Они толком не пересекались месяца полтора, если не меньше, а по ощущениям - будто успели по три раза переродиться и бесславно помереть, чтобы сегодня встретиться вновь, вспомнив с мрачной неохотой, из-за чего распались на элементы. Ах да.. Все вокруг такое пространное, декоративное, несущественное, и только они - пара двуногих электростанций, искрящихся от перенапряжения, готовые вот-вот выйти из строя, взвыть низкочастотной сиреной. Как же хочется ужалить друг друга. Стегануть каким-нибудь проводом без изоляции, пронзить неотпускающим током насквозь, заставить мелко дрожать, утратив возможность двинуться с места, замуровавшись в пронзительном мышечном спазме. Слышать, как скрипят зубы - и твои и его - в надсадной попытке произнести чужое ненавистное имя. Обстановка почти аварийная. Но до одури аппетитная.
- Ты что тут забыл? - Шон спустил свои слова с голосовых связок, точно охранных собак с поводков - в его голосе слышалась глухая, заколоченная стальными пластинами, оборона. Так люди оберегают очаг от нечистых сил, так прячут детей за спинами и прижимают к груди домашних животных, с взволнованной отвагой взирая на дрожащую дверь. 
   Повернув патлатую голову, Клайд все-таки удостоил фамильяра своей насмешливой ленцой, попутно оглядев его с головы до ног. Беспардонно, оценивающе, будто прикидывая, какую бы еще часть тела конфисковать. Такой знакомый силуэт, такой узнаваемый, увешанный мясом, конструкт с весьма заметным, прикрученным к культе, изъяном, имитирующим живую конечность. Сколько же мужества в этом чертовом теле. И сколько же в нем бессилия..     
- Не урчи, тигренок)) - только-только протянув Шону свое внимание, Клайд мигом забрал его обратно, дабы  вручить девушке перед собой. - Я просто заглянул спросить у прелестной Мелиссы рецепт необходимого мне зелья))
   Ведьма, еще не успев толком адаптироваться к резкому визиту Клайда, поспешила принарядить свое миловидное личико в формальную, подкрепленную верой в лучшее, улыбку.
-Да, конечно, какое вас интересует? - любезность, как на подносе. Без единой пылинки, без единой погрешности.
   "Меня интересует, от чего ты быстрее сдохнешь, если я начну душить тебя твоими же кишечными петлями - от потери крови или нехватки воздуха?)))".
- Рецепт зелья, которое помогает человеку простить. Одуматься. Или.. влюбиться)) - убрав руки в карманы брюк и расслабив плечи, Клайд будто бы врос в обстановку, точно сорняк, который просто так не согнать - только выпалывать с корнями. Что ему до этой девчонки? Видно, конечно, что не глупая, но до омерзения ортопедическая, скроенная для кривых позвоночников, плоских мозолистых стоп и голов, измученных адской мигренью. Не человек, а тканевая заплатка на стершемся локте. Временное решение, молящее судьбу стать постоянным. Если бы Клайд мог забросить ее в свои мысли хотя бы на доли секунды - ее бы тут же разъело ядерной кислотой.
   Мелисса не замешкалась, но свела брови - снисходительно и мягко, совсем как воспитательница в детском саду, получившая до нелепости провокационный вопрос от одного из детей. 
- Мм.. Боюсь, в стенах Академии запрещено ментально воздействовать на окружающих без их согласия..
- А если согласие будет?))
- Если человек согласен простить.. то ему и зелье не нужно, верно?
- Хоо, тут не поспоришь))
- Ну все, хватит, к чему этот спектакль, Клайд? - не выдержав, Шон прошел ближе к ним обоим, нагло вторгаясь в то незримое личное пространство, которое Клайд выстраивал вокруг себя излучением своей плотоядной улыбки. Вот так нагло, перешагнув за черту, шаг за шагом, ближе и ближе, и еще ближе, заставляя уголки тонких губ вонзаться в щеки все сильнее и сильнее, демонстрируя миру теперь уже не только ровные зубы, но и бледную каемку десен. Что-то внутри взволнованно поджалось - не от страха, но от укромной, спрятанной ото всех, похоти.
   Странно все-таки - до того, как Шон лишился руки, Клайд воспринимал его просто как разумный довесок к самому себе. Как отдельный, наделенный сознанием, инкубатор, в котором хранилась их линия жизни. Не убить, не распаковать, не забрать свои части обратно. Единственное, что можешь - просто держать при себе и приглядывать время от времени. Да, он испытывал к Шону интерес, но точно такой же он испытал бы в отношении своего сердца или легких, если бы их изъяли и поселили в чьем-то чужом теле. Твои потроха. Твои шестеренки. Твой соулмейт.
   Но сейчас, совершив непоправимое, Клайд невольно проникался к нему куда более интимным и неожиданно яростным влечением. Почти что вожделением. Они ведь наконец-то квиты. Наконец-то унижены поровну. А потому наконец-то могут начать все с нуля, с настоящего нуля, с идеально ровного старта, на котором Клайда наказала судьба, а Шона - Клайд. Территория наконец-то расчищена, и Стилу ничего не мешает познакомиться с Шоном поближе, не отвлекаясь на глубинное чувство несправедливости. 
   Выдержав его взгляд, Клайд якобы задумчиво прикусил нижнюю губу, а затем вновь обратился к Мелиссе, с той елейной и лживой вежливостью, с какой обращался лишь к самым презренным созданиям:
- Милая, ты не оставишь меня и моего соула наедине?)))
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/861853.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Чем-то Шон походил на монетку или на ключи, упавшие в ливневую канализацию. Достать, в теории, можно, но поначалу не знаешь, чем подцепить, как вытащить так, чтобы не сорвалось и не провалилось еще глубже. Чтобы не стереть в кровь кожу на пальцах, сунутых в ржавую сливную решетку. Первая попытка оказалась провальной, подлезть к Шону через прежние амбиции не получилось - лишившись руки, он поставил крест и на себе, и на своих планах на будущее, считай свез сам себя на свалку, в утиль, как неисправный бесколесный драндулет, более непригодный ни для гонок, ни для городских погонь, ни для боевых действий. Выглядело довольно жалко, хотя, признаться, Клайд не торопился верить ему на слово, не спешил списывать со счетов этот заклинивший рычаг давления. Вероятно, Шон все же не хочет выпадать из обоймы, не хочет отказываться от славных битв и кровожадных охот за оскверненными, просто конкретно сейчас слишком зациклен на своей ущербности, чтобы двигаться дальше. Слишком злится на своего ведьмака, чтобы взгромождаться на прежние рельсы.
   "Я бы смог вдохновить тебя, смог бы убедить, что тебе в Инквизиции самое место, что ты со всем справишься, даже  без левой руки, но не сейчас, когда ты так самозабвенно дуешься на меня. Что тебе нужно, чтобы простить, ебаная ты тварь, ну что тебе скормить-то, ублюдок, каким угощением приручить твою обиду ебаную.." - допытывал Клайд руку Шона, лежа с ней в обнимку на своей измятой кровати. Он вел по ней языком снова и снова, точно собака по возлюбленной кости, слюнявил и смачивал, в надежде либо задобрить, либо вытянуть из нее хотя бы крошечный жест, хотя бы скрытый намек на ответ. Но холодная конечность упрямо молчала - и бицепсом, и трицепсом, и всеми пятью пальцами с белыми, точно фарфор, ногтевыми пластинами, оставаясь все такой же нетленной, и, вместе с тем, категорически отстраненной.
   Клайд не мнил себя талантливым стратегом, зачастую он действовал на каком-то не до конца продуманном, почти интуитивном порыве - то ли из-за несостоявшегося интеллекта, то ли из-за нежелания излишне себя утруждать. Зачастую он не столько знал, сколько чувствовал, в каком направлении следует двигаться, на какие точки и кнопки нужно нажать, чтобы выудить необходимый ему результат. Вот и на сей раз он, опираясь исключительно на когнитивное обоняние, предпочел вариант неотступного преследования, постоянного нахождения где-то поблизости, дабы Шон уж если не потеплел к нему, то хотя бы попривык. Первобытная, дремучая, но проверенная миллионами лет тактика хищника, ступающего по пятам за слишком крупной и сильной дичью, чтобы бросаться на нее в лобовую атаку. Решившего выждать момент ее предательской слабости.
   Хотя преследовать Шона оказалось делом не таким уж и трудным, учитывая, что его каждодневные дела и занятия усели, как после стирки, ужались до работы с Мелиссой, праздных шатаний по Академии и почти безвылазного пребывания в тренажерном зале. Он, конечно, и раньше тщательно следил за своей формой, однако после потери руки силовые нагрузки стали для него не отдушиной даже, а настоящим укрытием, надежным, из пота и железного скрежета, бункером, не впускающим внутрь колкую реальность.
   "Ну что же. Погнали)))".
   Выходя на дежурство, первым делом Клайд направлялся в сторону кабинета зельеварения, проходя мимо него столько раз, сколько требовалось закону вероятности, чтобы пересечь их с Шоном маршруты. Каждый раз, подмечая его приближение, Боунс демонстративно ускорял шаг, вынуждая и самого Клайда ускориться, ретиво неся вперед себя приветственную улыбку.
- Хороший денек, не так ли?))
- Пошел к черту.
   Обнаруживая его в столовой, Клайд, не спрашивая разрешения, подсаживался к нему за столик, выразительно вбивая острые локти в столешницу и подпирая ладонью острый подбородок.
- Вкусненько тебе?)))
- Пошел к черту.
   Выслеживая его по камерам видеонаблюдения, Клайд совался следом в хозяйственный сектор, где Шон чинил свою, вышедшую из строя, мелкую технику:
- Отвертка не найдется?))
- Пошел к черту.
   И в прачечную, где Шон стирал свои вещи:
- Хооо, какой ты грязный мальчик))
- Пошел к черту.
   И в библиотеку, в которой Шон брал книги по травам для зелий:
- А у них есть здесь тигриная камасутра?)))
- У черта спроси. И сходи к нему заодно.
   Клайд превратился в гротескного купидона, ждущего подходящего момента, чтобы выстрелить в Шона собственным отравленным присутствием. Ни дня не проходило без контакта, без обращения, без попытки коснуться и без вполне предсказуемого посыла по давно известному направлению. Клайд с фанатичным упорством следовал за своим фамильяром, пока в один из дней тот, предварительно глянув по сторонам - не много ли свидетелей? - не толкнул ведьмака к стене в коридоре и не бахнул живым и впечатляюще увесистым кулаком в миллиметре от его скулы.
- Что бы ты ни затеял, Клайд, ты своего не добьешься, понял?
   Не сводя с него алых глаз, Клайд наклонил голову набок, вжимаясь щекой в чужое предплечье, отмечая про себя, насколько же оно теплее и мягче, чем то, другое, спрятанное в его комнате.
- Хооо, в чем проблема, тигренок? Слишком часто меня видишь с тех пор, как я перестал тебя умышленно избегать?
- Ты тогда избегал меня? - несмотря на вопрос, Шон не шибко поменялся в лице, смотря на Клайда не столько, как на заклятого врага, сколько как на навязчивую и крайне тягомотную проблему.
- Так же, как и ты меня, пупсик))Но теперь.. я отпустил ситуацию и просто хожу, куда вздумается, патрулирую территорию, причем достаточно ограниченную по площади, чтобы неизбежно пересекаться с твоей кислой мордой))
- Хуйня. Это не случайность, не рандом. Ты умышленно меня преследуешь.
- Ты правда так думаешь?)))Или просто хочешь, чтобы так было?))
- Я хочу реже видеть твою рожу. Усек?
- Прекрати, Шон))Ты ведь уже решил для себя, что мы больше никогда не сойдемся. Но ты работаешь здесь и я работаю здесь. Так почему бы тебе не забить на это - так же, как я забил?
- А тебе-то на что забивать? - в вопросе фамильяра прозвучало что-то снисходительное, почти презрительное. Будто его обескураживал даже намек на то, что Клайду тоже приходится с чем-то справляться. Что-то преодолевать.
- На то, что ты никогда больше не.., - Стил заставил уголки своих губ опуститься - на краткие секунды, на субтильное мгновение, после чего вновь отчаянно их пришпорил, имитируя вполне естественный для себя порыв спрятать эмоции за хищным оскалом. - Хотя не важно))) - прикрыв глаза, он шустро лизнул горячую кожу на запястье своего фамильяра, после чего, воспользовавшись его замешательством, отлип от стены и поспешил прочь. - Удачного денечка, Шон))Игнорируй меня получше, нам еще долго здесь куковать))
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/861853.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Разумеется, все сказанное Шону было наглой ложью, выструганной из пустоты. Клайд даже не думал сдаваться и "отпускать ситуацию", да и с чего бы? Сделать хуже он уже просто не сможет, а вот время, только дай ему волю,  легко дотолкает его до этого "хуже", если Клайд смирится со своей ведьмовской "импотенцией". Если он не заполучит Шона обратно, если не усилит их связь, не превратит эту тонкую ниточку в крепкий канат, то не видать ему ни работы в инквизиции, ни охоты за оскверненными. И дело вовсе не в карьерных амбициях и уж тем более не в желании войти в историю, как достославный инквизитор, избавляющий мир от сил зла - все было много проще, много прозаичнее. Инквизиция была его единственной надеждой убивать и мучить людей, притом на законных основаниях, не получая по шапке от блюстителей магического порядка.
   Если его посмертно замуруют в стенах Академии, закуют в каждодневные патрули и бдения, замотают в правила и регламенты, то рано или поздно ненасытная нутряная тварь, скребущая стенки его черепа, обязательно сорвется с тугой привязи. Просочится сквозь швы, выберется наружу, и тогда какой-нибудь студент, оказавшийся не в том месте и не в то время, станет жертвой не пресловутой скверны, а штатного сотрудника Службы безопасности. Какая же бесславная участь - не матерый ликвидатор, а банальный, слетевший с катушек, маньяк, которого в итоге раскрыли и прихлопнули, как таракана. Выбросили, как неисправную шестерню. Только работа в Длани могла дать выход той компульсивной жажде, что росла и наращивала зубы вместе с самим Клайдом. Только в ней он мог устроиться максимально комфортно, не обременяя себя необходимостью скрываться от правосудия и постоянно заметать следы.
   Но что же делать с так-его-Шоном? Тактика перманентного преследования — пусть даже искусно замаскированного под случайность — могла сработать на первых парах, однако к ней достаточно просто привыкнуть. Начать игнорировать чужое нежелательное присутствие, как игнорируют назойливый фоновый шум, продолжая преспокойно заниматься своими делами. Клайд рисковал превратиться для нервной системы своего фамильяра в будничный раздражитель, аналог яркой, бьющей по глазам, лампочки, что напрягает первые три дня, после чего зрительный нерв адаптируется и перестает остро на нее реагировать. Им требовалось нечто общее, безвылазно объединяющее - не просто маячить в полях зрения друг друга, но заниматься неким совместным делом, желательно таким, от которого не отмахнешься и не укроешься. Останься Шон в службе безопасности, все решилось бы кратким росчерком в расписании дежурств. Но что им делать сейчас, если тигр только и делает, что тягает железо в тренажерном зале и скисает в кабинете зельеварения вместе с этой..
"Хмммм" - промелькнуло в голове Клайда, стоило ему нащупать в своей памяти нечто мягкое и теплое, похожее на кашемировое облачко, в которое он тут же вонзил свои острые костлявые пальцы.

✦ ✧ ✦
   Кабинет зельеварения пахнет старой бумагой и сухоцветами. Стопка тетрадей прижата к груди, точно не до конца надутая подушка безопасности. Тщедушная амортизация между двумя границами - своей и собеседника. Мелисса улыбалась ему с той осторожной теплотой, с какой улыбаются бездомным собакам, пытаясь скормить им свое дружелюбие в обмен на отсутствие агрессии. Розовые волосы, мягкий свитер, зайчик на сумке, которого хотелось сорвать и запихнуть ей поглубже в глотку - не девушка, а хрупкий фарфор, обернутый в пупырчатую пленку. Полопать бы каждый пузырик, чтобы вместо глухого хлопка - звонкий крик.
   Клайд улыбался ей в ответ, но умеренно, минимальной мимической дозой, приглушив как свое насмешливое полоумие, так и ту глубинную жестокость, что требовала выколоть собеседнице глаза. О нет, сейчас рядом с ней он само обаяние, начищенное и натертое до блеска - отутюженная рубашка, аккуратная прическа, слегка подведенные черным глаза и множество "цацек", развешанных на шее и на руках. Высоченный, стройный, патлатый - лишенное пола и возраста "нечто", звучащее до интимности низкочастотно. Смотрящее так пристально, что становилось тесно.
— Как ты знаешь, у нас с Шоном имеются некоторые разногласия...
   Хрупкие плечи чуть подтянулись. Тетради поджались к груди еще крепче.
— Да, он говорил.. Нет, я не лезу в чужие дела, просто мы как-то заболтались про жизнь, вот и поделились, у кого что. Мм.. сразу скажу, что не хотела бы быть как-то впутанной в ваши..
   Голос подвижный и гибкий, но слова расставлены аккуратно, точно мебель перед приходом гостей — чтобы не споткнуться, не задеть, не спровоцировать. Мелисса не выглядела зажатой или забитой, скорее собранной и сфокусированной несколько больше, чем того требовала обычная беседа с малознакомым человеком.
   Клайд покачал головой.
— Нет-нет, я уже, если честно, смирился с его решением. Я к тебе по другой причине..)) Мне нужны магические силы, чтобы делать свою работу и, раз я их лишен, мне остаются разве что ритуалы и зелья. Ну, помимо дубинок и пистолетов, знаешь)) Только вот по зельям у меня всегда было сильное отставание, собственно я потому и хотел уточнить у тебя.. Ты, насколько я знаю, занимаешься репетиторством, верно?
   Что-то в ней осело. Не расслабилось, а именно осело, как оседает человек, приготовившийся к удару, но получивший заместо него игривый щелчок по носу. Хватка на тетрадях ослабла, улыбка стала на несколько ватт теплее — настоящая, полная надежды на адекватную беседу с тем, в чьей адекватности она еще не успела  толком убедиться.
— Ой.. да, в основном для студентов, у которых возникают сложности с материалом. Но была и парочка «учеников», которые уже закончили обучение, так что, думаю, мы вполне сможем наверстать все, что нужно. Насчёт оплаты не переживай, расценки у меня чисто символические, мне нравится учить..
   "Мне нравится учить" - Клайд перекатил эту фразу на языке, приласкав самым кончиком, а затем резко скомкал, прижал к нёбу и сломал каждой букве хребет, после чего проглотил, сильнее натянув уголки рта.
— Я заплачу сколько нужно, Мелисса)) Ты бесконечно меня выручишь))) - сделав краткий шаг, он коснулся плеча девушки, накрыв его ладонью и мелко встряхнув, как обычно делают люди, выражая укромное, радостно визжащее где-то в мозгу, ликование. - Какая же ты душка)))
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/861853.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Она хотела ограничиться одним часовым уроком в неделю, но Клайд настоял на двух.
   В чем-то он действительно ей не соврал - с зельями и ритуалами у него в самом деле не клеилось, что во времена обучения, что после выпуска. А причина столь усердного отставания крылась в его категорическом безразличии к перспективе стать искусным ведьмаком - тем, чьи умения и навыки затрагивают все сферы магических манипуляций. Интерес Клайда ограничивался желанием овладеть самим собой, своим врожденным даром и ничем более. Никакие иные амбиции его не трогали, никакие возможности его не вдохновляли - даже зная о ритуалах и зельях, могущих причинить жертве умопомрачительные страдания, Клайд не стремился их познать и освоить, ведь чужая боль, какой бы сильной она ни была, не имела никакой особенной ценности, если ее причиной не был он сам, полностью или частично обращенный в чернь. Поразительная монодиета, извращенная, на грани ограниченности, избирательность, далекая от разнообразия.
   Однако Мелисса об этом не знала, а потому усердно утрамбовывала в его патлатую голову содержимое учебников по зельеварению. Начали, естественно, с основ - с самих ингредиентов, что использовались для различных колдовских отваров, с условиями их сбора и хранения, с признаками их непригодности, с температурными режимами и временем выдержки. Разумеется, Клайду все это было не интересно - его мозг враждебно порыкивал на информацию, любезно протянутую ему на вербальной ложечке, плевался, отказываясь ее усваивать, как нечто чуждое, непрошенное, неаппетитное. Клайд заставлял себя запоминать хотя бы что-то - хотя бы жалкие огрызки ее слов, дабы имитировать активное слушание. "Блаблаблаблабла, но главное - тщательное измельчение корня. Ты меня слушаешь, Клайд?". "Ну конечно))Главное - тщательное измельчение корня)))".
   Можно было бы счесть, что Мелисса ему не нравилась в той же мере, что и уроки зельеварения, за которые он прилежно платил, не пропуская ни одной их запланированной встречи. Однако на практике он видел в ней лишь инструмент, необходимый ему рычаг давления на ситуацию, ту самую кнопку, которая была способна повлиять на ход вещей, пускай еще непонятно как именно.
- Клайд, могу задать тебе вопрос? - Мелисса внезапно прервала их практическое занятие, отступив от стола с разложенными на нем колбами, ступками и измельчёнными ингредиентами. Клайд лениво перекатил на нее свое внимание, не видя разницы между скучным обучением и ее не менее скучным любопытством.
- Ну рискни)) - видимо, прозвучало слишком резко или зловеще, из-за чего девушка невольно замялась. Пришлось мотнуть головой, перечеркивая сказанное, сменить интонацию и приглушить оскал.- Да спрашивай, шучу же))
   Кажется, сработало. Мелисса осмелилась продолжить:
- Я вот с одной стороны понимаю, что у тебя есть весомые причины изучать зельеварение, тут как бы.. не придраться, - она комично выпучила глаза, буквально на секунду, сыронизировав над своей же вымышленной детективной ролью. - Но, если так подумать, ты мог заняться этим и раньше. Или, напротив, позже. Но ты проявил интерес именно сейчас, узнав, что мы с Шоном.. провели обряд сшивки. Я не хочу показаться чрезмерно подозрительной, но и в дурочки не записывалась. Ты.., - она свела брови - без осуждения, но так, будто само их сведение должно было подпереть ее дальнейший вопрос. - ..это все из-за него? Ты здесь.. из-за того, что я теперь его сшивка? Только честно. Я приму любой ответ, без обид.
- Хах.., - Клайд резко выдохнул, не пряча ни усмешки, ни правды. - Я думал, это итак понятно. Нет смысла отрицать.
   Он не имел привычки отнекиваться от чужих догадок - что с Шоном, заметившим его преследование, что на сей раз с Мелиссой. Видя подозрения жертвы, он непринужденно с ними соглашался, дескать да, так и есть, ты верно все подметила, однако вовремя разворачивал трактовку чужих наблюдений, точно нож - безопасной рукоятью к себе.
- Но зачем тебе это? Ты сказал, что смирился с его решением. Но ходишь ко мне дважды в неделю, слушаешь лекции, которые тебе не шибко интересны.. чтобы что? Извини, я не понимаю все эти игры.., - Мелисса опустила взгляд, да и плечи тоже, тускло воззрившись на лабораторную посуду, будто та враз потеряла для них всякий смысл.
- Это не игра, - Клайд отозвался коротко, сухо, но с различимым напряжением в голосе.
- Извини. Ладно, я правда лезу, куда не следует, давай вернемся к..
- Шон не знает, но я сожалею о том, что случилось.
- Сожалеешь? - Мелисса будто бы враз очнулась, стряхнула с плеч желание свернуть беседу и недоуменно уставилась на ведьмака.
   Настал черед Клайда избегать с ней зрительного контакта - не потому, что в самом деле ощущал смятение, а потому что знал, что именно так и ведут себя люди, делящиеся чем-то сокровенным и немного постыдным. Движение из чуждого ему человеческого репертуара, которое он не брезговал носить при себе для подобных случаев.
- Да. Мы тогда пытались убить оскверненного, а я давно на них точу зуб. В общем, когда оскверненный пригрозил оторвать Шону руку, если я не остановлюсь.. я не остановился. Я думал, что успею. Что прикончу эту тварь так быстро, что он не успеет навредить Шону. Но эта сука успела. Я и до этого понимал, что я как ведьмак - так себе. Но это уже просто пиздец..
- Ммм.. Шон говорил, что ты..
- Хах.. Что? Что я радовался? Что я веселился, пока он страдал? - Клайд едко усмехнулся. - Да, это так, я веселился, хотя на самом деле хотел там же покончить с собой. Слушай, я не святой, у меня явно есть некоторые проблемы с головой, не буду скрывать и строить из себя хуй пойми кого. Но Шон - мой фамильяр. Я неправильно оценил ситуацию, я рискнул им ради убийства, которое на тот момент мне было важнее, чем его безопасность. В итоге из-за меня он стал калекой. И я сделал все, чтобы он отвернулся от меня. А это, зная меня, не так уж и сложно.
- Но зачем? Я уверена, если бы ты сказал все, как есть, он бы понял тебя..
- Именно. Он бы понял. И простил. Но я не хотел, чтобы меня прощали. Я херовый ведьмак. Он мог умереть тогда, понимаешь? Умереть из-за меня. И я бы помер следом. Из-за того что смерть ебаного оскверненного была мне важнее и желаннее, чем мой соул. У меня всегда были проблемы с адекватной оценкой происходящего. Вот я и разыграл это все. И радость, и ликование, что вот, как круто, ты теперь без руки, блабла.
- Но почему ты тогда здесь? Если ты принял такое решение.. почему ты приходишь сюда? Из-за него ведь?
- Да. Из-за него.
- Так почему?
- Да привязался блядь потому что! К этому говноеду сраному))) - Клайд уже почти смеялся, не понимая, продолжает ли лгать этой доверчивой сучке или уже перешел на потаенные резервы своих истинных чувств. - Тянет меня к нему, понимаешь? У нас все было неплохо до того инцидента. Ахуеть как неплохо. Но я ошибся - и все полетело в пизду. Я думал, смогу поставить точку. Он здесь, с тобой, а я в службе безопасности - ну ничего, прожили бы как-нибудь. Но меня так и тянет быть там же, где он.
- Ох.., - Мелисса не сдержала вздох, в котором крылось что-то такое, отчего Клайду стало в сто раз противнее разыгрывать перед ней этот спектакль. Она ведь верила ему, чертова доходяга. Не только потому, что он удачно складывал правду и ложь в нужной пропорции, но и потому что искренне хотела, чтобы мир работал именно так. Чтобы за дурным поступком крылось раскаяние, а за жестокостью - боль.
   Выдержав выразительную паузу, дав и ей и себе отдышаться, Клайд заговорил снова, теперь уже много тише и вкрадчивее, подступив к ней ближе на шаг.
- Ты наверняка и сама знаешь, что это такое. Тяга к своему соулу, пусть даже вы в плохих отношениях. У тебя ведь.. тоже, есть фамильяр, верно?
- Да. Есть..
- Что с ним?
- Ой, это долгая история на самом деле..
- Мелисса.., - он снова коснулся ее плеча, пробрашвись к ее взгляду своим - так, будто бережно сдвинул шторку с оконца ее разума. Понижая голос в те мягкие глубины, в которых обычно гнездилось доверие. - Ты можешь мне верить. 

[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/861853.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Отредактировано Clyde Steel (29-03-2026 21:17:10)

В тот день у Клайда, казалось бы, не было особой причины столь отчаянно оправдываться перед Мелиссой. Вряд ли бы она прекратила их частные занятия, если бы он не устроил ей душевный стриптиз, объяснившись более сухо и сдержанно. В конце концов, он платит ей деньги за потраченное на него время, так на кой черт было разыгрывать всю эту драму, полную якобы глубинных откровений? Однако польза с разыгранной исповеди, пусть и чисто гипотетическая, но все же имелась - да, на мнение самой Мелиссы Клайду было плевать, но ничто не мешало ей, хотя бы случайно, обронить кусочек услышанных тайн в разговоре с Шоном. Стать этаким ретранслятором и уведомить фамильяра, что его поехавшему кукухой ведьмаку не чуждо чувство вины и острой привязанности. Девочки ведь любят слащавые хеппи-энды, не так ли?
   Стил чувствовал себя сапером, установившим в густой траве взрывное устройство и даже понятия не имея, когда именно и под чьей ногой оно взорвется. Да и взорвется ли вообще? Вполне вероятно, что, даже получив "секретные сведения" от своей сшивки, Шон откажется верить в их искренность и снова решит, что все это наглая ложь, от первого до последнего слова. "Он дурит тебя, Мелисса. Уверен, он делал ставку на то, что ты проболтаешься, и что я приму все за чистую монету. Ага, щас!". Ну да, подобный скепсис был вполне ожидаем, что уж тут, но попытка не пытка, Клайд не мог не воспользоваться шансом подсластить пилюлю, покрыть ее жирным слоем глазури, надеясь, что ее все-таки проглотят и при этом не выплюнут. Тем более, что ничего другого ему не оставалось - только продолжать играть роль прилежного ученика и ходить на занятия дважды в неделю, слушать лекции про зелья, варить их на медленном огне, помешивая старым половником, и ждать, ждать, ждать..
  А спустя несколько дней посаженное в чернозем чужого разума семя все-таки проросло, пробило отторжение, точно асфальтное покрытие, и вытянулось вверх, приняв на свету причудливую, почти несуразную форму. Дело было в раздевалке тренажерного зала, в эпицентре мужского тщеславия, в которой Шон и Клайд пересекались не то, чтобы часто, но именно в тот день совпадение свело их практически в одной точке, разделив, будто приличия для, длинной скамьей меж рядами металлических шкафов. Стил посещал тренажерку с куда меньшим настырством, чем его однорукий фамильяр, но все-таки старался не филонить, регулярно давая телу необходимую нагрузку.     
   Стянув с себя майку и бросив ее в спортивную сумку, точно истлевшую половую тряпку, он сразу ощутил на вспотевшей коже ласки воздушных колебаний, случайных призрачных язычков, провоцирующих оползни мелких мурашек. Повернувшись к Шону, он разомкнул губы, планируя вновь выплюнуть дежурный и совершенно необязательный комментарий, но неожиданно врезался в ответный, поразительно пристальный взгляд. Не случайный и уж тем более не мимолетный, скорее уж в непрошибаемый взгляд-стену, выстроенный задолго до того, как Стил решил обернуться. Фамильяр, как кажется, отыскал какую-то интересную точку на чужом теле и мысленно в нее провалился, пророс в нее своим вниманием, не зная, как теперь из нее выкорабкиваться.
- Чего уставился, тигренок?)) - снисходительно изогнув бровь, бросил ему Клайд, попутно проследив за направлением серых глаз. Куда он так усердно таращится? Глянув вниз, ведьмак не обнаружил ничего сверхъестественного - обычный торс, прогретый тренировкой, черные спортивные штаны на резинке, в которые вышеупомянутый торс втекал посредством слегка выпирающих косточек узкого таза. Вероятно, Шон занялся инвентаризацией его мускулатуры, оценивал степень ее проработанности, быть может сравнивал со своей, куда более налитой и массивной, но ведьмак не удержался от провокационной колкости. - Оцениваешь, насколько я ебабельный?)))
   Что он ожидал получить в ответ? В принципе, то же, что и всегда - сведенные брови, осуждающее отвращение на лице и небрежно брошенное "иди к черту". Но на сей раз что-то пошло не так, сошло с привычных рельсов, укатываясь в непонятные дали - Шон медленно поднял взгляд на лицо ведьмака, так неспешно, почти мучительно, будто глазные яблоки со скрипом сдвинулись в проржавевших глазницах. А затем выдал фразу:
- Это я оценил уже давно. Просто перепроверил.
   Что-то глубоко неправильное крылось в этом ответе, какая-то системная ошибка, заставившая мысли Клайда прерваться на рекламную паузу. Он почувствовал себя экспонатом в анатомическом музее, который внезапно осознал, что посетитель за стеклом не просто изучает строение его мышц и костей, а беспардонно надрачивает на их неприкрытую наготу. Как его тело, эта жалкая обезьянья оболочка, лишенная изящества черни, могло оказаться на стеклышке под микроскопом чужого.. желания? Хотя нет, не чужого, а Шона, его фамильяра, который, если Стилу на изменяет память, никогда не проявлял к нему романтического или сексуального интереса. Не проявлял же..?
   Пока Клайд, лихорадочно щерясь, пытался собрать свои мысли в какой-нибудь остроумный пасьянс, Шон с обескураживающим спокойствием сложил вещи в сумку и, закинув ее на плечо, уверенно зашагал к выходу. Ведьмак спохватился с явным запозданием, успев выкрикнуть в широкую спину:
- Так может вернешься и отсосешь у меня?))Хей! 
   Но Шон уже толкнул дверь раздевалки и пропал из виду.
   Вечером того же дня Клайд устроил себе свидание с напольным зеркалом в своей квартире. Раздевшись по пояс - точь-в-точь как в той душной раздевалке - он обстоятельно препарировал собственное отражение, пытаясь вглядеться в него чужими глазами. Ростом они с Шоном были почти одинакового, оба высокие и, по меркам окружающих, довольно габаритные, с хорошо проработанным мышечным каркасом, однако сама конституция их тел отличалась разительно. Стил не разбирался в таких понятиях, как "мезоморф" и "эктоморф", но и без них понимал, что массы ему, в отличие от тигра, категорически не хватало. Его тело всегда было жестким, твердым и жилистым, будто бы вырезанным из дерева ножом или стамеской. Никакой мягкости - углы, кости и жилы. Анатомия не то марафонца, не то велосипедиста, не то еще кого поджарого и крепкого, но лишенного угрожающей ширины и мощи. То ли дело Шон - вот тот настоящий тяжеловоз, крупный хищник с внушительными, полными звериной несокрушимости, мускулами. Черни они, конечно же, ничего не могли противопоставить, но без магии и превращений Шон легко мог скрутить Клайда в бараний рог, переломать ему и шею и хребет за считанные мгновения.
   Так чего же такого Шон выглядывал в своем ведьмаке? Неужели в самом деле различил в нем потенциального партнера для своей примитивной звериной ебли? Клайд оглядел свои татуированные руки, затем всмотрелся в зеркало и встал боком, втянув и без того плоский живот до проступания ребер, чем-то походя на капризную барышню, пытающуюся понять, не полнит ли ее вечернее платье. "Он пялился на меня до того, как я обернулся. На задницу что ли? Или все же на хуй? Хотя какая к черту разница, ебаный рот, он что правда..".
   От подобных умозаключений попахивало сточными водами. На самом деле Клайд был довольно похотливым созданием, однако его сексуальность выражалась исключительно через садизм, через причинение вреда живым существам, нередко фатального. Обычное половое поведение формата "понравились друг другу, перепихнулись и разошлись" было ему не свойственно, он никогда не искал себе пару, любовниц или любовников, и интерес в нем вызывала одна лишь возможность сцепиться с жертвой или противником в смертельной схватке и, как следует изувечив ее или его, начать заветное сношение. То был истинный садизм, а не желание просто отхлестать кого-нибудь плеткой в качестве прелюдии - Клайд представлял, как сдирает со своих воображаемых партнеров кожу, как вырывает им глаза и мягко проталкивает их в чужие анусы и влагалища, как срезает с голов скальпы и полирует ими свой ствол, и так далее и тому подобное. Вот что для него являлось сексом, страстным и полным интимных переживаний, в то время как Шон - Клайд был уверен в этом на сто процентов - предпочитал куда более прозаические звериные спаривания.
   Ведьмак не сдержал нервный смешок. Самым отвратительным было то, что от этих осознаний нельзя было отвернуться, нельзя было их скомкать и выбросить, как ненужный хлам, как жвачку, случайно прилипшую к подошве. Ведь, если Шон в самом деле испытывает - ну или во всяком случае испытывал когда-то - к Клайду вожделение, это можно было бы.. нет, это обязательно нужно.. это безоговорочно необходимо использовать.
   В последний раз глянув на свое отражение, Стил вновь плотоядно ощерился, мысленно перечеркивая всю свою обескураженность и неприятие, наплевав на то, что ему привычно или непривычно, да и какая к черту разница, если на кону его работа в инквизиции? Манерно прикусив нижнюю губу, он шлепнул себя по костлявой заднице и гулко загоготал, приняв окончательное решение.
"Пренебречь, вальсируем!"

[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/861853.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Клайд знал, что Шон клюнет. Как огромная тигровая акула вцепится в наживку и ни за что не допустит, чтобы приторно-сладкая девочка отправилась отдыхать в обществе коварного-и-злодейского ведьмака. Слишком уж о ней печется, слишком боится, что ей навредят, держит ее при себе, как сладкую косточку, как игрушку, которую нужно лишь немного дернуть, чтобы тигриная пасть сильнее стиснула клыки. "Отпусти, дай и мне поиграться))". "Нет, моё!".
   Хотя, с другой стороны, ведьмак поразительно плохо понимал, что в действительности творилось в голове  у соула - то он отсекает их связь, так же резко и категорично, как ему самому некогда отсекли руку, и вырезает Стила из своей жизни, как разросшуюся опухоль, то сам протискивается в их с Мэл общество и отпускает странные комментарии в раздевалке. Шона качало, как маятник, за который Клайд все никак не мог ухватиться, не мог понять, что именно его цепляет, но вот алая капля все же срывается вниз, крошечным словесным пятнышком марает чистый снег, намекая, что брешь в могучей обороне все-таки имелась, что к Шону можно пробиться несмотря на высоченные баррикады. Благоухающая уязвимостью подсказка, в  которую следует вгрызться, как в соломинку, но для начала проверить, не ошибся ли Клайд в своих наблюдениях, не обманулся ли, и насколько эта соломинка надежна.
   Быть может когда-то, в ту доисторическую эпоху, что предшествовала "инциденту", Шону действительно хотелось с ним спариться, но что осталось от его влечения сейчас? Угасло ли оно, остыло ли, превратилось ли в ледяную коросту или все еще пульсирует где-то под толстым слоем обиды? Реагирует ли его тело на Клайда с прежней животной настойчивостью или эта тяга провалилась в черную дыру, растоптанная тотальным недоверием?
  Вообще, осознавать себя объектом чьего-то вожделения - неважно, прошлым или нынешним - было для Стила той еще потехой. Он был не только патологически не склонен к поиску сексуальных - в общепринятом понимании этого слова - партнеров, но и обладал феноменальным талантом игнорировать чужую в себе заинтересованность, как если бы та была спамом на его электронной почте. Комплименты пролетали мимо, не задев даже по касательной, двусмысленные намеки вызывали одну лишь кривую усмешку, а случайные касания побуждали ловко отстраняться, как от укуса ядовитой змеи. Клайд и без того был достаточно странным типом, а его неприступность превращала любые попытки сближения в штурм Бастилии без особых шансов на успех. Кто знает, возможно, в свое время Шон нехило так измотался, пытаясь донести до него свой интимный интерес, в то время как Клайд его потуги просто.. не заметил?
   "Какое же ты все-таки грязное и примитивное животное, Шон)) Неужели, насмотревшись на мои обращения в чернь, так остро захотел, чтобы я растянул твои внутренности? Или, напротив, чтобы чернота обхватывала твой ствол, а ты бы толкался в нее, как умалишенный?)) Вот так просто, без битвы, без боли, без предсмертных судорог, ебать здоровых и более чем живых людей.. мерзота какая)))"
   Так или иначе, нужно было проверить, сохранились ли у Шона хотя бы мелкие огрызки былого влечения, а лучшего детектора, чем старая добрая попойка человечество, увы, еще не изобрело.
   Они ввалились в бар вполне прозаическим составом - одна миловидная девушка и двое высоких парней, больше похожих на ее, одетых в гражданское, телохранителей. Клайд позвал ее в "Витражи", довольно известный в узких кругах бар, в котором тематический китч был возведен в абсолют - не то вампирское логово, не то салун для потомственных ведьм. Меню пестрило вызывающими названиями - от коктейля "Засоси меня Сатана" до сета шотов "Группа крови", в котором вкус варьировался в зависимости от резус-фактора. Багряные стены с рельефными (краски явно не пожалели) подтеками, имитирующими бойню, витражные, из множества разноцветных кусочков, окна вместо обычных, электрические подсвечники на тяжелых дубовых столах, готическая барная стойка, над которой скалились лампы-черепа -  обстановка казалась несколько утрированной, прямо как павильон в Дисней-ленде, однако музыка играла добротная, даже приятная, а полумрак удачно скрывал все декоративные излишества. Весьма ожидаемо, что Клайд, разодевшись во все черное и строгое, обвешенный своими вездесущими цацками, смотрелся здесь, как влитой. Стоило им переступить порог, как он сразу, с решительностью местного завсегдатая, направился к свободному столику.
- Это же просто вааау, - восторженно выдохнула Мелисса, усаживаясь ближе к окну. - Клайд, это что вообще такое, я об этом месте не слышала, ты его где нашел?
- Был здесь пару раз. Нравится.., - он запнулся, едва не ляпнув про "эстетику фатального кровопускания", мельком мазнул взглядом по Шону, ничуть не удивленному его выбором, подтянул уголки губ. - ..цветогамма. А тебе как? Кайф же?))
- Да вообще! - девушка крутила головой, точно ребенок, обнаруживший кладбище домашних животных, пока  не пересеклась взглядом с Шоном, занявшим место напротив. - Правда круто, Шон? Такой вайб!
- Атмосферно, - кратко отозвался тот, со слабым интересом оглядывая окружение, как если бы бар был обклеен постерами с кадрами из низкобюджетных фильмов ужасов. 
- Я думал, тебя больше прикалывает все светленькое, розовенькое, разве нет?)) - Клайд вкрадчиво вернул к себе внимание девушки.
- Нууу.. все такое вот теплое и уютное мне больше по душе конечно, ты знаешь. Но чисто визуально мне и мрачная эстетика нравится. Ты, кстати, теперь еще больше на вампира похож.
- Хоо, правда? - Клайд вновь бросил молниеносный, как укол рапиры, взгляд на своего фамильяра. - Думаешь, мне бы подошло сосать... кровь?))
- Даааа, тебе бы грим наложить и без резюме сюда работать возьмут! А Шон у нас оборотень, только не волк, а тигр! Ох ладно, извините, я что-то на эмоциях вся расчирикалась, - Мелисса принялась торопливо обмахивать себя ладонями в попытке затушить свой пылающий энтузиазм.
- А ты тогда кто у нас? - усмехнулся Клайд. - Зубная фея?
- Не знаю, - опустив руки, девушка на мгновение задумалась. - Скорее уж единорог. Шон, а ты как думаешь?
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/861853.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Под каким углом сводились его брови, с какими интервалами надламывались и кривились его губы, сколько раз он встряхивал головой, сгоняя с лица пряди и чрезмерную мимическую искренность, каким маршрутом блуждал его взгляд и на чьем лице чаще делал привал, как меняли свой диаметр его зрачки в зависимости оттого, на кого он смотрел - Клайд считывал каждое изменение в своем фамильяре, точно сейсмограф, стараясь не упустить ни одной детали. Ни одной, даже самой случайной, реакции. Пускай сам делал вид, будто увлеченно общался с Мелиссой, с этим чирикающим балластом, который хотелось поскорее сбросить за борт, превратить из королевы вечера, обласканную мужским вниманием, в покорную служанку, чья главная задача - быть якорем для Шона, не позволяя тому покинуть заведение раньше времени.
   Увы, Клайд не обладал телепатией, а потому только и мог, что лицезреть отстраненную мину и упрямое нежелание вовлекаться в их с Мэл светский щебет. По всем признакам, вербальным и невербальным, его соулмейт отчаянно не желал здесь находиться, испытывая чуть ли не аллергическое отторжение и к обстановке, и к компании  своего ведьмака. Одно сплошное неизлечимое недоверие, вросшее до костного мозга, хроническая горечь, которую не перебить никаким абсентом. Но что-то мешало Клайду в это окончательно поверить. То ли из-за разбухшего самомнения, то ли еще из-за каких нарциссических черт, но он не переставал допускать мысль, что на самом деле Шон тянется к нему. Наперекор логике и здравому смыслу, вопреки тем событиям, что раскидали их по углам боксерского ринга, невзирая на скомканные слова и помятые жесты - тянулся, хотя бы по зову привычки или соулмейтского тяготения. И не потому ли, что Стил сам ощущал это тянущее, неотрезаемое, невытравляемое влечение? "У меня нет никаких доказательств и никаких гарантий, что ты все так же хочешь меня, как и раньше, ебаный ты сукин сын. Но они мне и не нужны. Если твое желание сто лет как подохло и сейчас разлагается где-то в глубине твоих волосатых яиц - я его откопаю, будь уверен. Вскрою тебя и выжму досуха))".
   Когда к их столику подошла незнакомая девушка и предложила Шону присоединиться к своей компании, взгляд Клайда моментально остекленел, покрывшись тончайшим хрустальным мазутом, заменившим глазам роговицу. Даже его лицо, весьма подвижное в своей хищной пластике, враз оцепенело, цементируясь каждым мускулом и каждым нервом, в то время как мысли безжалостной гильотиной отсекали незнакомке руки и ноги, рубили и шинковали ее плоть, отрубали ей голову и сбрасывали с обрыва реальности, точно рыбьи отходы. Ее здесь быть не должно. Ее слов здесь быть не должно. Ее предложений, ее дурацкой морды, ее стремления умыкнуть Шона именно сейчас, когда тот уже достаточно выпил, чтобы Клайд мог вытягивать из него предательские сгустки правды. Черные ногти едва заметно скребли край столешницы - с той приглушенной угрозой, с какой хищник выжидает подходящего момента, чтобы напасть и прокусить жертве горло. Однако Шон, получив шанс развеяться в куда более приятном обществе, неожиданно от него отказался. Формальная мягкость, за которой Клайд углядел тяжеловесное и до боли знакомое "нет". Его окончательное решение. Шон будет сторожить Мэл до конца, он выдержит свое добровольное дежурство, останется здесь, на своей сраной голгофе, с длиннющими гвоздями, вбитыми в настроение, потому что.. почему..? Клайд вопросительно изогнул бровь, понимая, что слишком уж медлит, что итак уже достаточно держал своего мальчика без внимания и развлечений, что пора тянуть его к себе, пока это не сделал кто-то другой.
- А чего же так, Шон?)) - он задал вопрос с тем нарочитым всеуслышанием, с каким обычно объявляют войну. Его шероховатый голос плюхнулся поверх гудящей музыки, точно немытый работяга, занявший чистую шелковую постель. Внимание Мэл и незнакомой брюнетки тут же крутанулось в его сторону. Пальцы, украшенные перстнями, выжидающе сплелись, пока голосовые связки делали свой ход. - Совсем забыл, как танцевать?))
- Нет, просто не хочу, - не удостоив своего соула даже краешком ответного внимания, Шон кратко мотнул головой.
- Хрень собачья, просто признай, что танцуешь так же нелепо, как корова, попавшая в торнадо))
- Клайд, закрой свою..
- Мальчики, давайте так.., - Мелисса собралась уже выудить из своей глотки парочку миротворческих предложений, однако Клайд, совершенно ее не слушая, резко поднялся из-за стола и, плавно скользнув к своему фамильяру и вжавшись рукой в столешницу перед ним. Кончики пальцев деликатно коснулись широкой ладони, требуя и вынуждая зрительный контакт состояться, взлететь и врезаться друг в друга на полной скорости, вонзиться вопросом в ответ, выдохом во вдох. А в тот миг, когда две агрессии должны были детонировать в ссору, Клайд с неожиданной уступчивостью отстранился, позволив этому миру свою поразительно ласковую улыбку.
- Может лучше докажешь мне и девушкам обратное, тигренок?)) - он вкрадчиво выдыхает, стараясь звучать не столько провокационно, сколько с нотками чувственного прошения, после чего ускользает на танцпол, втекает в плавный ритм, точно аллигатор в илистый водоем. Прорастая руками к потолку, то ли потягиваясь, а то ли отдаваясь вязкой мелодии, он позволяет звуку унести себя все дальше и дальше, в скопления тел и мерцающий полумрак. В искрящуюся тьму, из которой, спустя миг, к Шону протянулась бледная рука. Черные заостренные ногти блестят в свете стробоскопов, в то время как пальцы манят его к себе, неспешно и выразительно, воистину колдовским движением. 
"Давай, малыш, заструись вместе со мной, стань ближе, воспользуйся тем поводом, каким я обеспечил нас обоих..".
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/818725.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Отредактировано Clyde Steel (08-05-2026 23:05:32)

Музыка теплыми змеями струится вдоль рук, оплетает собой движения, где-то потуже, где-то посвободнее, почти нараспашку, вьется за прыткими ногами, тлеет в гибких позвонках и подвижных суставах. Музыка втекает в легкие и топит собой сердце, игристыми пузырьками скитается по венам, ища ту самую нужную мышцу, которой суждено сократиться следующей - сделать шаг, сделать жест, сделать новый маневр. Клайд никогда не учился танцевальным движениям, не пытался запомнить отдельные связки, не оттачивал навыки, стоя перед зеркалом, каждый раз предпочитая просто покоряться ритму, становясь его преданной марионеткой. Если мелодия устраивает тебя, если она говорит именно то, что хочется сказать тебе, если она делает то, что хочется сделать тебе - просто доверься ей, стань ей антенной и ретранслятором, через который она начнет вещать миру ваше общее на двоих стремление. Сейчас этим стремлением было соблазнить Шона. Нет, не окончательно, не контрольным выстрелом в пах и голову, не на остаток жизни, но хотя бы на долю секунды, на краткий миг, когда он не сможет противиться собственной тяге. Когда не сдержится и клеймит своего соулмейта тем самым взглядом, который Клайд легко расшифрует даже в зыбучем полумраке - раскаленным, опаляющим, хищническим, взглядом охотника, не могущего упустить из вида желанную добычу. "Посмотри на меня так и никак иначе. Проткни меня этой зрительной меткой. Теперь-то я точно замечу, точно пойму, точно запомню. Проглатывай каждую мою улыбку, объедайся до отвала каждым движением моего языка, пока он не окажется в тебе".
   Что-то подсказывало Клайду, что Шон, каким бы уязвимым ни казался время от времени, в куда большей мере являлся охотником, нежели дичью, в том числе в этих примитивных интимных игрищах. Он был молодым парнем, но с достаточно укоренившимся мужским и звериным началом, чтобы не грезить о нижних постельных ролях. Нужно было обставить все так, чтобы тигр сам вонзил клыки и когти, сам притянул к себе, сам прокусил глотку и раздробил позвонки, пусть даже жертва будет спущена в его вольер на веревочке. Стилу было крайне непривычно выступать в роли аппетитного мясного куска, но не все ли равно, что ему привычно, а что нет? Не наплевать ли, сколько раз ему придется повести острым плечом и встряхнуть головой, красуясь шелковой гривой, вильнуть тазом то в одну, то в другую сторону, походя на черное пламя, трепещущее на высоченном фитиле? Категорически плевать. Именно сегодня, именно сейчас - плевать абсолютно на все на пути к своей цели. Пусть даже ему придется стать не столько колдуном, сколько двухметровой чаровницей с бесконечно длинными ногами и соблазнительным ртом, что бледной мякотью облегает острые зубы - он ею станет, лишь бы проверить, лишь бы убедиться, что та сила, к которой он взывает, еще не остыла, не потухла и не утратила себя саму.
   Сначала они танцевали на целомудренной дистанции, оглядывая друг друга, то ли как соперники, то ли как заинтересованные одновидовые особи, выжидающие подходящего момента для смертоносного выпада. Несмотря на отсутствие руки, замененной протезом, двигался Шон умело и притягательно, с той еле заметной мужской сдержанностью, что мешает парням извиваться, как умелая ракасса на арабском празднестве. Он пытался влиться, оседлать пенистые звуковые волны, вклиниться и встать на их гребне, но что-то мешало ему, то и дело пытаясь выбить и вытолкнуть за пределы танцевального разгула. Сомнения в нем воевали с выпитым алкоголем, настоящее - с прошлым, желание - с болью, до сих пор отдающейся в отсутствующем предплечье.   
   Однако тонкая нить, жалкая субтильная связь, протянутая между ним и его ведьмаком, из последних сил пыталась выполнить свою главную природную функцию - примагнитить одну фигуру к другой. Через толпу, через верткие тела, через мерцание огней - вытянуть Шона из пропасти, в которую Клайд некогда безжалостно его столкнул. Как ни старайся, как ни барахтайся и не молоти ногами пустоту, он не сможет выбраться из нее самостоятельно. Ему только и остается, что парить над черной, полной сомнений, бездной, неловко висеть над ней, держась за собственную память и неожиданно стойкую надежду. Держаться столь долго, сколько позволит сила мускулов и перебитой веры, и так, пока их с ведьмаком связь вновь не натянется, точно наэлектризованная струна, не сдвинется на сантиметр, а затем на два, а следом на три, поднимая его, толкая урывками и отрезками все выше и выше, прочь от пропасти, прочь от пережитого предательства. Пока он сам не увидит, что другой конец лески намертво обмотан вокруг знакомых костлявых кулаков, впиваясь в бледную кожу до порезов и крови. Пока воочию не убедится, что руки Клайда, невзирая на боль, продолжают тянуть его, продолжают упрямо заманивать к себе, вынуждая снова стать ближе, и ближе, и еще ближе.. "Мой.." - подумают оба в этот момент. - "Мой. Только мой".
   Ведьмак появился перед Шоном в той же мере плавно, в какой и неожиданно, буквально вынырнув из всплеска цветомузыки, отсекая пути к отступлению. Глаза наконец-то обнаружили глаза, выпад наконец-то сделан, и никакой больше дистанции, никакой больше игры, в которой двое парней делают вид, будто танцуют не друг с другом, а в случайной и непреднамеренной близости. Пальцы, усыпанные кольцами и перстнями, уверенно касаются чужой груди прямо по центру, стекают ниже, оглаживая крепкий мышечный рельеф под одеждой, с оценивающим смаком, с вульгарной пытливостью, а затем неожиданно упархивают обратно. Плечи маятником вязнут то в движении влево, то в движении вправо, пока торс, упакованный в черную рубашку, вьется перед Шоном гибкой змеей, гипнотически плавно, ритмично и бесстыже, уводя за собой в вихрь запретных представлений. В постоянную смену мысленных кадров, где сначала ведьмак оказывается сверху, седлая своего зверя, прижимая его то ли к стене, то ли к полу, то ли к их общему, разбитому на острые осколки, прошлому. А затем фамильяр, найдя в себе силы на телесный протест, рвется вперед ответной инициативой, придавливая свою наглую добычу, сжимая ее, гортанно рыча в ее лукавую улыбку, хотя та уже вновь ускользает, чтобы пригвоздить его жилистыми руками и собственной страстью, и, чуть погодя, вновь уступить, дабы оказаться под ним. Сверху, снизу, сбоку, на коленях, на спине, на животе, во всех позах и положениях - бесконечный круговорот двух эго, двух гордынь, двух всполохов, двух интересов, двух тяг. Двух соулмейтов.
   Резко крутанувшись на низких каблуках, Клайд обернулся к Шону спиной и прижался к его груди, неспешно шевельнул острыми лопатками, дабы получше прочувствовать плотность и упругость чужого тела. Откинул голову на широкое плечо, разгоряченное от танцев и выпитого, так что ухо фамильяра оказывается в восхитительной близости от хищной улыбки. Близости достаточной, чтобы, чуть выгнувшись и притершись плоским задом к напряженному паху, прошептать:
- Мне так не хватает тебя, Шон..
   И в тот же миг разорвать их интимную близость, шагнув вперед, еще и еще, уходя, оставляя, беспощадно кидая, как кажется, на произвол судьбы, но на самом деле лишь на краткий миг, дабы вновь развернуться и, не прерывая шага, вязко поманить за собой. Пальцы вновь приласкали воздух манящим жестом. "Кис-кис-кис..))". Куда-то с танцпола, куда-то от бара, наверное в уборную, а может на улицу, а может в постель - ту самую, где Шон вновь согласится посадить свое сердце на цепь.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/818725.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Отредактировано Clyde Steel (05-06-2026 18:32:31)

Люди наливными гроздьями толпились по сторонам, вымоченные кто в хмеле, кто в собственных, взболтанных музыкой, гормонах. Они мешали обзору, замедляя и Клайда, и нетерпеливые попытки Шона поскорее нагнать его, остановить, вновь прикоснуться. Как в чаще, как в роще, как в каменноугольном периоде, когда вся земля была устлана пышными папоротниками - приходилось постоянно лавировать, петлять, обтекать чужие разговоры, не задевать и не задеваться, стремясь все дальше, в укрытие. В ловушку. Сердце Клайда сокращалось с плотоядным азартом, гремело в ушах первобытными барабанами, зудело сосудистым пульсом в клыках, как у хищника, что увлекает за собой доверчивую добычу. Только вот вел он не субтильную лань, а своего массивного фамильяра - на надежной, протянутой до самого паха, цепи, изредка оборачиваясь, то замедляясь, то ускоряясь, проверяя - не сбился ли, не потерялся ли, не уведен ли другими, куда более никудышными, ловцами. Но нет, все в полном порядке - вот он, его распалённый мальчик, его неотступная тварь, сверкает тигриными глазами, берет след, расталкивает препятствия, продвигается дальше и дальше, на что Клайд лукаво и почти польщенно ощерился, продолжив заманивать его ближе к уборной. 
   Эксперимент удался, это и дураку понятно. Как бы ни был обижен и рассержен Шон, как бы он ни досадовал из-за отсеченной конечности, похоть и вожделение вкупе с выпитым алкоголем сделали свое дело - он все-таки клюнул, проглотил подперченную наживку, вспомнив о том, чье тело и чью близость некогда так сильно желал. И с этим уже можно было работать - плести веревки, овивать его крепкими путами, заново пришивать его к себе тугими стежками и мертвыми узлами, чтобы уж наверняка, чтобы больше не смел так легко отрываться по шву. Однако имелась в этой затее и некоторая загвоздка, о которой пора бы всерьез призадуматься. Клайд мог симулировать половое поведение, понятное двуногим зверям - мог танцевать, извиваясь змеей, мог распутно прикусывать нижнюю губу, мог, понижая голос до вязкой густоты, шептать на ухо и говорить те вещи, которые необходимо было сказать, чтобы добиться желаемого. Но что дальше? Что он мог предложить Шону - взбудораженному, возбужденному, готовому, как кажется, с секунды на секунду катапультироваться из штанов и заняться с ним сексом - прямо здесь и сейчас? Этого ведьмак, увы, не знал.
   Его план - такой с виду славный и удачный - постепенно осыпался в пустоту, срывался в темное и непроглядное недоумение, на другой стороне которого красовалось "и теперь у них снова хорошая магическая связь". Но как выстроить мост от настоящего до столь необходимого будущего? Как перепрыгнуть, пролететь через тактильные формальности, притом не приняв в них никакого участия? Клайд впервые настолько остро почувствовал себя иным и максимально отличным от всех, собравшихся в этом баре, людей. От людей в принципе. Примитивные простейшие, тянущиеся друг к другу своими липкими мембранами, жаждущие поделиться друг с другом цепями своих днк, перекрутить их, раскатать, сотворить новую жизнь. Размножиться. Того же хотел и Шон, пускай и не думал о потомстве и о продолжении рода, но ведь именно этот инстинкт толкал его следом за ведьмаком - чтобы спариться с ним, чтобы слиться с ним в одно, чтобы наконец-то донести до избранника свое перебродившее в яйцах семя. А что же Клайд? Он, разумеется, к подобным коитусам был совершенно не готов, не ведая даже, как оными заниматься, во всяком случае должным, никому не приносящим вред, образом. Его сексуальными партнерами всегда становились обреченные жертвы - все те, в кого он мог вгрызться, кому мог причинить истошную боль, с чьей гибелью на пару мог прожить свой оргазм. А вот как заниматься здоровым, безболезненным, вменяемым и никак не угрожающим жизни соитием Стил не знал, да и знать не хотел.
   "Что же мне делать с тобой, ебаное ты зверье? Что же мне делать с твоим ебаным телом, которое я не смогу умертвить, в которое я не смогу проникнуть и перемять все его внутренние органы, которое я не смогу разорвать на кусочки, а, следовательно, не смогу достигнуть экстаза?".
   Увы, времени на подумать совсем не осталось - Шон все-таки нагнал его, прорвался через все препятствия и задержки, через полумрак, изрешеченный цветомузыкой, через чужие танцы и перешептывания, чтобы обнять и втолкнуться вместе с ним в туалет - решительно и, вместе с тем, немного неловко и неустойчиво. Все-таки поймал. Клайд тут же почувствовал на своем теле его сильную руку, живую и теплую - в отличие от той, что хранилась в его комнате - стремящуюся не ударить, не выбить зуб, не оставить синяк, а просто сжать и завладеть. Унизительное переживание, от которого мигом сперло дыхание - на удивление, Клайду захотелось познакомиться с этой ладонью поближе, поносить ее на себе, точно пятипалое органическое украшение, но недолго, буквально секунду, а может и две, но затем обязательно смахнуть ее и отрезать, теперь уже самолично, без участия оскверненного. Член невольно напрягся от настигших его представлений и от вида чужой возмутительной наглости, которой даже хотелось немного подыграть перед тем, как казнить. Но Шон не остановился на этом. Сначала губы, слегка влажные, с пряным эпителиальным привкусом, а затем и язык, льющийся в рот - просящий, молящий, упрашивающий ответить, поиграться с ним, как с щеночком, приласкать и порезвиться с ним собственным.
   Клайд совершенно не знал, как ему быть, но не потому, что был удивлен или смущен - причина крылась в его исступленном желании сжать лицо своего фамильяра твердыми пальцами, вонзить острые ногти до самого черепа, а затем потянуть упругую кожу в разные стороны, сорвать ее с мышц и с костей, оставляя лишь верткий язык, выползший меж оголенных десен и зубов. Целоваться со смертью, с умирающим, с кровоточащим, с обреченным, с истлевающим, с хрипящим, глотать ту кровавую пену, что рвется из его пищевода, слизывать слезы и присваивать себе его крики. Клайд хотел именно этого, но не мог, не имел никакого права, а потому все же поддался и уступил Шону, позволив ему похозяйничать у себя во рту, прижимать себя к случайной дверце. Со стороны ведьмак мог показаться ошеломительно податливым, впервые не едким, не отравленным, не саркастичным, не самонадеянным и даже не знающим, каким будет его следующий шаг. Он сладко обсасывал и обхаживал любопытный, устроивший у него во рту обыск, язык, чуть ли не рыдая от невозможности откусить его и проглотить. Сделать частью себя.
- Правду, только правду.., - он сбивчиво прошептал запоздалый ответ, мысленно добавляя к нему: "Но я не знаю, что делать дальше, я так хочу убить тебя, Шон, я не хочу спариваться, не хочу этой случки, я хочу смерти, твоей или моей, мне уже не важно кто именно из нас подохнет. Это и есть мой секс, я не готов заниматься твоим, ты просто нужен мне. Нужен..".
  Нужен.
   Растерянность неожиданно отступила, сошла с разума оползнями и отливами, рассыпалась в труху, пропустив вперед себя некогда принятое цельнометаллическое решение. Да, именно, Шон ему нужен. Для магических сил, для поступления в инквизицию, для возможности убивать, для того единственного, к чему Клайд стремился всеми фибрами своей треклятой души. Чернь внутри него, пускай и приглушенная, но до сих пор живая, жаждет этого так сильно и так рьяно, что не готова отступить, дрожа от волнения, перед каким-то нелепым ебаным спариванием. "Хочешь этого, сука? Хочешь кончить, ебаное зверье? Ты у меня кончишь. Столько раз, сколько потребуется твоему херу, но станешь моим".
   Ладонь зловещим аспидом вползла под волосы Шона, слегка сжала его холку, позволяя углубить поцелуй, изгнать чужой язык из своего рта и пустить свой в ответное наступление, а через миг развернуть и прижать соула к боковой стенке кабинки. Клайд ловко закрыл дверь, отрезав их от вяло текущего мира снаружи. Небольшое копошение, звук расстегнутых молний, краткая перекличка взглядов - ты смотришь? ты ведь тоже этого хочешь? - и Клайд, не мешкая, юркнул рукой вниз, дабы уверенно обхватить поразительно горячий и твердый член своего фамильяра, запоздало осознав, что никогда ранее не касался его и даже не знал, какой он на ощупь. Это было.. тело. Но не та его привычная, лицевая, публичная часть, а нечто более тайное, скрытое, сокровенное. Такое уязвимое, такое ранимое, такое чуткое, со множеством пульсирующих венок, жаждущих быть порванными, вскрытыми, выдернутыми из-под кожи. Это и есть Шон. Да, по факту лишь его составная, налитая кровью и желанием, часть, но именно здесь и сейчас, в руке Клайда - это и есть Шон, его стремление, его страсть, его оголенное чувство. Ведьмак ненадолго замер, не ожидая от самого себя столь пылкую заинтересованность и увлеченность чужим детородным органом. И до полоумия странный порыв придрочить этот, посмевший встать на него, хер, напрячь его еще сильнее, заставить его сочиться от переизбытка предэякулята, точно перезревший фрукт. Поработить. Взяв его в кулак, Клайд принялся плавно сдвигать кожу, вверх и вниз, опустив голову в попытке разглядеть его получше. Полюбоваться им, своим верным подданным, вставшим по струнке, невзирая на их ссоры и разногласия. "Если я сожму его губами, то не сдержусь и вопьюсь в него до крови, начну пережевывать и перекатывать на языке, слыша как восхитительно ты кричишь.." - не прерывая ласки, он прижался к Шону всем телом, хрипло рыча от бессилия и собственной, рвущейся наружу, эрекции.
[mask][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/82/f2/61/818725.png[/icon][/mask][mask][lz]<div class=lz-name><a href="https://kindredspirits.ru/viewtopic.php?id=210">Клайд Стил</a>, 21</div> <div class=lz-text><a href="https://kindredspirits.ru/profile.php?id=62">Мы</a> никогда не могли быть не вместе <br> Ну и что, раз мы те, кем пугали нас в детстве</div>[/lz][/mask]

Отредактировано Clyde Steel (06-06-2026 01:22:01)