Kindred Spirits |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Kindred Spirits » Книги судеб » [31.10.2025] Борьба, в которой нельзя уступить
Ведь если бы я предал честь,
я предал бы тебя.
Борьба, в которой нельзя уступить
31.10.2025
одна из гостиных Главного корпуса
Kayden Moore
Emilia Nightray
Хэллоуин - это интересно. Хэллоуин в Академии полной ведьм и фамильяров ещё интереснее! Если бы только этот день не омрачался ссорой Кая и Мии, которые для вечеринки избрали образы очень хорошо подходящие их душевному состоянию...
[hideprofile]
Бывало с вами такое, что степень вины от случайного проступка мешала заговорить? Случайного ли? Мия намеренно шлёпнула по воде, Кай видел, но донести, что магия под воздействием эмоций начинающей ведьмы, может выходить из под контроля, казалось нереальным. Даже шанса объясниться она не заслуживала, ударив свою родственную душу. До крови. Алые капли шокировали девушку настолько, что губы задрожали. Ей хотелось принять какой-то удар в ответ, но парень подобного не сделал, конечно же. Он ушёл, оставив с глубочайшим чувством раскаяния после своих извинений.
Да, Мур был не прав, выставляя ведьму дурой. Водить её за нос под чужой личиной, пугать, издеваться и притворяться не стоило. Но наказание не соответствовало преступлению. Найтрей ни за что бы его не ударила, но ей не доказать. В носу защипало, переживания сжали внутренности в тугой комок боли, мысли метались от идеи бежать следом, падая в ноги, вымаливая прощение, до горделивой частички, стремящейся защититься от неперевариваемой вины. Частичка утверждала, что фамильяр не меньше виновен в исходе, а Мия вовсе не желала атаковать способностями.
Прислушавшись к последней, ведьма вылезла из воды, добралась до спальни и не сразу, но уснула. Звон будильника, как всегда неожиданный и громкий, всверлился в висок и с намотанной на остром конце костяной стружкой, прошёл насквозь, по-прежнему вращаясь. Казалось она поспала секунд десять. Невыспавшиеся глаза горели, а на череп давила изнури неуёмная боль. Странная пытка не походила на обычную нелюбовь утренних подъёмов. Девушку словно выпотрошили, она точно знала причину. Дурацкая связь заставляла чувствовать всё это, а Мия не хотела, она поспешила найти Кайдена, чтобы извиниться и снова дружить. Как и думала, тем утром кофе её не ждало. Плохих девчонок не поят, их игнорируют. Почему-то Мию выбесило это. Словно парень подсадил на свои услуги, чтобы в моменты ссор демонстрировать обиду поярче. Ведьма подошла к Каю и с трудом выдавила:
— Я не хотела. Извини.
— Угу, — плюнул он в ответ. Душа спеклась, как картошка.
— Ты же не перестанешь со мной разговаривать. — возмутилась, но Кайден посмотрел прямо ей в глаза, после чего, так ничего и не сказав, поднялся и пересел за другую парту, за которой уже был ученик.
— Или станешь, — пробубнила Мия под нос, развернувшись лицом к вошедшему преподавателю.
***
— Он ведёт себя, как девчонка, — прокомментировала Мередит, приклеивая лист к бровям Мии. Ведьма подала очередной реквизит подруге.
— После того, как он ходил тут в облике птицы, ты имеешь право обижаться за всех нас в ответ, — поддерживала Трисс.
Обе соседки внесли большую лепту в костюм Найтрей на Хэллоуин. У Мии гардероб подходил лишь для косплея ведьмы, которой она и пол Академии итак являлись, или вампирши, а ей захотелось чего-то яркого, необычного, выпендриться. Поскольку Мер обожала зелёный цвет, она одолжила своё изумрудное боди, рукодельница Трисс пришила на него искусственную лиану, после блондинка оформила макияж и где-то добыла огненный парик. Лишь свои ботфорты Найтрей покрасила сама и купила зелёные колготки. Благодаря мастерству подруг, вышло гораздо лучше, чем девушка представляла. Парик и макияж словно маска изменили девушку до неузнаваемости.
Обожаемая женская солидарность помогла затянуть рану. Девчонки убедили, что:
Первое: Мия же случайно вызвала магию, не контролировала силу, обижаться за такое — бред.
Второе: Кай поступил некрасиво, он предал доверие, он заслужил.
Третье: Мия извинилась, попыталась наладить контакт, а Мур продолжал дуться. Чего он этим добивался?
Волшебница утвердилась в своей правоте и уверенно пришла на вечеринку. Кайден - парень и должен быть умнее, сильнее, выше всего этого, а вместо этого продолжал мучать своего соула, он, наверняка, наслаждался.
"Подумаешь царапина! Шрамы же украшают мужчин." — сегодня она не станет циклиться на том, чего Кайден от неё хочет.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/7/716041.jpg[/icon][/mask]
Ведь если бы я предал честь,
я предал бы тебя.
— Эй, может скажешь всё-таки, кто это с тобой сделал? — в четвёртый раз за утро спросил Аарон.
— С нами-то ты можешь поделиться, — подхватил Эйджи.
Но Кайден только вяло махнул рукой. Этой ночью он очень мало спал, но не смотря на это каким-то образом всё равно проснулся пораньше. Отказавшись от идеи пойти на пробежку, он бесцельно валялся в кровати, обняв подушку, и думал о событиях прошлого вечера. Сцена с кричащей Эмилией и последующим ударом надёжно запечатлелась в памяти Кая и за прошедшее время успела обрасти деталями и насытиться красками.
"Предатель!" — Кай потряс головой, словно это могло помочь ему забыть полный ненависти голос и выражение лица. От резкого движения щека дёрнулась от боли. Не смотря на то, что целитель в больничном крыле очень быстро залатала рану и даже не стала задавать лишних вопросов, поверив, что Кай просто поскользнулся на кафеле и неудачно упал, ощущение режущей боли от водяного хлыста Мии то и дело появлялось из ниоткуда, заставляя его морщиться и задерживать дыхание дабы не издать ни звука.
— Он безнадёжен, — послышался голос Алана.
После бассейна Кай отправился сразу в больничное крыло, где позволил доктору мазать его мазями и поливать эликсирами. Однако повинуясь какому-то внутреннему импульсу, Кай воспользовавшись тем, что целитель отвлёкся, просто сбежал из кабинета и стёр остатки мази, позволив остаться маленькому шраму. А когда Кай вернулся в свою комнату, Алан, Эйджи и Аарон в единодушном порыве выразили готовность отправиться бить морду обидчику, - посчитав, что этим обидчиком является Стэли из соседней комнаты. Кай в свою очередь им конечно же не стал рассказывать о том, что случилось. А они так и не могли успокоиться и поутру возобновили свои попытки добиться хоть каких-то деталей прошедшего вечера.
"Мия."
Сейчас, когда утренние лучи прогнали мрак ночи, случившееся вечером не вызывало больше такой злости, а на их место пришла тоска по девушке, что за короткое время стала ему так дорога, а вместе ней и печаль с обидой за нанесённый удар.
Снова прикоснувшись пальцами к шраму, Кай фыркнул и рывком встал с кровати.
"Какое ребячество." - теперь он уже сожалел о том, что оставил эту отметину на своём лице, но сейчас уже было ничего не исправить.
Быстро умывшись и накинув на себя одежду, он направился в столовую по дороге думая о том, что скажет Мие при встрече, но подходящих слов не находилось. Его разрывало на части от нужды поговорить с ней и чувства обиды. И что хуже всего, Кай не был уверен, что ему хватит сил заговорить с девушкой.
"Она меня ударила."
Эта мысль терзала его. Удар хлыстом был подобен росчерку пера, рассекающему всё, что было ранее. Кай бы мог многое простить и многое понять, но не применение силы.
"Если ты применил силу к близкому — всё кончено. И нет больше никакой близости."
От этой мысли сердце в груди сжалось так сильно, что Кай издал тихий стон, который к счастью никто так и не услышал.
И всё же, когда он добрался до столовой, всё равно ожидал увидеть там Мию. Но той там не оказалось. Взглянув на часы, он тяжело вздохнул.
"Слишком долго валялся. Она уже ушла."
До начала занятий оставалось не так много времени, поэтому Кай добыл себе чашку кофе и бутерброд с колбасой. Последний отказывался лезть в горло, а Кай в свою очередь отказался от попыток его съесть и вскоре покинул столовую, успев опустошить чашку с напитком лишь на половину.
Уже в классе, когда Кай копался в своих конспектах, он услышал столь желанный голос прямо над ухом.
— Я не хотела. Извини.
Кай вздрогнул и прежде чем успел обдумать что-либо рассеяно ответил:
— Угу…
"Я тоже не хотел…"
— Ты же не перестанешь со мной разговаривать! — в голосе Мии отчётливо читалось возмущение, которое дошло до сердца Кая и вызвало в нём новую волну злости.
"А то что? Ударишь меня ещё раз?"
Не позволяя себе выразить эти мысли вслух, он лишь ещё раз посмотрел в глаза девушки и поспешил ретироваться, дабы резкими словами не сделать всё ещё хуже. До конца дня Кай всеми силами старался не думать ни о чём кроме учёбы.
***
Поначалу Кай сомневался, стоит ли идти на вечеринку по случаю Хэллоуина. Но Алан и Эйджи путём долгих уговоров сумели убедить Кая, что чем сидеть в комнате и пялиться в книгу, лучше пойти и развлекаться вместе со всеми. К вечеру они казалось уже понимали, что причиной дурного настроения и шрама на щеке друга была Мия и тактично отстали с расспросами. В конце концов им ещё не доводилось видеть, как Кай избегает свою ведьму с того самого момента, как между ними установилась связь и давить на больное ни сколько не собирались, за что сам Кай был им весьма признателен.
Сейчас он смотрел на свой наряд, который стал готовить ещё несколько недель тому назад. Наряд этот был весьма прост и не отличался изысканностью: белая рубаха без пуговиц и такие же белые брюки. Был ещё и коричневый пиджак, надевать который Кай не стал и просто понёс его в руках. Заключительным элементом одежды была синяя роза — артефакт, купленный у одного из старшекурсников. Стоило Каю активировать его, как цветок и рубашка с брюками на нём начинали источать прохладу и понемногу осыпаться снежинками. Образ Кая из Снежной королевы был готов.
"А я нет."
Всю дорогу до вечеринки Кай думал о том, встретит ли там Мию.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/2/985423.webp[/icon][/mask]
Фуршетный стол по случаю Хэллоуина ломился от хот-догов с пальцами-сосисками, печенья-пауков и мармеладных змей да червячков. Мия пару желатиновых конфет попробовала, ведь мармеладки она любила, а остальное выглядело куда менее аппетитно. Ведьма осознавала, что кишки не настоящие, черепа обклеены мясом, но некоторые блюда сделали уж слишком реалистично. Мало того, что понять на глаз из чего они приготовлены невозможно, а соответственно определиться сладкое это или солёное, хочешь или нет, так ещё выглядели настолько правдоподобно, что чуть ли не вызывали у девушки рвотный рефлекс. Она отошла от еды к столику с напитками. Тот хоть и украсили в общей концепции, обтянув паутиной и добавив декоративных тарантулов, но отторжения не вызывал. Найтрей добыла напиток из котла, которого валил густой белый пар. Его плотная дымка стелилась вдоль всего стола, закрывала своей вуалью полученное девушкой зелье. Но Найтрей не собиралась пить или есть то, чего не оценила зрительно. Подняла к глазам прозрачный фужер и увидела под туманной шапкой жидкость бледно-голубого цвета, с пузырьками. На вид приемлемо, а запах ей ощутить не удалось. Пар лишь пощекотал ей ноздри, оседая на лице прохладой и напоминая об ингаляциях, которые делал ей отец во время болезней. Эмилия сделала глоток и сладкая газировка пощекотала горло, вызывая улыбку. Чародейка опустошила бокал залпом и ощутила резко возрастающее в груди веселье. В глазах загорелись звёздочки или девушке так показалось. Тара моментом испарилась у неё из руки.
"Как удобно" — подумала Мия и сделала шаг за добавкой веселящей жидкости, но одним резким движением оказалась ограждённой от празднества плотной темно-бордовый ширмой.
— Что за наряд? — спросил над ухом басовитый голос, приглушённый и искажённый, словно пойманный в клетку.
— А если к тебе кто-то пристанет? — теперь девушка поняла, что прикрыта чужим плащом, обернулась и скользнула снизу вверх взглядом по металлическим доспехам, вгляделась в узкие темные прорези рыцарского шлема, но не смогла разгадать кто перед ней.
— Это твой сюрприз? — продолжал задавать вопросы очень высокий и крупный парень, пока девушка лишь приоткрыла рот не понимая. Он намекал, что они знакомы и беспокоится, но Эмилия точно знала лишь то, что таким способом мог оберегать Кай, а он бы сломался под весом этого костюма. Ведьма признавала, что даже зная в каких нарядах ушли на праздник соседки, едва их быстро найдёт и опознает в супе из ведьм, упырей, убийц, мумий и призраков. Найтрей не уверена, что сможет найти и Кайдена, так может её тоже с кем-то спутал рыцарь? Впрочем, нельзя забывать о банальном умысле познакомиться с ней.
«Решил оригинально подкатить? Кем бы ты ни был, вызов принят.»
Ведьма прильнула к прохладной груди незнакомца, приподнимаясь на цыпочках, и прощебетала самым бархатным голоском на который была способна.
— На такой случай, мой поцелуй смертельно опасен, — словно предупреждая об угрозе его самого, ведьма улыбнулась уголком губ. Пальцы в грубой перчатке, прошлись по её подбородку.
— Всегда знал, что ты очень токсичная, mein Schatz* Но меня-то ты целовать не будешь, es ist schade **, — интонация голоса звучала слегка огорченно.
«Чего?» — чуть не выдала Мия, раскрывая своё замешательство и тот факт, что половину обращений не поняла. Из охотницы она неожиданно превратилась в жертву, растеряв обольстительный образ. Смятение отразилось в быстром маятнике девичьих зрачков.
«Почему не буду? Буду. Мне надо.» — ведьма ощутила в груди нарастающий протест. «Это что за реверсивная психология такая?» — поймав себя на этой мысли, она удивилась и другой — как легко флиртует и говорит о поцелуях с парнем, которого встретила минуту назад и не видела даже лица. Осознав себя в этой точке, в абсурдной ситуации, Мия отстранилась, сохраняя плавные движения плюща.
— Тогда я буду тебя танцевать, — бросив озорной взгляд на танцпол, она потянула рыцаря в центр зала. Положила руки на его широкие плечи и вспомнила несколько движений из бачаты, обучение которой посещала три месяца летом. Бёдрами сделала выпад направо, затем налево, оставляя торс напротив партнёра, опрокинулась спиной в его согнутую руку, отчего-то рассчитывая, что парень сориентируется и удержит. Не понятно с чего. Но поймал. Мия перегнулась так сильно, что чуть не сделала кувырок спиной. Грациозно поднялась, прижалась затылком к металлическим латам и продолжила извиваться подле него.
— Действительно впечатляет! Теперь все мужчины в этом зале смотрят на тебя голодными глазами. Скажи, неужели это то, чего ты хотела? Или чтобы меня поразила стрела Амура? Боюсь, meine Liebe***, твоим планам помешают доспехи.
Сердце Мии бешено застучало. То ли от прозвучавших слов, то ли распознав среди учеников Кайдена Мура. Её глаза выцепили его внезапно и вцепились словно прожектор. Эмилия узнала соула не только потому что Кай пришёл без наряда, но также по трущейся возле фамильяра Амаре в костюме Малефисенты. Ведьму словно ледяной водой окатило, паника стучала в висках.
— Значит, от них лучше избавиться, — разговор поддерживал за неё на автомате кто-то другой. Кто-то, чей образ ведьма сегодня примерила. Не до конца понимая, что делает, плющ схватила напарника по танцам за руку и потащила прочь из зала, затем по коридору пока не закрылась с ним в кромешно-тёмной подсобке. Мия почувствовала безопасность лишь на мгновение, биение сердце начало замедляться, но слушая своё тяжелое, сбившееся дыхание, она запоздало подумала:
"Так, а что дальше делать?"
* (нем.) моё сокровище
** (нем.) разве это позор
*** (нем.) моя любовь
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/7/716041.jpg[/icon][/mask]
Ведь если бы я предал честь,
я предал бы тебя.
— Привет. Ты в костюме… себя? — раздался за спиной знакомый голос.
Кай обернулся и тут же отступил.
«Жуть какая!»
Пред ним предстала Амара в образе Мелифисенты. Что ж, если девушка хотела навести страху, то у неё это очень хорошо получалось. Несмотря на отлично сшитое платье, мёртвенная бледность и сокрытые под шапкой с рогами волосы создавали не самый привлекательный образ.
— Если что, меня зовут не Стефан.
На лице девушки отразилось замешательство человека не понимающего значения слов собеседника. Но через несколько мгновений, кажется, ей удалось связать одно с другим, а именно свой костюм с именем объекта лютой ненависти Малефисенты, и засмеялась. Вполне искренне. Ведьма обладала довольно низким тембром, поэтому и смех вышел грудной, в самый раз подходящий злодейке.
— Кто же ты сегодня?
Кай вместо ответа заставил артефакт ожить, и его одежда стала источать прохладу и выпускать в воздух маленькие снежинки. Он поймал несколько из них в ладонь и, до того, как они успели растаять, показал их девушке.
— Погляди в стекло, Герда, — сказал он, цитируя слова сказочного Кая. — Видишь, как хитро сделано! Гораздо интереснее настоящих цветов! И погляди какая точность! Ни единой неправильной линии! Ах, если б только они не таяли!
Снежинки растворились, не оставив после себя и капельки. И хотя смотрела Амара не на исчезнувшие снежинки в его ладонях, а на те, что продолжали оседать на его плечах и волосах, глаза девушки горели и теперь казались теплее обычного. Даже черты её лица стали мягче, но быстро вернулись к обычному состоянию.
Кайден немного грустно улыбнулся, подумав о том, что его Герда сейчас не с ним, и закончил свой короткий монолог:
— Кай в роли Кая.
— Я могла бы стать твоей Гердой. Но меня ты записал в Снежные королевы. — Она громко хмыкнула. — Не возражаю, мне подходит больше. Бежать на другой конец света ради парня — не для меня. — Амара пожала плечами и приблизилась губами к его уху, прошептала. — Но хотела бы я знать стоишь ли ты того.
Кай почувствовал неприятное напряжение, когда Амара приблизилась к нему так близко. Но ещё неприятнее были следующие слова о Мие.
— Твоя Герда, к слову, тоже не собирается. Слышала, что она «планирует наслаждаться вечеринкой, а не носиться с обидами Кайдена. — Малефисента выпрямилась и голос её казался несколько более громким, чем до того.
«Мия.»
Сердце болезненно сжалось при мыслях о девушке. В глубине души он надеялся, что они помирятся на этой вечеринке, и эта надежда была единственной причиной того, почему он сюда пришёл.
«Зря-зря».
Верил ли он словам Амары сейчас? Нет. Не до конца. Но он полагал, что она может говорить правду, и оттого на душе было ещё противнее.
"Мы с Мией поссорились. Она меня ударила. Так чего ей стоило сказать те слова, что сейчас сошли с губ её соседки?"
Кайдену всё меньше хотелось оставаться в этом месте. Хотелось вернуться в комнату, спрятаться в душе, уйти гулять по территории. Просто двигаться. Потому что простое стояние на месте словно бы накапливало негатив, прожигая сердце изнутри.
— Классный костюм, кстати, — как ни в чем ни бывало, добавила девушка, похвалив его костюм, но сейчас это не вызывало никаких положительных эмоций.
— Спасибо. Ты тоже славно потрудилась.
Дежурная вежливость. Кай не знал, почему он продолжает мягко говорить с Амарой да и вообще зачем говорит с ней. Она совершенно точно пыталась вбить клин между ним и Мией, и это очень напрягало.
— Особенно эти рога. Они жуткие.
— Страшно? Так и задумано. Это же Хэллоуин, — Амара уголком губ показала, что ей приятна похвала парня. — Идем, выпьем? Покажу что тут есть.
— А мне-то всегда казалось, что Хэллоуин — возможность добыть сладенькое, — хмыкнул Кай и вяло улыбнулся.
Окинув окружающее пространство взглядом и не обнаружив Мию, Кай пошёл следом за Амарой. Пить он не собирался, но и стоять на месте было совсем невмоготу.
— Любишь сладенькое? Тогда попробуй, — она взяла со стола жука и протиснула его в рот парню. Заметив его неоднозначную реакцию на жест, добавила, — это клубника в шоколаде.
Оставив лакомство во рту фамильяра, девушка сунула в рот отломившийся кусочек шоколада, словно демонстрируя, что они только что разделили десерт на двоих.
Малефисента игриво глазела, не понимая, какие чувства сейчас испытывает Кайден, а затем протянула стопку с глазом.
— А это моё любимое — тридцать секунд будешь безудержно смеяться от души. Сьешь, это желе. Мне кажется, тебе сейчас не помешает.
Кайден съел и это угощение. Амара была права. С его губ сорвался смешок. Ещё один. И вот он уже не мог перестать хохотать. Но смех, нашедший своё отражение на его губах, лишь разжигал болезненное чувство в груди. Сколь странное столь и паршивое ощущение, когда что-то заставляет тебя смеяться помимо воли, в то время как внутри кошки скребут — это бесило. Подобные же чувства возникали тогда, когда кто-то пытался его щекотать, а он был не в духе. Это не помогало, но лишь усугубляло всю ситуацию.
— Пойду найду что-нибудь выпить, — прохрипел Кай, закончив смеяться.
Сейчас он испытывал лишь одно желание — избавиться от Амары и побыть хотя бы минутку наедине.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/2/985423.webp[/icon][/mask]
Чарльз Каннингем
— Тогда от них лучше избавляться, — проговорила девушка и потянула за собой. Чарли не сопротивлялся, свято веря, что идёт за Кэрол. Тем более в прошлом его соул уже выкидывала подобные фокусы. Однажды она посчитала, что ей необходимо стать лучше однокурсницы в театральном кружке и она пришла среди ночи к Каннингему, чтобы тот подсказал как нужно сыграть постельную сцену. Чарли тогда воспринял все за чистую монету и по-настоящему влюбился в решительную подругу. Боль, которую он испытал позже, когда правда открылась, трудно с чем-то сравнить. Но он не злился на Кэрол, ведь если бы она не пришла, Чарли ещё не скоро осознал как сильно его влечёт к ней и как он нуждается в близости.
Кэрол завела его в подсобку и захлопнула дверь. Окон там не было, так что Чарли понадобилось много времени, чтобы глаза хоть сколько-то привыкли к темноте и то, различал он лишь силуэт своей половины. В воздухе пахло травами и сушенным чесноком. Комната казалась не слишком тесной, так как стоять близко друг к другу не было необходимости. Кэролайн как и в прошлый раз замедлилась. Чарли помнил чем обоснована её "нерешительность", поэтому решил сделать первый шаг сам.
— Снова твои игры, птичка? Ты знаешь, я очень люблю тебя... но я все—таки мужчина. Мне может быть недостаточно нашей "дружбы"...
Каннингем приблизился к девушке и мягко привлёк её к себе за талию.
— Ты ведь тоже любишь меня, правда?
Эмилия Найтрей
Высокопарные романтичные признания в чувствах куда-то покинули уста рыцаря, стоило остаться наедине. Мие послышалось оправдание похоти. "Я очень люблю тебя, но…" — повторила про себя, отчего-то внутренне свирепея. Будто услышала кодовую фразу, пароль, что говорят девушке, чтобы затащить в постель. Её такое отталкивало. Вдобавок ведьме становилось душно от темноты, в которой оказалась. Ей захотелось немедленно выйти, но сделать шаг Найтрей не успела, за неё его совершил парень и мягко привлек к себе за талию.
— Ты ведь тоже любишь меня, правда? — что-то вновь щёлкнуло в груди девушки, переключаясь. Эмилии показалось, что за разыгрываемой сценой она наблюдает с стороны, сквозь дурманящий туман мыслей, безумных идей и жар переживаний. В голове пронеслись воспоминания о биографии плюща, согласно которым возлюбленный её подобными речами соблазнил, обещал жениться, но обманул, использовал, отравил. Выдумка или факт её личности? Ведь сегодня она в шкуре плюща, а воспоминания принесли определённые чувства. Желание сделать то же самое: обольстить, обмануть, убить. Она всё сильнее вживалась в роль, делая и говоря то, что сама не считала верным.
— Любовь — слишком переоценённое чувство. Это больно, ненадежно и смертельно опасно. — выпалила девушка, её руки нащупали шлем напротив и освободили голову. Ею руководила мысль, что прикосновение к другому человеку погубит его и того она желает. — Разве ты хочешь этого? — интимный шепот коснулся лица напротив.
Чарльз Форестер
— Любовь — это слишком переоцененное чувство. — слова половинки отозвались в его сердце болью. Он сам столько лет убеждал себя в том, что легко может обойтись без этого. Ему не нужна любовь. Без неё он может быть свободен, но не будет счастлив. Она говорила про боль и смертельную опасность, напомнив ему про Мэган и глубоко прошитое чувство вины. Раньше, он рассказал Кэрол о своих чувствах к однокласснице и трагической гибели, но не глубине вины. Но благодаря её словам, ответ дался ему легко. Он прекрасно понимал, о чем она говорит. Он уже сталкивался с этим.
— Я знаю. До того как мы встретились... до того как я узнал про Академию... мне очень нравилась одноклассница Мэган. Я рассказывал тебе про неё, она погибла на выпускном. С тех пор я думал, что никогда не решусь... ведь если бы я не позвал Мэган вместе с моими друзьями, она была бы жива. На моей совести её смерть. Мне долго казалось, что я не заслуживаю любви, пока... пока ты не пришла ко мне... Помнишь ту ночь и твою песню? Я действительно люблю тебя. Пока мы вместе мы не будем страдать. Потому, — он коснулся её подбородка, — я прошу тебя... будь со мной не из жалости. — Он нашёл её ладонь переплетая пальцы. — Я всегда останусь твоим соулом и другом, но позволь мне стать большим для тебя, если, конечно, чувствуешь тоже самое? — неуверенно закончил Чарли и затаил дыхание.
Эмилия Найтрей
Человек под маской рыцаря оказался словоохотлив и огорошил Мию самыми сокровенными признаниями. Раз даже со своим соулом, которого любит, прежде не делился. Ведьме стало по-настоящему жаль парня, она сочувственно охнула, и потому, наверное, он попросил быть с ним, но не из жалости.
«А из чего?» — она знала о незнакомце лишь то, что он, видимо, немец, не умеет танцевать, но весьма галантен, прямо по-рыцарски. Ещё он знает чего хочет и серьезно рефлексирует о прошлом.
Его родственная душа на месте Найтрей, наверное, растаяла бы. Да что там, сама Мия подтаивала от столь горячих слов и разжигающих кровь действий. Во всяком случае, любой другой на месте этого парня уже наверняка попытался бы везде облапать и поцеловать, а он обнажает душу и не согласен без взаимности продолжать.
«Нужно быть круглой идиоткой, чтобы верить словам мужчин», — вмешался голос собственных мыслей. Собственных ли? Он будто принадлежал дьяволице, усевшейся на плече. «Парень так жалок и глуп. Рассказывает про большую любовь, а сам не способен даже узнать её под гримом. Мы так похожи с ней? Но голос, поведение, движения? Что-то должно было смутить. Не-ет,» — шипела внутри девушка.
«Он либо лжет ей, либо себе. Он сделает несчастной своего соула, эту бедняжку. Нужно спасти её, а его проучить.»
— Ты знаешь ответ. Он здесь. — Эмилия нажала пальцами на кисть, в которой заключили её ладонь и прикрыла сверху второй, поднеся к своей груди, прижимая к сердцу.
Чарльз Форестер
— Ты знаешь ответ. Он здесь. — Кэролайн необычайно мало говорила, но собственная нервозность не позволяла ему это заметить. Зато когда она положила его ладонь себе на грудь, чтобы он мог услышать голос её сердца, в Каннингеме снова включилась вечная подозрительность. В конце концов, в прошлый раз он точно так же размечтался, но оказалось, что Кэрол рассчитывала прокачать за его счёт навыки актёрского мастерства. Неужели и в этот раз?
— Ты серьёзно? — его голос предательски надломился. Недавно он думал, что девушка-соул — это лучший вариант. Ему не придётся пройти через боль потери снова, ведь если его любимая погибнет, то и он тоже. Однако он даже не представлял на какие муки подписался. — Это не твоя очередная шутка? Ты не готовишь новую пьесу?
Вздымающаяся под ладонью нежная плоть показалась Чарли чуть больше, чем он намерил пальцами в прошлый раз. Британец едва удержался от того, чтобы заняться новыми измерениями. Вместо этого он порывисто заключил в объятья девушку, резко выдернув свою ладонь из девичьего захвата.
— Если так, то я счастлив, — прошептал он, щекоча её ухо своим дыханием. У Кэролайн были другие духи, более сладкие, почти приторные. Видимо она очень сильно заморочилась над образом. Он глубже втянул в себя её запах, блаженно прикрыв глаза. Кэрол сегодня отчего-то стала значительно выше. Наверное, это заслуга высокого каблука. Чарли прижал к себе девушку ещё сильнее.
— Помнишь, ты в шутку предлагала пожениться после выпуска и ещё сказала, что тогда подаришь свой первый поцелуй? Давай правда сделаем это... в смысле — поженимся? А остальное я готов ждать, — вполне искренне пообещал Чарли, хотя объятья с Кэрол распалили его куда сильнее чем хотелось бы.
Эмилия Найтрей
Беспроигрышный ход — ты не при чём. Отвечает задавший вопрос парень, он выдал всё, о чём тайно грезил. Многого ожидала Найтрей, но точно не предложения пожениться. Девушка дёрнулась в сторону словно ошпарилась, однако почти незаметно, ведь её крепко обнимал жених. Игра зашла далеко, мысли путались, она не только Мия, возомнившая себя героиней комиксов, она чей-то фамильяр, а все откровения, признания и предложения, прозвучавшие во мраке подсобки, предназначались не ей. Что с ними делать? Что делать с ним? Мия повернула голову к парню, чтобы ответить, сознаться, но приоткрытые губы коснулись его. Она поняла не сразу, лишь когда девушку накрыл поцелуй. Жаркий, жадный, наполненный взрывом чувств. Очевидно, рыцарь счёл её поступок ответом. Мия запаниковала, от поцелуя с ней парень точно не умрёт, а что делать когда обнаружит подмену? Что он сделает с ней? Наперекор всем адекватным мыслям, ведьму всерьёз разгорячила ласка губ, запах человека напротив и торопливые, но осторожные прикосновения рук, словно опасающиеся спугнуть, надавить, сломать. Электрическое безумие покалывало кожу, сигнализируя об опасности и непреодолимой жажде этой опасности. Иначе она бы не оказалась в такой ситуации. Ведьма изогнулась в неестественной позе, что вынудило парня отпустить и отступить от совершаемого ими занятия. Оказавшись на воле, Мия быстро сообразила, что у неё только один верный путь — не говоря ни слова бежать, надеясь, что доспехи помешают рыцарю догнать. Так она и поступила.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/7/716041.jpg[/icon][/mask]
Ведь если бы я предал честь,
я предал бы тебя.
— Не советую зеленую жижу в кубке из черепов. Будешь ночевать в туалете.
Кай едва сдержал вздох, поняв, что Амара последовала за ним, не собираясь давать ему возможности побыть наедине с самим собой.
"И почему она не оставит меня?"
Много всяких ответов крутилось на его языке, но вместо грубого замечания он задал вполне безобидный вопрос:
— Что это?
Его не то чтобы привлекало содержимое указанного девушкой сосуда, как в общем-то и большинства напитков на столе, но Амаре по крайней мере удалось вызвать у него любопытство.
— Шипучка с блевотным экстрактом, — она протянула напиток сиреневого цвета. — Этот безопасен.
— Шипучка с блевотным экстрактом, да? Кому вообще пришло в голову притащить это на вечеринку? — Кай фыркнул. Он быть может даже мог бы оценить подобную шутку, будь она какой-то исключительной, но судя по тому, что Амара знала о добавленном в коктейль зелье, напитки не менялись от вечеринки к вечеринке из года в год.
"А ещё о том, что она частенько на них ходит. Неожиданно? Не то чтобы..."
Кай принюхался к предложенному стакану. У жидкости был слегка сладковатый запах, но опознать состав никак не получалось.
— Сиреневый мне нравится. Что это, о сомелье?
Девушка наклонилась вперед и прошептала в ухо Кайю.
— Любовное зелье. Выпьешь и потеряешь голову от первой на кого посмотришь.
Кай улыбнулся и мягко отвёл в сторону напиток.
— Не то чтобы я планировал пока лишаться головы, ей и на своём месте комфортно.
"А ведь могла и промолчать. Почему призналась? Или пошутила?" — Каю было любопытно. Он понимал с какой целью создавалось любовное зелье и с какой целью люди готовы давать его другим, но между "кто-то случайно выпил" и "я знала, но не сказала" есть некая разница и последствия этой разницы Амаре бы не понравились, решись Кай сделай опрометчивый глоток.
"Стал бы ли я слушать её оправдания, что она просто ошиблась? А стала бы она вообще оправдываться?" — вопросы без ответов. Кай не любил подобное.
Оглядев стол, он понял, что несмотря на наличие жажды, он совсем не хочет искушать судьбу и пить хоть что-то из предложенного, рискуя прихлебнуть зелье разбавленное даже в самой обычной воде.
— Может ты хочешь чего-нибудь? — спросил он. — Кстати. Почему костюм Малифисенты?
Ведьма прищурилась, хитро наблюдая за его действиями. Затем разочарованно вздохнула и вместо ответа на вопрос, осушила залпом бокал, который чуть ранее предлагала парню. Она прикрыла веки и выдержала паузу, ресницы слегка задрожали, затем девушка распахнула глаза, всверлившись хищным взглядом в фамильяра.
— Кай, — пропела она гласную. — Ты очень симпатичный, но пока в тебе больше детского очарования. Однако я вижу огромный потенциал. Когда станешь старше, женщины будут от тебя с ума сходить. — Амара прикусила губу и улыбнулась.
Возможно девушке казалось, что она сказала какой-то очень хороший комплимент от которого роза в руках Кайя должна была растаять, на деле же юноша ничего хорошего не услышал. Кому вообще могли понравиться слова про "детское очарование"?
— Не бойся, никакое это не любовное зелье. Ты не умеешь отпускать и получать удовольствие.
"Не умею," — вообще-то он умел. Но было так же важно где и с кем он отпускает эту самую ситуацию. И вот тут Амаре не повезло: она не была тем человеком с которым Кай мог бы себе это позволить.
Девушка склонила голову и поставила пустой бокал на столик после чего вернула глаза на парня.
— От этого напитка тянет говорить правду. Пользуйся. Ммм Малефисента. Почему? Почему? — она поджала губы. — Это история от лица той, кого мы всё детство воспринимали злодейкой. Ненавидели за её жестокое проклятье, болели за победу добра. Однако теперь картина видится иначе. Вставив недостающий пазл, понимаешь, что мир не делится на плохих и хороших. Малефисента тому яркий пример. Зло не рождается из ниоткуда. Его создают обстоятельства, пережитые события, а чаще всего прикладывают руку другие люди. Не находишь?
Кай задумчиво смотрел на ведьму. Ему совсем не нравился её образ. Слишком уж напоминал паука, плетущего сети. И эта маска на голове — она лишала красоты.
— "Нет ничего, что было бы хорошим иль дурным — но делает его сознанье таковым." — процитировал Кай Шекспира и улыбнулся. — И всё же ты ничего не сказала Мие, так ведь? — он вздохнул и решился-таки отпить прозрачной жидкости без какого-либо запаха. Вкуса практически тоже не было, и лишь слегка угадывались мягкие нотки мяты.
Как оказалось, вода содержала остужающий эликсир, потому как Кай почти сразу почувствовал растекающийся по телу и внутренностям холод, как если бы он, не разжёвывая, проглотил кусок мороженого. Изо рта выплыло морозное облачко и устремилось вверх, а Кай поёжился от холода.
— Прости меня за те слова. Я был жесток.
Амара покачала головой.
— Ты угрожал, вот и не сказала. Ты был плохим мальчиком ради своей хорошей девочки. Я понимаю и уважаю это. Но оценила ли она твою затею? — Ведьма поводила указательным пальцем из стороны в сторону и поцокала языком. — Возможно, расскажи я ей раньше, оказала бы тебе услугу, — Ортис хмыкнула.
Кай задумчиво смотрел в одну точку у себя под ногами. Он размышлял над словами Амары и никак не мог с ней согласиться. Даже сейчас, после того, что произошло между ним и Мией.
— А какие обстоятельства превратили тебя в Малифисенту, Амара? — спросил Кай и отставил стакан с леденящей жидкостью в сторону, поёжившись от холода раз в пятый за последние двадцать секунд.
— Те, в которых обрезают крылья. Фигурально выражаясь. — Её взгляд поскучнел, утрачивая интерес к их разговору, он неспеша опустился на грудь фамильяра. — Ледяное сердце не заслуживает подобных откровений. Согласен? Может, однажды… — она ткнула наманикюренным пальчиком в его грудь и соскользнула вниз. — Весёлого Хэллоуина, Мур. — Ортис развернулась на каблуках и зашагала прочь.
Кай проследил сперва за пальцем девушки, а затем и как она двинулась прочь. Он не стал её останавливать и лишь шёпотом пожелал повеселиться в ответ. В конце концов именно этого он и хотел всё это время: получить возможность побыть одному. И всё же, оставшись сейчас в одиночестве, Кай неожиданно понял, что совсем не хочет быть один, а негативные эмоции, успевшие отступить на время разговора, захлёстывают его вновь.
«Покой хорош, когда ты сам спокоен.» — Кай раньше не понимал значения этих слов, хотя Триумфальную арку с тяжелым сердцем он перечитал целых три раза. Понял теперь. Вот он стоял один, и никто не пытался завести с ним разговора. И делать он мог всё, что душе будет угодно, но не смотря на играющую музыку и доносящиеся до ушей чужие разговоры, Кай ощутил не спокойствие, а одиночество и жгучую боль. Тоска по Мие, желание поговорить с ней, обнять, услышать смех — всё это было так сильно, что Каю хотелось побежать на её поиски, найти и извиняться, обнимать и не отпускать. И в тоже время воспоминания о жгучей злости исказившей лицо девушки прошлым вечером и её удар словно бы заставляли ноги неметь, лишая их сил.
"Мия…"
— Что ж, по крайней мере этого зелья правды хватило на один вопрос, не так ли? — тихо пробубнил себе под нос Кай и снова повернулся к столу, изучая его содержимое.
— Ждешь кого-то? Могу помочь тебе скрасить ожидание, — гибкая ладонь протиснулась под локоть парня и обвила лозой. Рыжая девушка кокетливо заглядывала в глаза Кайю.
Кай тяжело вздохнул, почти не расслышав за музыкой чужой голос. У него не было настроения с кем бы то ни было сейчас флиртовать. Напротив, все эти милующиеся парочки вокруг вызывали лишь досаду у него.
Он даже не стал поворачиваться и только покачал головой и ответил:
— Да, жду. И вряд ли ты мне поможешь.
Наиграно громко вздохнув, словно услышав самую печальную весть, девушка продолжила тем, что обняла Кая сзади и уперлась грудью в его спину, обвивая руками торс.
— Кого же ты ждешь? Вдруг я её знаю?
Незнакомку казалось нисколько не смутил отказ парня. Он ощутил, как к его спине прижалась чужая грудь, а тонкие руки обвили его тело. Это было странно. Приятно. Правильно. И неправильно.
"Какого чёрта?"
— Я жду... не совсем жду. Надеюсь увидеть тут свою ведьму, — Кай мягко высвободился из объятий и потряс головой.
Он надеялся, что если не будет обращать должного внимания на девушку, то он ей наскучит и она уйдёт, а потому, сделав вид, что очень заинтересован выпивкой, Кай взял первый попавшийся стакан в котором парили голубые облачка и залпом выпил его. Внутренности тут же обожгло жидким огнём, но вот во рту по прежнему было прохладно.
— Удостой меня своим вниманием. Разве я не красива? — очаровательная улыбка закрепила слова. Она словно чего-то ожидала.
Мир же вокруг Кая словно погрузился в густой сизый туман, обволакивающий всё вокруг. Людей, предметы, его самого. Даже мысли словно окунулись в этот кисель и двигались с трудом, потерявшись и не имея возможности найти выход. Кай попытался сфокусировать взгляд на девушке, которая освободила его из плена своих объятий, но её лицо тоже было в тумане. И не было. Он видел её прекрасное платье, её прекрасную фигуру, видел её лицо и глаза, от которых было не оторвать взгляда, слушал её голос и всё же словно бы образы не доходили до мозга. Если бы Кай увидел её на следующий день, то и не узнал бы.
— Зачем я это выпил? — спросил он вслух, хотя хотел только подумать. — В смысле да, ты красивая. Очень.
Кай тут же пожалел о сказанном. Он по прежнему не понимал, почему ему так нравилась эта чужая девушка, хотя что-то внутри него подсказывало, что она не такая уж и чужая и видятся они не в первый раз. А она в свою очередь подалась вперед, разглядывая глаза фамильяра пристальнее, чем следовало.
— Только не говори, что красивой в твоих глазах меня сделала выпивка. Это обидно, знаешь ли, — ведьма надула губы и помахала перед его лицом рукой. — Сколько показываю пальцев?
— Пять, — уверенно ответил Кай. Ему даже не требовалось смотреть на её руки, взгляд всё равно улавливал всё необходимое.
Основное же внимание Кая было направлено на глаза незнакомки, что едва не сидела на столе перед ним. Ему очень хотелось опустить взгляд ниже, но одна важная мысль не давала ему покоя: «Мия».
— Нет, не выпивка.
Туман в голове начал постепенно отступать и в голову уже ворвался звук музыки.
На лице девушки появился взгляд хищницы. Удовлетворившись ответом, она протянула руку, обтянутую искусственными цветами.
— Тогда может потанцуешь со мной?
Одновременно с предложением девушки музыка в зале сменилась на медленную и чей-то голос объявил, что девушки приглашают парней.
Кай скорее по привычке осмотрелся по сторонам в поисках Мии, но не смог узнать ни одного лица.
— Да-а-а, — протянул неуверенно Кай и обнял девушку за талию, притягивая к себе.
— Чудно, — захлопали длинные приклеенные ресницы и плющ под медленную мелодию приблизила их к танцполу. На площадке девушка прижалась к его груди и устроила подбородок на плече.
— Какие у тебя отношения со своей ведьмой? — мурчала она на ухо.
Их тела задвигались в такт мелодии. Поначалу неловко, словно привыкая друг к другу, но вскоре они уже двигались в одном ритме, как если бы это было для них обычным делом и они часто танцевали вместе.
Кай ощущал цветочный запах девушки, который прекрасно попадал в образ персонажа из комиксов и чувствовал, как она дышит ему в шею, а её грудь прижимается к его груди, что не оставляло его равнодушным и он ощутил прилив возбуждения.
— У нас всё непросто. Мы поругались. Очень серьёзно поругались, — Кай замолчал, но секунд через пять дополнил. — И всё же она мне очень дорога.
Плющ переставляла ноги, виляя бедрами и прижимаясь головой к груди, как будто слушая биение сердца.
— Кто кого обидел? — поинтересовалась она.
— Думаю, что мы друг друга.., — начал отвечать Кай, сам не понимая, почему он говорит столь искренне с незнакомкой.
Их тела медленно покачивались, следуя мелодии, и Кай неожиданно обнаружил, что прижал одной рукой девушку к себе за спину, а другая слегка опустилась ниже к её пояснице. Бедра партнёрши покачивались из стороны в сторону, то ли убаюкивая его бдительность, то ли зачаровывая. Кай поспешно вернул руки на место.
— Надеюсь, мы с ней помиримся. А ты тут одна?
— Оба говоришь? — вкрадчивый голос приобрел ледяные нотки, девушка подняла голову, устремив на него напряженный взгляд, который мгновенно потеплел.
— Я… могу быть с тобой. Не хочешь поцеловать меня? — она вперила гипнотический взгляд в его губы и облизнула свою.
Предложение поцелуя протиснулось в сознание Кайя и тело ответило согласием, но внутренний голос протестовал.
«Она не Мия,» — говорил он, и Кай вторил вслух.
— Ты не она.
Он остановился, разомкнул объятия и сделал шаг назад, тряся головой из стороны в сторону в попытках стряхнуть опьянение и возникшее желание.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/2/985423.webp[/icon][/mask]
В голове наперебой гудели нехорошие мысли: мстительные, жестокие и коварные:
“— За что мы хотим наказать?
— Он — мужчина.
— Но что он сделал?
— Обманул. Они все всегда предают рано или поздно”.
Подавленная воля доверилась аксиоме. Предателей нужно лишать права на жизнь, но прежде… конечно же соблазнить. Тогда она заставит сожалеть, будет смотреть в глаза, наслаждаясь мучениями от ответного предательства. Плющ вышла на охоту, цепкий взгляд сосредоточился на жертве, как у истинной хищницы. Но вопреки ожиданиям, парень не выказал должного уважения её персоне, не испытал неподдельный восторг от факта её снисхождения.
“Разве он не жаждал прощения?”
Ах, эти маскарады совершенно путают людей. Ведьма осознала, что игра в таинственную незнакомку, с которой она подступила, вовсе не игра для собеседника. Он не узнал своего соула под гримом. Мию повеселила возможность оставаться инкогнито и устроить проверку фамильяру. Однако не смотря на все её ухищрения, он оставался холоден.
“Кай — ледяное сердце”.
Но он не отшивал и не грубил, значит требовалось лишь немного тактильности, чтобы сломить неприступность противоположного пола. Плющ позвала на танец и с удовольствием отметила, что добиться его объятий оказалось нетрудно, значит до полной победы рукой подать. Ненавязчиво потеревшись о жертву бюстом, словно извиваясь в танце, а вовсе не завлекая его, девушка приблизилась к уху, выясняя степень раскаяния фамильяра. И обнаружила неприятную истину — он почему-то считал, что в ссоре виноваты оба.
“Да как ты смеешь?!”, — в сердцах завизжала она, слегка отстраняясь. “Я здесь жертва”.
Он и за нос водил и издевался, а когда огрёб по заслугам исключительно из-за случайного несовладания с магией неопытной ведьмы, так сразу оба виновны. Всё это легко читалось в глазах рыжеволосой фурии, если бы не приглушенный свет в зале и вовремя пришедший на помощь рассудок. Сменив гнев на милость, черты лица Мии смягчились, эмоции не смели помешать реализации её цели. Затаив обиду, плющ прицелилась и совершила нападение. Кайден хотел поддаться предложению слиться в поцелуе, но губы вместо того, чтобы устремиться навстречу её, выдохнули нечто неожиданное. Мур отошёл и принялся трясти головой быстрым собачьим движением, коим они стряхивают с шерсти воду. Парень избавлялся от её чар и это совсем не обрадовало хищницу, упустившую добычу.
“Я — лучше”, — хотелось возразить ей, но необходимое настроение ускользало, а возможности стремительно сыпались из рук. Руки. Она посмотрела на них и быстро зажала щёки парня своими ладонями. “Смотри на меня, вот так”.
— Это я, ну же, взгляни.
— Ты? — Кай послушно посмотрел на девушку не понимая, чего она от него хочет.
Он изучал волосы, ресницы, глаза, нос, губы, а затем снова возвращался назад, то ли желая изучить получше то, что уже рассмотрел, то ли забывая о том, что делал несколько секунд назад. Его взгляд словно бы заволокло пеленой, парень стоял и не шевелился, загипнотизированный ею.
"Вот так", — большими пальцами девушка гладила его скулы.
— Я, — горячо выдохнула ему в губы. — Ты хотел меня увидеть, — шептала, медленно приближая лицо к Кайю, — и поцеловать, — она приоткрыла губы и слегка склонила голову, подаваясь навстречу.
— Тебя, — зачарованно повторил Кай и медленно вдохнул.
Его губы приоткрылись, готовые к поцелую, а его глаза не переставали смотреть в её. В них билась какая-то мысль, но словно не могла найти выход. Или могла?
— Ты, — снова повторил он, и в этот же миг его зрачки расширились. Он попытался сделать шаг назад, но натолкнулся на лихую пару, которая словно бы не слышала плавные и мелодичные мелодии песни, отплясывая что-то дикое и энергичное. От столкновения Кай пошатнулся на встречу девушке и прильнул к ней. Их лица и губы встретили друг друга.
Не такого поцелуя она ждала, искры посыпали из глаз, когда ведьме чуть не сломали нос и не выбили зуб, но формально, губы на миг соприкоснулись, завершая некий логический цикл в сознании плюща. Соблазнительница схватилась за плечи парня, чтобы не упасть, затем, ощутив стабильную опору, руками за нос, принявший на себя основной удар. Энергично потёрла. "Ай!", — на глазах слёзы проступили от острой боли, Мия прогундосила:
— Чёрт, мне нужен лёд.
Она кинулась к ближайшему столу, на котором находились напитки в ванночке со льдом, зачерпнула горсть мелких кубиков и прижала к пострадавшей части тела. Обжигало, но помогало.
Чей-то наигранный гогот заставил её повернуться на звук, и с большим неудовольствием обнаружить Амару Ортис.
— В номинации "худший поцелуй этого вечера", награждаются Эмилия Найтрей и Кайден Мур, — комментировала ведьма не прекращая нагло ржать.
— Заткнись, — в нос потребовала Мия, ощущая себя столь же обтекающей, как тающий по её подбородку лёд.
— А что мне за это будет? Безвозмездно секреты я храню лишь для одного из вас, — задрала нос Амара.
— Что ты имеешь ввиду? — покосилась Мия.
— А ты не поняла? Кто надоумил Мередит раскрыть окно и впустить хищную птицу в комнату? Я знала про него, мы с твоим фамильяром отлично повеселились. Жаль тебе не весело, — Ортис взяла по напитку в каждую руку и удалилась.
Найтрей приоткрыла рот и позволила мелкой ледяной крошке опасть с лица. Она выцепила из толпы образ Мура и в полной мере ощутила на себе латинскую мудрость: гнев — это начало безумия. Ноги сами донесли к объекту ненависти, Найтрей на одном дыхании высказала:
— Серьёзно?! Водил меня за нос вместе с Амарой? Амарой?! Не подходи ко мне, — она развернулась на каблуках и пошла прочь.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/7/716041.jpg[/icon][/mask]
Ведь если бы я предал честь,
я предал бы тебя.
Кай стоял на месте, закрыв глаза, в тщетных попытках унять сердце, что сейчас колотилось подобно птице в клетке, желающей вырваться на свободу. Дурман, что заволок его сознание, схлынул столь же стремительно, как и появился, и теперь весь мир воспринимался куда красочнее, чем несколько минут назад. Это касалось не только красок и деталей, которыми насытилось окружение, но и звуков, что теперь были куда громче, и запахов, что щекотали ноздри и казалось проникают внутрь до самых лёгких.
Поцелуй Мии, каким бы неловким он ни был, застыл на его губах, и теперь Кай боялся ими пошевелить, чтобы не стереть случайными прикосновениями это тепло и мягкость, от которых по всему телу побежали мурашки.
"Мия, Мия…"
Он смотрел вслед девушке, что сейчас стремительно покидала зал и вместе с нею словно бы уходил и свет этого мира. Медленно, но верно он начал осознавать случившееся, и воспоминания, что уже успели вернуться делали всё лишь ещё мрачнее.
"Амара. Они говорили," — подтолкнул внутренний голос в нужном направлении, и Кай послушно зацепился за эту мысль.
Разделяющее его и соседку Мии расстояние, Кай преодолел в считанные секунды, стремясь встать у неё на пути.
— Что ты ей сказала?
Амара слегка повернула лицо к источнику претензий и выразительно приподняла одну бровь, бросая на него косой взгляд.
— Правду.
— Правду, да? Правду?
— Правду. Что же ещё? Я знала кто скрывается под личиной птички и помогла тебе проникнуть в комнату, чтобы повеселиться. Кто виноват, что у твоей ведьмы чувства юмора нет? — девушка цыкнула.
Каю на несколько секунд показалось, что в помещении стало градусов на десять жарче, а затем столь же резко похолодало. Его злость и обида словно бы превратились в волны, что сейчас пробегали вдоль его позвоночника сверху вниз и обратно. Кровь отхлынула от ладоней, которые тут же стали такими же ледяными, как его глаза и если бы взглядом можно было замораживать, Амара бы уже превратилась в ледяную скульптуру.
Он сделал ещё несколько шагов навстречу девушке и ткнул в её сторону пальцем, едва не касаясь её платья.
— Хватит. Её. Задирать, — отчеканил он каждое слово.
В глазах Амары сверкнули искорки гнева. Она наклонилась вперёд и вынудила палец Кайдена упереться в её грудь.
— А. То. Что? — отчеканила девушка каждое слово, принимая вызов.
Ответ Амары ему совсем не понравился, он лишь сильнее распалял его злость. Сила потекла по его телу, готовая вырваться наружу, но вместо превращения Кай снова направил её в артефакт, отчего тот слабо засветился, и голубая роза вместе с одеждой стали источать бесчисленное множество маленьких снежинок.
— Не задирай, — повторил Кай, не отводя руки в сторону.
Он смотрел в глаза Амаре и в его взгляде сейчас не читалось ничего, кроме холодной решимости.
Ортис же переключилась на снежную сказку, воссозданную над ними, и улыбнулась.
— Не угрожай, — она снова посмотрела ему в глаза, принимая вызов. — Тем более расправой. Я старше и сильнее. А ещё, позволь представлю тебе своего соула — Энн Колдуэл, — Энн подошла ближе и зашипела, выражая неудовольствие. — А где твоя ведьма?
Кайден, не удостоив, явившуюся словно из ниоткуда Энн, взглядом, продолжал молча смотреть на обидчицу Мии. Её бравада его нисколько не тронула. Напротив, как будто она упала в его глазах ещё ниже, но совершенно не понимала этого.
«Да ей это и не важно».
«Важно. Иначе не хотела бы свидания».
— Мия вот здесь, — Кай перестал упираться пальцем в Амару и прикоснулся ладонью к своей груди. Несколько секунд он пытался подобрать слова, которые могли бы всё изменить, но ничего в голову не приходило, и он обречённо покачал головой. — Старшая. Сильная. И глупая. Сила. Если бы всё измерялось ею.
Покачав головой ещё раз, он отвернулся от девушек и пошёл прочь, оставляя за собой след из вьющихся в воздухе снежинок.
Амара не стала его останавливать. Он ни слышал ни звука её шагов ни слов. А даже если она и пыталась что-то сказать напоследок, музыка всё равно заглушила бы её попытки.
Стоило Кайдену отойти достаточно далеко, чтобы не слышать гула чужих голосов и музыки, как его мысли снова вернулись к своей ведьме.
"Должно быть она пошла к себе?"
С этой мыслью он резко изменил направление движения. Ноги понесли его в сторону комнаты Мии, не смотря на то, что сердце его терзалось сомнениями в том, стоит ли им вообще сейчас видеться.
"И стоит ли вообще пытаться что-то объяснить человеку, который так поступил?"
Кайден молчал, не желая вступать в диалог с самим собой. Он понятия не имел зачем ищет разговора с Мией и осознавал, что просто идёт на поводу своих желаний. Словно было было что-то, что было сильнее его самого и его внутренних противоречий.
До общежития ведьм Кай добрался быстро, и сам не заметил, как оказался возле комнаты с тремя заветными цифрами на двери. Вот только вместо того чтобы постучаться и войти внутрь, он так и застыл на месте, протянув руку к деревянному полотну, но так и не решаясь коснуться его.
Кай понятия не имел, что говорить и по прежнему не чувствовал за собой достаточной вины, за которую Мие было бы позволительно поднять на него руку. А ещё он не строил никаких заговоров с Амарой, вот только и тут Мия решила поверить своей соседке, даже не потрудившись узнать у него, правду ли ей говорит Ортис.
В таком состоянии его и застала Трисс.
— Кайден? Что ты тут..?
— Ничего. В смысле… — Кай смутился, опустил руку и покачал головой. — Ничего. Мимо проходил.
— Мимо? Женского корпуса и комнаты Мии?
Кай только мягко улыбнулся, пожал плечами и медленно пошёл прочь.
— Увидимся позже, Трисс.
— Увидимся, Кай.
Стоило ему свернуть за угол и потерять соседку Мии из виду, как он сорвался на бег и со всех ног бросился в свою комнату, надеясь, что так никто не сможет увидеть блеск на его глазах. Особенно он сам.
⚜⚜⚜
Кай сидел в своей комнате и с крайне задумчивым видом разглядывал пол. Хлопала дверь, входили и выходили люди. Они о чём-то говорили и даже, кажется, обращались к нему по имени. Сколько раз они пытались достучаться до него? Каю не было до этого никакого дела. Ничего вокруг не имело значения. По правде говоря он даже не мог вспомнить, как успел вернуться и в какой именно момент скинул с себя свой незатейливый хэллоуинский наряд, вновь облачившись в школьную форму.
Зато он помнил их поцелуй с Мией так, словно это было всего мгновение назад. Тёпло её тела, мягкость губ и лёгкий фруктовый запах изо рта. Ещё он помнил её полный злости голос, когда девушка требовала больше не подходить к ней.
И помнил бассейн.
Бассейн он помнил лучше всего.
Паркетные линии на полу расплывались перед глазами Кая, но он продолжал водить по ним взглядом, словно те были лабиринтом из которого он отчаянно искал выход и в конце которого его ждало что-то, что могло бы решить все проблемы. Но у этого лабиринта выхода не было.
Кай не до конца понимал, что именно он чувствует. Боль от предательства. Боль от утраты. Злость. Отчаяние. Стыд. Надежда. Слишком много эмоций для одного человека, пусть даже этот человек умеет силой воли превращаться в животное.
Кай пошевелил ногой и из под его ботинка показалось птичье перо.
Память подкинула воспоминание.
Ворвавшись в комнату, первое что он сделал это попытался превратиться в птицу, надеясь, что лишившись человеческого тела, он не сможет испытывать столь же сильные и яркие чувства. Но это не помогло. За те секунды на которые ему удалось сменить свой облик, эмоции не только не угасли, но словно бы лишь стали сильнее. А затем он снова против своей воли обернулся человеком.
"Связь," — с горечью подумал Кай, осознавая, что их связь с Мией рушится, лишая его сил.
— Кай... — послышался голос Аарона и Кайден медленно повернул голову в его сторону. Друг стоял в дверях и обеспокоенно смотрел на него.
— Я догоню.
По выражению лица Аарона было понятно, что тот не верит в сказанное и всё же он молча кивнул и покинул комнату. Через пять минут Кай направился за ним следом.
Продолжение: Ночь сорванных замков - Сердце Паноптикума
Вы здесь » Kindred Spirits » Книги судеб » [31.10.2025] Борьба, в которой нельзя уступить
Цитировать
