всего, что она пережила за последние недели, пьяный ухажёр казался проблемой где-то на уровне сломанного каблука. Неприятно, но не смертельно.

— Я не танцую. Спасибо.

— Да ладно тебе, я научу. Меня, кстати, Билл зовут. А тебя?

Он протянул руку, но в этот момент между ними возник Тайлер.

Эйми даже не заметила, как он оказался рядом. Просто секунду назад его не было, а теперь — вот он. Широкая спина, напряжённые плечи, затылок, по которому она могла бы узнать его из тысячи. Он встал между ней и незнакомцем, заслоняя её целиком, и в этом движении было что-то такое... знакомое. Правильное.

— Парень, ты потерялся?

Голос Тайлера был низким, спокойным, с той стальной ноткой, от которой у Эйми мурашки побежали по спине. Она слышала этот голос раньше. Всего один раз.

Тот день. Секачи, вырывающиеся из подлеска. Крики студентов. И удаляющаяся спина Томаса, исчезающая за деревьями. Её жених. Её «надёжный» фамильяр. Бежал, бросив её умирать.

Она помнила, как сердце тогда рухнуло куда-то в пятки. Помнила, как отчаяние захлестнуло с головой. Помнила, как подумала: «Всё. Конец».

А потом — он. Тайлер. Он нёсся к ней сквозь заросли, не разбирая дорог. Вокруг кипел бой, но он бежал не к группе. Не к преподавателям. К ней. Она знала это тогда — чувствовала через связь, которую так старательно глушила. Знала каждой клеточкой своего тела. Он шёл за ней.

И тогда случилось странное: тёплое, щекочущее чувство разлилось в груди, и липкий страх вдруг отступил. Всего на миг. Но этого хватило.

Сейчас, в этой прокуренной забегаловке, она почувствовала то же самое.

Он снова пришёл к ней. Не к кому-то. К ней.

Парень — Билл или как его там — поднял ладони:

— Эй, брось, дружище. Я просто хотел пригласить её потанцевать. Девушка красивая, а сидит как в клетке. Я ничего плохого не хотел.

Эйми увидела, как Тайлер замер. Что-то в этих словах зацепило его? Или ему они показались забавными? А потом он обернулся. Посмотрел на неё без привычной усмешки, без колкости. Посмотрел так, будто что-то искал в её глазах. И, кажется, нашёл.

Он шагнул к ней и протянул руку. Ладонь была широкая, грубая, с мозолями от тренировок. Та самая ладонь, что сжимала её пальцы всю дорогу в поезде.

— Идём танцевать, принцесса. Ты же умеешь танцевать твист?

Эйми моргнула. На секунду она потеряла дар речи — настолько это было неожиданно. Он стоял перед ней, взъерошенный, пахнущий табаком и виски, с этой своей кривоватой усмешкой, и протягивал руку.

«Мы же договорились. Никогда больше».

Но связь под рёбрами пульсировала, тёплая и живая, и его ладонь была так близко, и музыка играла, и люди смеялись, и она вдруг поняла, что хочет этого. Хочет хотя бы на минуту перестать быть умирающей ведьмой, за которой охотится инквизиция. Хочет быть просто девушкой, которую пригласил на танец парень. Её парень. Её истинный.

Она вложила свою холодную ладонь в его горячую руку.

— Вообще-то я училась бальным танцам, — сказала Эйми. Голос прозвучал ровнее, чем она ожидала. — Но думаю, с твистом как-нибудь справлюсь.

Он усмехнулся — на этот раз почти тепло, без привычной ехидцы. И потянул её к танцполу, лавируя между столиками. А она шла следом, чувствуя, как его пальцы крепко сжимают её ладонь, и думала о том, что «никогда больше», кажется, только что превратилось в «прямо сейчас».

И ей было всё равно, что будет дальше.

На танцполе было тесно и шумно. Пахло разгорячёнными телами, духами и пивом. Кто-то задел Эйми плечом, кто-то рассмеялся слишком громко у самого уха. Она на секунду растерялась — бальные танцы не готовили её к такому. Там были схемы, позиции, чёткие движения. Здесь царил хаос.

Но Тайлер уже взял её за руку — одну ладонь в свою, вторую — чуть выше, направляя. И повёл.

Он двигался иначе, чем она ожидала. Неуклюже, но в ритм. Без лоска, но с какой-то природной, животной грацией, которая завораживала. Эйми попыталась повторить движение, споткнулась о собственную ногу и чуть не упала — но он поймал её, придержал за талию, и от этого прикосновения кожа вспыхнула даже сквозь ткань платья.

Эйми хотела сказать какое-то оправдание или заявить что это все не для нее, но вместо этого неожиданно для себя рассмеялась. Смех вышел тихим и сдавленным. Она уже и забыла, когда смеялась в последний раз. Но сейчас, в этой душной забегаловке, под быструю мелодию, в руках человека, которого судьба назначила ей в пару, — ей вдруг стало легко. Так легко, как не было уже много месяцев.

Она подняла на него глаза. Он смотрел на неё сверху вниз, и в его тёмных глазах плясали отблески тусклых ламп.

[mask][race]<div title=ведьма>W</div>[/race][nick]Aimee Holmes[/nick][status]Маленький кролик[/status][icon]https://e.radikal.host/2026/03/30/gemini-2.5-flash-image_Make_this_girl_look_like_a_girl_from_an_American_family_in_the_50s._She_s_a_teen-0.jpg[/icon][lz]Никогда не отказывайся от того, что заставляет тебя улыбаться.[/lz][/mask]